Людмила Малёваная - Искатель. 2014. Выпуск №3

— Так, все понятно. Он не может всплыть сразу — баротравма! Закрепись! Артур, понял, закрепись!

— Да, — прогудело из-под воды.

— Вадим, попробуем медленно подвсплыть до семидесяти. Только — медленно, осторожно! Я не уверен, что он хорошо закреплен, а его амуниция весит немало. Не сорвался бы!..

— Есть осторожно!

Загудели насосы, продувая часть балласта, и стрелка глубинометра медленно поползла по шкале: 109… 108… 107 метров.

— Алексей, Ронни, посмотрите, сзади вас должны быть принайтованы к переборке несколько баллонов с воздушной смесью. Они целы? — обернулся Михаил.

— Да, — ответил Алексей. — Три штуки. Смеси гелиево-воздушные… разные.

— Отлично! Какая процентовка?

— Восемь с половиной и три процента!

В этот момент затих шум моторов, и батискаф замер на глубине семидесяти метров.

— Вивьен, посмотри карусель для забортных проб. Помещаются ли в ячейки баллоны?

Карусель представляла собой шесть горизонтально расположенных цилиндров, как в револьвере. При вращении один из цилиндров всегда был в кабине, а противоположный ему — за бортом снаружи. Специальным наружным манипулятором туда можно было закладывать образцы грунта, флоры и фауны. В случае необходимости можно было и выводить что-то из батискафа. При погружениях на глубины более тысячи метров карусель не использовалась и закрывалась снаружи сверхпрочным герметичным кевларовым обтекателем. Пока Вивьен и Ронни возились с баллонамиу карусели, Михаил с облегчением выяснил у Кинси, что у того за плечами баллоны именно с гелиево-воздушной смесью.

— Ура, помещаются! — радостно крикнула Вивьен. — И даже с небольшим запасом!

Крупнов приблизился к иллюминатору:

— Артур, мы сейчас тебе передадим по правому борту через карусель баллон с восьмипроцентной смесью, которого тебе хватит на сорок минут. К баллону будет привязан короткий фал с карабином на конце. Не доставая из барабана баллон, сначала закрепи фал за скобу обшивки. Не забудь — уронишь, не донырнешь! Ты понял, Артур? Но в первый цилиндр мы положим просто короткий фал с карабинами на концах, чтобы ты сам мог зацепиться за батискаф и у тебя были бы свободны руки. Второй нам какой баллон заряжать?

Кинси бубнил в ответ и кивал головой. Наконец он посмотрел на наручный манометр и махнул рукой в сторону правого борта. Сначала плечи, а потом и шлем с кольцами воздушных шлангов исчезли из иллюминатора.

С легкими щелчками карусель провернулась. Индикатор показал, что первый цилиндр снаружи. За бортом была слышна возня, а логом Кинси три раза постучал. Значит, закрепился. Kaрусель крутанулась еще раз. Спустя несколько минут шлем акванавта появился в правом боковом иллюминаторе. Пальцами он показал о’кей.

— А вода-то пресная! — неожиданно сказала Вивьен, слизнув с губ упавшие с потолочной панели капли. Все переглянулись.

Почти через три часа, находясь на глубине двадцати метров, удостоверившись, что и Кинси, и экипаж, и сам батискаф готовы к всплытию, Крупнов дал команду:

— Выбросить аварийный буй! Товсь к всплытию! Всем закрепиться! Продуть балласт!

Вадим щелкал клавишами и переключателями, потом руки его легли на джойстики управления.

— Буй на поверхности! К всплытию готов!

— Выполнять!

Полковник, уже отодвинув от себя бокал с недоеденным мороженым, лениво протянул руку к ожившей рации и включил громкую связь:

— Здесь Воган, слушаю тебя, «Небо Один».

— Мой полковник, наблюдаю на поверхности озера аварийный радиобуй. Слышу СОС.

— Что-что? Какой еще СОС?! Что за буй?

— СОС и координаты!

— Какие еще координаты?

— Это где-то в Тихом океане, мой полковник!

Полковник схватил со стола бинокль и чисто интуитивно направил его примерно на то место, где несколько часов назад образовалась загадочная концентрическая волна. На поверхности мерно покачивался ярко оранжевый буек с мигающим проблесковым маячком. Вся компания повскакивала с мест, опрокидывая стулья.

— Катер к восьмому пирсу! Немедленно! Прямо сейчас! К бую не подходить! — Последние слова он выкрикивал, отшвырнув стул и уже прыгая через три ступеньки по лестнице, ведущей к Причалу. Дени, Ален, Джоди и Брэндон припустили следом. К погоне присоединился с воплями и молодой официант с полотенцем в руке.

Выбежав на пирс, они увидели стремительно подходивший к причальной стене катер. Лихо развернувшись в последний момент, капитан поставил его четко параллельно пирсу. Вся компания, словно опытный спецназ, попрыгала в катер, который тут же, заложив крутейший вираж и глубоко вспахав спокойную воду порта, направился к открытой воде, набирая скорость. Последним, на уже отплывающий катер, сиганул, размахивая полотенцем, официант. Немного не допрыгнул и повис на руках, вцепившись в транец. Оказавшийся рядом Брэндон здоровой рукой схватил отважного гарсона за шиворот и одним сильным движением втащил на палубу. Официант, тяжело дыша, привалился к поручню и стал нервно обтирать лицо и шею полотенцем, которое он так и не выпустил из рук.

— Вы не… уф! Не заплатили по… счету, господа, — слегка заикаясь, выдавил он.

Брэндон, с интересом взглянув на отчаянного гарсона, достал из кармана три сотенные купюры и протянул молодому человеку:

— Этого хватит?

Гарсон утвердительно кивнул и судорожно сглотнул.

Тренировка оффшоров к этому времени уже заканчивалась, и последний болид под номером 14 приближался к причалу, отведенному под боксы-доки. Неожиданно он развернулся и направился к центру озера, туда, где качался на легких волнах оранжевый буек. Подойдя поближе, бирюзово-белый катер сбросил ход и остановился. Поднялись вертикально два фонаря-обтекателя пилота и штурмана, и оба гонщика, отстегнув ремни, встали в своих кабинах.

С первого взгляда казалось, что вокруг буя кипит вода. И на самом деле, из-под воды поднимались на поверхность мириады воздушных пузырьков. Но вот под водой стали проглядывать очертания большого светлого предмета. Прошло еще две минуты, и перед изумленными взорами гонщиков и пассажиров спасательного катера из глубины Женевского озера торжественно всплыл и закачался на воде белый с красно-оранжевой полосой батискаф. На борту синела крупная надпись: «OCEAN» и чуть мельче: «Science Academy of Russian Federation». У правого борта батискафа на поверхности торчала голова в подводном шлеме. Из воды поднялась рука в перчатке и показала большой палец. В верхней части батискафа откинулась крышка люка, появилась всклокоченная голова с наушниками набекрень: