Тайна пещеры Аурит - Светлана Скиба

в постели. — Думаю, не стоит беспокоиться, он ведь мне пообещал». Это слово набатом прозвенело в его голове, ведь он тоже пообещал!

Следующий день выдался пасмурным и дождливым. В школе было много уроков и две сложные контрольные работы по алгебре и географии. После трудного дня, Альберт с нетерпением мчался домой, чтобы поскорее увидеться со своими новыми друзьями. Чувство вины из-за того, что он выдал их тайну, не покидало мальчика, и он решил во всем им признаться. Больше всего Альберт боялся, что после такого поступка, гномы не захотят с ним дружить. О таком он и думать не хотел, ведь у него первый раз в жизни появился настоящий друг.

Когда Альберт зашел во двор, то оцепенел от увиденного. Многовековой дуб, тот самый в котором жили гномы, лежал на земле, распиленный на несколько частей. Он напоминал огромное животное, убитое жестокими охотниками. Листья, поломанные ветви и гора щепок были разбросаны по всему двору, словно минометные осколки после боевых действий. Две изогнутые пилы с поблескивающими зубьями победно лежали рядом с широким пнем, будто показывая, кто в этом мире главный. Рядом с распиленным деревом стоял довольный отец в окружении трех крепких помощников и непринужденно с ними беседовал, покуривая свои любимые папиросы.

— Зачем ты это сделал? — с болью в голосе спросил Альберт.

— Я не допущу, что бы в моем дворе жила какая-то лесная шайка коротышек, а ты с ними общался, — ответил Виктор и с чувством выполненного долга ушел в дом.

— Это предательство! — крикнул ему в след Альберт и сев на старый пень, обхватил голову руками.

Как бы он хотел все изменить, повернуть время вспять и поступить совершенно иначе! Ведь именно из-за него, пострадали невинные существа, которые доверялись ему.

Ругая себя, на чем свет стоит, Альберт продолжал сидеть на пне, словно прикованный. Ему не хотелось идти в дом и видеть там отца. Даже когда опустились сумерки, подул прохладный ветер, и мама несколько раз позвала его домой, Алберт не сдвинулся с места. По его щекам ручьями текли теплые слезы, а сердце разрывалось от горечи.

***

В поваленных ветвях что-то зашелестело. Алберт вытер влажное лицо ладонью и обернулся на звук. Может быть белки? И вдруг, из гутой листвы показалась сначала копна взлохмаченных волос, потом лучезарные голубые глаза и знакомый курносый нос.

— Тош! — воскликнул Альберт. Он спрыгнул с пня, и подхватив гнома на руки, крепко обнял. — Ты остался!

— Я не мог поступить иначе, ведь ты мой друг, — сказал он, хлопая длинными ресницами, — все ушли в лес. Честно говоря, мы еле спаслись…

— Прости меня, — слезно проговорил Альберт, — ты был прав, из-за людей одни неприятности, и я тому подтверждение. Я рассказал о вас отцу, по большой глупости, точнее по трусости, — добавил он, опустив глаза.

Тош громко шмыгнул носом и похлопал Альберта по руке.

— Ну, ты ведь не думал, что все так обернется…

— Не нужно меня оправдывать, — покачал головой Альберт, — я не прощу себя, пока не исправлю то, что натворил.

— Исправишь, что натворил? — не понял гном, покосившись на раскромсанный ствол дерева, — ты хочешь склеить дуб?

— Нет, глупыш, я хочу вернуть ваш родной дом. И сделаю это! — с вызовом произнес Альберт.

Тош тяжело вздохнул.

— У тебя ничего не получится, — протянул он, — еще никому не удавалось справиться со змеем Малумом, ведь он обладает особенной силой.

— Значит, придется и нам раздобыть эту силу, чтобы сразиться с ним.

— Но как, же мы раздобудем ее? Ведь она находиться на самой вершине Асгардских гор в пещере Аурит, а мы гномы, очень боимся высоты и никогда выше этого дуба не поднимались, — запищал гном.

— Зато я не боюсь высоты, — уверенно сказал Альберт.

— Подниматься в пещеру Аурит очень опасно. Я слышал, что ее охраняет сам змей Малум с двумя хитрыми гадюками, — добавил Тош, понизив голос и оглядываясь по сторонам.

— Я что-нибудь придумаю, — отмахнулся Альберт.

Гном испуганно вытаращил на него и без того не маленькие глаза и замотал головой, отчего его взъерошенные волосы затрепыхались.

— Это очень опасно, очень! — воскликнул он. — Там страшное, глубокое ущелье, а я не хочу разбиться в самом расцвете сил. Ведь мне всего восемьдесят три года.

— Но у меня нет другого выхода, — сказал Альберт, — я должен исправить свою ошибку, понимаешь!

— Ты действительно хочешь отправиться в пещеру Аурит? — еще раз переспросил гном.

— Да, — кивнул Альберт.

— Тогда я отправляюсь с тобой, — решительно заявил гном.

— Ты же говоришь там страшно…

— Ужасно страшно, но как ты я могу тебя бросить одного?

— Ты настоящий друг! — улыбнулся Альберт и так крепко обнял Тоша, что тот закряхтел.

Через распахнутое настежь окно он запрыгнул в свою комнату и стал наспех собирать школьный рюкзак. Только вместо учебников и тетрадей он его заполнил сладкими булочками, печеньем, сыром и сосисками. Благо в доме все уже спали, и Альберту даже удалось заварить горячее какао в термосе. Еще не ясно, какая погода их ожидает в пути. Возможно, придется укрываться от дождя и ветра. Поэтому мальчик запихнул в рюкзак сложенный в рулон теплый плед и старый дождевик с капюшоном. Мысленно попрощавшись с мамой, он нырнул в оконный проем.

Посадив гнома себе на плечо, Альберт перелез через старую ограду, за которой расстилался бескрайний лес.

— А как же твои родители? Ты им хоть записку оставил? — поинтересовался Тош.

— Об отце я и слышать ничего не хочу, а мама…я надеюсь, она меня простит, когда обо всем узнает.

***

Яркие звезды освещали друзьям путь, наблюдая как мальчик одиннадцати лет от роду, с гномом на плече пробирается сквозь заросли, приближаясь к лесу. Величественные деревья с густой кроной и кряжистыми ветвями тут же окунули путников в непроглядную тьму. Рассеять черную пелену не помогала даже луна, открывшая свое лицо в полную меру. Лес отдыхал, лишь шум шагов Альберта да стрекот цикад, нарушали сонное царство. Время от времени, где-то вдалеке ухал филин или раздавался пронзительный свист какой — то пугливой пичужки. Тогда гном подскакивал на плече у Альберта и принимался причитать о том, как ему страшно.

Решив, что в такой темени идти нет смысла, друзья сделали привал. Они устроились под раскидистой лиственницей, расстелив на траве мягкий плед. Накрывшись дождевиком, Альберт подложил под щеку кулак и прикрыл глаза. Рядом, под ухом, раздавалось протяжное сопение гнома. Через несколько минут сопение сменил раскатистый храп.

Когда в небе прорезались первые лучи солнца, Альберт и Тош двинулись в путь. Вершины Асгардских гор, гордо выглядывали на горизонте,