П. Севастьянов - Искатель. 1967. Выпуск №2

— Разве не все? Тогда жаль. Это очень интересная история, — сказал Михеев. Среди авторов началось неописуемое волнение.

— Что за история? — осведомился один из них, и они оба навострили уши.

Михеев приглашающим жестом указал на Зубова.

— Попросите хорошенько, и он расскажет. Это его биографическая тайна.

Зубов как-то задумчиво посмотрел на Михеева, малиновый цвет начал таять на его лице, и оно вернуло себе обычный оттенок.

— Биографическая? — сказал Зубов. — Ничего себе биографическая: едва не вылетел с работы.

Михеев развел руками. И потом взялся за телефон. Когда он поднял телефонную трубку, знаменитый «наган» загудел, как трансформаторная будка.

— Прошу ко мне, — сказал Зубов и первым вышел из кабинета.

В коридоре Зубов сказал:

— Старик не переносит вашу братию. Мол, не знают ни черта, а сочиняют с три короба и носятся с этим. Тут появлялся один журналист, три дня ходил как на работу. Потом в своей газете нагородил такое, что старик схватился за голову. Говорит: «Люди подумают, что это я наплел ему».

— Леонид Михайлович, а что имел в виду Михеев? — напомнил автор второй, даже забегая перед идущим впереди Зубовым.

— Комичная, но страшно глупая история с моими часами. За нее, за самовольный поход на дачу, наложили строгий выговор, а могло быть и похуже. Как-никак почти служебное преступление. Впрочем, об этом потом.

— Простите за неквалифицированный вопрос. Почему их не взяли там же? На даче? — спросил автор второй, румяный от азарта.

— А улики? — сказал лейтенант, придерживая шаг. — Приходилось следить за этой шайкой, контролируя каждый шаг. А потом нам помог сам Сергей Сергеич. Он догадался, кто я, а Михеев подогрел его опасения. Поэтому тот решил после дела домой не возвращаться и забрал все с собой. Ну, об этом уже не трудно было догадаться, зачем он забежал к себе перед самой операцией.

— Но как вы сразу догадались, что это именно они? Те самые? — сказал автор первый, хватая Зубова за локоть.

— Не забывайте, — сказал лейтенант, — не забывайте: Володин все время оставался на подозрении. Вдобавок на даче он был в кожаной куртке, взятой на улице Удальцова. Конечно, в куртке я не был уверен. Мало ли совпадений! Но вот Сергея Сергеича я сразу узнал. По описанию старшины. Эта поднятая бровь и нервное подергивание века. Он подбросил снятые Семеном с одного человека часы, но об этом после. Словом, если он вернул часы, значит, у него были веские основания не привлекать к себе излишнее внимание милиции. Тут уже было подумать над чем.

По коридору шел навстречу мужчина в форме офицера милиции. Так как все остальные вокруг были тут в штатском, авторы его узнали. Это был, конечно, заместитель Марков.

— Леонид Михайлович, — произнес он энергично, — зайдите с делом Маргасова.

И четко пошагал дальше, подтянутый и бодрый. Зубов привел гостей в кабинет.

— Я скоро вернусь. Сплавлю Маркичу бумаги — и свободен… В дверях он задержался и спросил.

— Случайно вам не известно, скоро ли «Дом Семеновых» выйдет на экран?

Авторы переглянулись: в «Доме Семеновых» снималась знакомая им актриса.

— Придется еще поработать, — сказал автор первый и похлопал по рукописи, когда они остались вдвоем.

— М-да, — согласился автор второй.

За дверью послышались грузные шаги. Дверь приоткрылась, и появился Михеев. Он взглянул на них с каким-то подозрением и сказал:

— У вас, как видно, нелегкая работа. Дело в том, что я когда-то учился на инженера-полиграфиста. На инженера, — подчеркнул он, остановился в дверях и добавил: — Толковый парень этот Зубов. Вообще-то он подоспел вовремя. Крепко я засел тогда на даче. Связи нет. Хоть кричи в окно прохожим.

Он кашлянул неловко, не зная, что еще сказать.

— Что ж, заходите еще. Буду рад, — произнес он несколько неуверенно и было закрыл дверь за собой.

— Минуточку, Серафим Петрович! — крикнул автор первый. Голова Михеева появилась вновь. Михеев смотрел обеспокоенно.

— Послушайте, уж как-то принято описывать счастливый конец, — сказал автор первый. — Что можно написать о Нине в этаком разрезе?

Автор второй закивал энергично, оказывая поддержку.

— Ну напишите, мол, деньги вернули родителю. Все почти, — сказал Михеев растерянно и добавил: — Придумайте что-нибудь. Сдала экзамены. И может, кто знает, вышла замуж.

Он посмотрел вопросительно на одного автора, потом на второго и очень осторожно затворил дверь. Потом за дверью было тихо: очевидно, Михеев отошел на цыпочках.

Кир. БУЛЫЧЕВ

КОГДА ВЫМЕРЛИ ДИНОЗАВРЫ

В этом доме был современный лифт с голубыми самозакрывающимися дверями. Между створками была щель, настолько широкая, что можно было увидеть освещенную белую стену кабины и современный плафон год потолком. Но влезть в щель было нельзя. Не только Полякову, но даже и мне, хоть я в два раза тоньше.

— Какой этаж? — спросил Поляков.

— Десятый, Николай Николаич, — сказал я.

— А другой лифт есть?

— Нет другого. Может, я поднимусь, а вы постепенно ко мне присоединитесь?

— Как так постепенно? — спросил Ник-Ник. — Тебе одному нельзя. Он с тобой и разговаривать не будет.

Ник-Ник тяжело вздохнул и почему-то расстегнул пиджак. Я бы отлично управился и без своего шефа, но когда из лаборатории принесли глянцевые, тринадцать на восемнадцать, отпечатки, то принесли их не мне, а прямо к нему в кабинет, он меня тут же вызвал, и я впервые увидел их живописно разбросанными по столу Ник-Ника.

— Ты заказывал лаборатории печатать? — спросил он.

— Я.

— А что на них, знаешь?

— Нет. Мне Грисман пленки прислал, я думал, может, что срочное, вот и отдал. Ведь по нашему отделу.

Я старался краем глаза разглядеть, что там Грисман наснимал такого, что лаборант притащил прямо к Ник-Нику в кабинет. Может, запечатлел местных девчат на память и сейчас произойдет неприятный для меня разговор?

— Где письмо? — спросил Ник-Ник.

— Какое письмо?

— С пленками письмо от Грисмана было?

— Не было никакого письма, Николай Николаич, — ответил я.

— Что же это такое? Присылает фотокорреспондент пленки, и к ним ни письма, ничего? Может, он и не хотел, чтобы их проявляли? Может, он хотел, чтобы их прямо в таком виде в музей отдали? Он где?

— Вы же знаете, на Саянах, в Парыкских болотах, там скелеты ящеров нашли. Сами же ему командировку подписывали.

— Что он ДОЛЖЕН быть в Парыке, это я знаю, а вот где он в самом деле, не знаю.