Наказание Желтой Тени (сборник) - Анри Верн

Я втайне вернулся в Англию через день после того, как ты убыл в Бирму. Мне хотелось встретиться с Джеком Старом, чтобы поподробнее расспросить его о резиденции Минга, но там я узнал, что Джек мертв. К счастью мы с Таней условились о связи в случае необходимости через газеты. Я поместил в «Таймс» в рубрике «Продажа домов» следующее объявление.

«Меняю виллу „Куран д'Эр“ на шотландскую усадьбу XIV века. С привидениями не предлагать».

Через два дня я получил ответ, и Таня согласилась участвовать в моем предприятии. Она согласилась не только информировать о делах своего чудовищного родственника, но и сопутствовать мне в Бирме. Между тем, я связался с сэром Арчибальдом Бейуоттером, единственным человеком, которого я помимо Тани посвятил в свои планы. Он помог нам с Таней добыть фальшивые документы и добраться до Рангуна. И вот там, загримировавшись под слепого прокаженного, я и начал действовать. Подкожные инъекции вызвали вздутие и подобия гнойников, кожу окрасила специальная краска. Правда, мне пришлось потренироваться держать пальцы так, чтобы они напоминали по форме когти, что тоже является одним из признаков болезни Хансена.

Для окончательного сходства с местными больными я побрил голову. Таня со своей стороны загримировалась под нищенку, поводыря лже-прокаженного-слепого. Поскольку она знала многие секреты Минга, в том числе и пароли, мы смогли добраться до Желтой Тени, пользуясь помощью со стороны его же организации и в то же время, срывая его планы.

Через них же мы узнали о твоем пребывании в Рангуне и поняли, что ты задался той же целью, что и мы. Сначала я хотел объявиться тебе, но потом изменил свое решение. Ибо в данном случае наше объединение, хотя и увеличивало общую мощь, но с другой стороны — давало Желтой Тени возможность бороться с одной компактной группой противников. В то же время, действуя раздельно, мы атаковали Минга с разных направлений и имели возможность оказывать тебе помощь. Ведь я знал, что ты подвергаешься серьезной опасности. Как помнишь, мне удалось четырежды вмешаться, чтобы вызволить из довольно деликатных ситуаций: в Рангуне, когда дакоиты прижали тебя у пагоды Нат; в Мандалае, где я убил подброшенную тебе кобру; на Иравади, после твоего захвата пиратами; ну и вчера, когда мы сняли тебя с распятия, устроенного поклонниками Нага.

— Вы ещё забыли, командан, что выручили меня из проклятой тюрьмы Минга. Так что я должник ваш и Тани Орлофф за пять раз…

Моран, казалось, не заметил поправки своего друга и продолжал:

— В Мандалае я скрыто присутствовал и в Араканской пагоде, когда ты там встретился с посланцем У-Вина. Используя всю сесть Минга в Мандалае, мы смогли установить, кто этот человек. Ну, а отсюда, мы без труда выяснили, где ты находишься. И вот тогда я решил использовать «Зеленые флаги» в наших целях.

Я встретился с У-Вином и предложил ему захватить Минга, проведя «зеленофговцев» вовнутрь цитадели, где размещалось его логово. Предложение было слишком заманчивым, чтобы У-Вин мог отказаться. Мы разработали план и У-Вин направил послание доктору Партриджу, чтобы тот подготовил коммандос к рейду и перебросил их по воздуху к крепости.

Ты скажешь, Билл, что в этот момент я бы мог тебя предупредить! А вот и нет. Я решил оставить тебя в неведении. Таким образом Желтая Тень сконцентрировал бы все свое внимание на тебе, а это позволило бы нам действовать с большими шансами на успех.

Конечно, Таня и я решили внимательно следить за твоей судьбой, как и до того. С момента твоего прибытия в Таро, мы шли за тобой до крепости. Вырвав тебя из лап поклонников секты Змея, мы направили тебя сложным путем к Мингу, который, отвлекшись на твои действия, упустил из виду солдат Партриджа. Минг схватил тебя, а мы освободили. Пока ты был в темнице, «Зеленые флаги» десантировали с самолетов двести коммандос. Транспортные самолеты из Индии частенько пролетают в этом районе, так что ничего удивительного нет в том, что моторы наших не привлекли особого внимания людей Желтой Тени. И вот мы приступили к реализации плана. Из крепости ведут одиннадцать подземных ходов, и Таня все их знает. Десять из них сейчас блокированы людьми Партриджа, который уже должен в данный момент ворваться в крепость. Одиннадцатый ход свободен. Это личный ход Минга. Он начинается прямо из его апартаментов, которые, как ты знаешь, находятся на вершине крепости и заканчиваются выходом здесь в развалинах храма. Так что, удрав от «Зеленых флагов», Минг, наверняка, воспользуется самолетом. Нам остается только ждать.

— А если его будут сопровождать? — спросил шотландец.

— Он будет один, — ответила Таня Орлофф. — чтобы добраться до пустыни Гоби, самолет имеет большой запас топлива и может нести только одного пассажира.

Боб Моран взглянул на часы.

— Минг вот-вот появится. Давайте-ка спрячемся. А вы, Таня, уйдите вглубь храма, ваш дядя ни в коем случае не должен вас видеть. Если он каким-то чудом и ускользнет от нас, то не должен ни коим образом заподозрить ваше сообщничество с нами. Ты, Билл, укройся в этой нише, слева. А я спрячусь прямо у самого выхода, так что дичь никак не должна удрать.

Статуя Будды под зонтиком из нагов дрогнула, затем повернулась вокруг своей оси, открывая квадратное отверстие, из которого выбрался человек с электрическим фонарем в руках. Это был Желтая Тень.

Как и обычно, он был одет в свой темный костюм. Голова обнажена и никакого багажа в руках. На поясе его в кожаной кобуре висел огромный автоматический пистолет.

Несмотря на то, что события развивались для него не лучшим образом, убежище захвачено и самому приходится скрываться, лицо Минга было бесстрастно; ни волнения, ни каких иных чувств не отражалось на нем. Он был спокоен, как ангел Зла.

Статуя встала на место, и Минг погасил свой фонарь. Внутренность храма освещал серый рассветный свет, проникающий через проломы в крыше.

Медленными шагами монгол пересек храм, направляясь к выходу, но не успел выйти. На его пути встал человек. Несчастный, одетый в лохмотья, с бритой головой, лицом, пораженным проказой.

Это неожиданное появление, а также направленный на него пистолет, заставили Минга напрячься. Тем не менее голос его был спокойным, когда он спросил:

— Кто ты, осмеливающийся напасть на Хозяина?

Поскольку Минг считал, что его имперскому влиянию подчинены в Азии все нищие, люмпены и подонки, которые обязаны оказывать ему всяческое содействие и быть сообщниками во всех его деяниях, то он был удивлен и просто не верил, что кто-то из