Николай Коротеев - Мир приключений 1974

— Вы лично видели?

— А как же иначе? Точь-в-точь. Как в кино.

— Расскажите подробнее. Я из газеты, — засветился обладатель фотокамеры, но молочник тотчас же стушевался:

— Некогда мне — заказчики ждут.

— Разыгрывает, — сказал кто-то. — Чудес не бывает.

Я решил поддержать молочника:

— А вдруг? Я не видел этого дома еще полчаса назад. Глядел вон из того окна напротив — пустырь и забор. А вышел на улицу — ни пустыря, ни забора. У соседнего дома материализовался дубль.

Газетчик еще раз щелкнул фотокамерой, должно быть снимая мое окно.

— Ваше имя, сэр?

— Зачем? Я не мечтаю попасть в газеты. Мне же нужны свидетели, сэр.

— Чудеса не нуждаются в свидетелях, мистер. Это не преступление, — сказал я и пошел прочь.

Газетчик кинулся было за мной, но к дому в этот момент подъехал автофургон телевизионной компании. Причаливший следом серый «форд» выбросил полдюжины волосатиков, сразу же атаковавших моего газетчика.

— Что здесь произошло, Арчи?

— Опыт скоростного строительства, да? Я не стал слушать…

На кафедре еще ничего не знали о чуде, но в перерыве между лекциями сенсационная весть уже долетела с улицы. Мимо меня бегом промчались студенты, торопясь к месту уже известного им происшествия.

Тут меня и поймал Вэл.

— Твоя работа?

— А что? — спросил я невинно.

— А то, что ты кретин Зачем тебе это понадобилось? Забыл, в какой стране живешь? Если бы ты выстроил дом в Москве, тебе бы только сказали спасибо, а здесь ты обогащаешь землевладельца.

— Как? — не понял я.

— Вот так. Не бедняки, милок, получат твои квартиры, а хозяин. По праву священной частной собственности. — Увидев подкатившего Доуни, Вэл заторопился: — Встретимся в «пабе», когда выйдут вечерние газеты. Надо поговорить.

Я не знал, надо ли. Да и о чем? Дело-то ведь уже сделано. Но реплика Доуни подтвердила, что и ему надо об этом поговорить.

— Ведь вы живете на Друммонд-стрит, Монти? — начал он. — Слыхали, что произошло?

— Не только слыхал — видел.

— Так рассказывайте скорее!

— Что рассказывать? Дом как дом.

Доуни сделал строгое лицо, как на экзаменах.

— Я только что говорил с соборным епископом. Он проезжал по вашей улице. Едва пробился — такая давка. — Доуни приблизился ко мне вплотную и прибавил почему-то шепотом: — Говорит, что это не от бога, Монти. Не от бога. А вы что скажете?

— Что в городе появился волшебник, сэр.

Доуни шарахнулся от маня, как от зачумленного. Вечерних газет ждать не понадобилось: уже экстренные выпуски дневных отвели целые полосы «чуду на Друммонд-стрит». Со всеми подробностями была описана суета вокруг дома, впечатления очевидцев его рождения, болтовня зевак. «Дейли экспресс» опубликовала даже снимок фасада меблированных комнат миссис Соммерфилд с моим окном, помеченным крестиком. «Из этого окна преподаватель университета Монтегю Клайд лично наблюдал волшебную материализацию здания». Косматый газетчик оказался проворнее, чем я думал, сумев выведать все, что ему требовалось, даже у неприступной Розалии.

Научные авторитеты отмахивались: «не знаю», «не понимаю», «не могу объяснить». Архитектор Брукс, специалист по скоростному домостроительству, высказался определеннее: «Не знаю ни материалов, ни метода, с помощью которых можно выстроить пятиэтажный дом в одну ночь. Может быть, открыт секрет самовозрастающей цементной массы, но мне он неизвестен». Мгновенного рождения дома архитектор вообще не допускал, не обмолвившись о том даже намеком. Плакат с бесплатными квартирами вызвал подозрения «Нью джорнал», намекнувшей на «происки коммунистов, получивших секрет сверхскоростного строительства из Москвы». Задавались вопросы, кто же станет хозяином дома — землевладелец или строитель, если он объявится.

Вечерняя «Ивнинг ньюс» недвусмысленно разрешила все сомнения на этот счет, опубликовав интервью с владельцем земельных участков на Друммонд-стрит Джозайей Харрисом:

«— Было ли это неожиданностью для вас, мистер Харрис?

— Полнейшей.

— Как вы относитесь к такому событию?

— Я очень доволен.

— Как вы его объясняете?

— Никак. Зачем обогащенному объяснять причины своего обогащения. Важен сам факт.

— Значит, вы уже считаете себя законным владельцем дома?

— Бесспорно.

— А если предъявят свои права строители?

— Все, что построено на моей земле без предварительного договора на аренду, принадлежит мне. Пусть строители обращаются в суд. Закон на моей стороне.

— Последний вопрос. Как вы относитесь к объявлению на фасаде дома о бесплатных квартирах?

— Я приказал его снять. Распоряжаюсь квартирами я. И цены назначаю я. Кто платежеспособен — милости просим».

Я пошел в бар и выпил уйму дряни. Но не опьянел, во всяком случае не убил в себе тупого отчаяния. Только в глазах все помутнело и закачалось. Таким меня и нашел Вэл.

— Читал?

Я кивнул.

— Что скажешь?

— Соглашаюсь с тобой. Я кретин.

— Не придирайся. Я сказал это в запальчивости. Просто ты не подумал о последствиях, а твои «невидимки» не знают английского законодательства. Кстати, они еще здесь?

— Не знаю. Если здесь, ничего не предприму без твоего совета.

— Увы, — вздохнул Вэл. — Завтра вылетаю в Москву.

— Совсем? — испугался я.

— Временно. В Москве постараюсь заинтересовать ученых Удастся — вызову. Узнай только, может ли поле последовать за тобой или передаст тебя другому в другой зоне рассеяния.

Я не ответил. Помутневший мир еще более потемнел и закружился. Шатаясь, я встал.

— Что с тобой? Тебе плохо? — спросил Вэл.

— Просто выпил лишнее, — сказал я сквозь зубы.

— Я провожу тебя.

— Не надо. Все равно.

Мне было действительно все равно. Я оставался один на один с империей «невидимок». Помощь Сузи проблематична Духовный мир ее, ограниченный конспектами лекции по ядерной физике — микромира, бесконечно далекого от микромир гостей, — был лишен широты воображения и железной логики Вэла. А что мог извлечь из контакта с пришельцами я, еще более ограниченным преподаватель литературной классики, отброшенный in современности в историческую глубь елизаветинской Англии?

Я вернулся домой протрезвевший. Только злость осталась, неостывшие угли гнева, вновь готовые вспыхнуть. Я вам устрою еще одно чудо, господа ревнители частной собственности! Я вас обогащу еще больше, мистер Харрис, обогащу, как Мидас, прикоснувшись к вашему краденому имуществу.

Подойдя к окну, я снова увидел творчество «невидимок». Дом стоял мрачный, скучный, с грязно-серыми подтеками на фасаде. Объявления о бесплатных квартирах уже не было Часть тротуара возле дома была окружена недостроенным высоким забором; строители, не закончив работу, уже ушли Харрис демонстративно защищал свое право собственности Скоро ему будет что защищать, только едва ли он справится.