Десмонд Бэгли - Высокая цитадель

Он оглядел свой небольшой отряд.

— Вопросы есть?

Агиляр пошевелился.

— Значит, я должен вернуться в лагерь. Я чувствую, что я для вас обуза. Я ведь до сих пор ничего не сделал, ничего.

— Боже всемогущий! — воскликнул О'Хара. — Вы же главная фигура, из-за кого мы сражаемся. Если мы допустим, что они схватят вас, все наши усилия потеряют всякий смысл.

Агиляр медленно улыбнулся.

— Вы знаете так же хорошо, как и я, что я уже больше ничего не значу. Действительно, им нужен я, но они не могут оставить в живых и вас. Мистер Армстронг говорил именно это, не так ли?

Армстронг вынул трубку изо рта.

— Может быть, и так. Но вы не в состоянии сражаться, — сказал он напрямик. — И пока вы здесь, внизу, вы отвлекаете часть внимания О'Хары на себя. Так что лучше вам двинуться в лагерь и там сделать что-нибудь полезное, скажем, изготовить пару болванок для арбалета.

Агиляр наклонил голову.

— Меня поправили, и поделом. Извините, сеньор О'Хара, за то, что доставляю вам лишние хлопоты.

— Ничего, — сказал О'Хара натянуто.

Ему было жалко Агиляра. Этому человеку храбрости не занимать, но одной храбрости было недостаточно. Точнее, это была не совсем та храбрость, что сейчас требовалась. Интеллектуальное мужество хорошо в своем деле.

Подъем к лагерю длился почти три часа. Агиляр все же физически был очень слаб. О'Хара не переставал беспокоиться о том, что может произойти у моста. По крайней мере, он не слышал винтовочных выстрелов, но ветер дул с гор, и он не был уверен в том, донеслись бы они сюда. Напряжение внутри него росло.

Их встретил Виллис.

— Ну что, благополучно ушли Форестер и Родэ, и наш общий друг Пибоди? — спросил О'Хара.

— Они вышли раньше, чем я проснулся, — сказал Виллис. Он посмотрел вверх на горы. — Наверное, они сейчас уже у рудника.

Армстронг обошел требуше, одобрительно хмыкая.

— А вы хорошо поработали здесь, Виллис!

Виллис слегка зарделся.

— Сделал все, что мог… за короткое время и с такими материалами.

— Как же он будет работать? — спросил О'Хара, недоуменно взирая на сооружение.

— Он сейчас в разобранном виде, подготовлен к транспортировке, — с улыбкой ответил Виллис. — Мы покатим его по дороге на колесах.

— Я сейчас думал о русско-финской войне, — сказал Армстронг. Немного не из моей области, но все же. Там была придумана такая штука — «молотовский коктейль».

О'Хара мгновенно вспомнил еще об одной бочке с керосином и о пустых бутылках, валявшихся вокруг лагеря.

— Господи, вы опять попали в точку, — сказал он. — Соберите-ка все бутылки, какие нужно.

Затем направился к домику, где стояла бочка с керосином. Виллис крикнул ему вдогонку:

— Там открыто. Я был там утром.

Он толкнул дверь и остановился, увидев ящик с водкой. Медленно наклонившись, он взял одну бутылку, с нежностью погладил ее, посмотрел на свет. Прозрачная жидкость могла быть и водой, но он знал, что это за вода. Это была вода забвения, в которую можно было погрузиться и получить блаженство. Он облизал языком губы.

Снаружи раздался звук чьих-то шагов. Он быстро поставил бутылку на полку и задвинул ее за какой-то ящик. Когда вошла Бенедетта, он, склонившись над керосиновой бочкой, старался ее открыть.

Она принесла с собой пустые бутылки.

— Виллис сказал, что они вам нужны. Для чего?

— Мы будем делать своего рода бомбы. Нам нужны куски ткани, чтобы сделать из них пробки и фитили. Может, поищете что-нибудь?

Он начал наполнять бутылки керосином, а когда вернулась Бенедетта с куском материи, он показал ей, как надо затыкать бутылки, оставляя фитиль, который можно было бы без труда зажечь.

— Где остальные? — спросил он.

— У Виллиса возникла идея, — сказала она. — Армстронг и мой дядя помогают ему.

Он наполнил очередную бутылку.

— Вы не возражаете, если мы оставим вашего дядю здесь одного?

— А что еще остается! — сказала она и потупилась. — Он привык к одиночеству. Он не был женат, знаете ли. И потом ему знакомо чувство особого одиночества — одиночества власти.

— А вы чувствуете себя одинокой, с тех пор как…

— Как убили мою семью? — Она взглянула на него, и в ее темных глазах мелькнуло что-то странное. — Да. Мы с дядей два одиноких человека, скитающихся по разным странам. — Ее губы слегка искривились. — Я думаю, что вы тоже очень одиноки, Тим.

— Ничего, справляюсь, — лаконично ответил он и вытер руки куском ветоши.

Она встала.

— Что вы будете делать, когда мы покинем эти места?

— Вы, вероятно, имеете в виду, если мы покинем эти места. — Он тоже встал и посмотрел на ее обращенное к нему лицо. — Куда-нибудь двинусь. В Кордильере мне теперь делать нечего. Филсон ни за что не простит мне то, что я погубил один из его самолетов.

— И здесь нет ничего, что позволило бы вам остаться?

Губы ее были раскрыты, и он неожиданно для себя наклонился и поцеловал ее. Она прижалась к нему, и они стояли так некоторое время. Потом он вздохнул и, сам себе удивляясь, сказал:

— Да, наверное, здесь что-то есть, из-за чего можно и остаться.

Они помолчали. Если для возлюбленных вполне естественно строить планы, то какие планы могли быть у них? Наконец Бенедетта сказала:

— Надо идти, Тим. Надо работать.

Он разомкнул объятия.

— Да, пойду посмотрю, что там делают остальные. А вы тем временем выньте бутылки с алкоголем из ящика и положите в него бутылки с керосином. Мы сможем приладить его к требуше.

Он вышел из домика и зашагал к другому концу лагеря. На полпути внезапно остановился. Его поразила мысль, пришедшая в голову. Он понял странное выражение глаз Бенедетты — в них было сострадание.

Он глубоко вздохнул, затем распрямил плечи и опять пошел вперед, со злостью отбросив ногой попавшийся на дороге камень. Услышав слева от себя голоса, он повернул к склону горы и увидел Виллиса, Армстронга и Агиляра, стоявших около старого кабельного барабана.

— Что тут такое? — спросил он.

— Страховка, — весело ответил Армстронг. — Это на случай, если противник перейдет на эту сторону.

Виллис наклонился, постучал камнем о камень, и О'Хара увидел, что он поставил барабан на клин.

— Ну и что? — спросил О'Хара.

— Дерево, конечно, гнилое — барабан тут уж, наверное, много лет стоит, начал объяснять Виллис. — Но штука эта тяжелая и может катиться. Пройдите вниз несколько шагов и посмотрите. Что вы там видите?

— Ну, я знаю, там на крутом спуске дорога идет по узкому коридору в скале. Его пробили взрывчаткой, — сказал О'Хара.