И Ряпасов - Неведомый город

— Я не вижу мест для пассажиров, — сказал студент.

— Внутри, — сказал мистер Блом, — а вход сверху.

— Внутри? — изумился инженер, — да где же тогда помещается газ, поднимающий дирижабль кверху?

— Газа в нем вовсе нет. Он летает главным образом силой двигателей.

— Но как же тогда вы им управляете в воздухе?

— Очень просто. Устойчивость аппарата основана на простом принципе: он уравновешен с воздухом и достаточно незначительного двигателя — в 500–600 сил, чтобы он плавал в нашей атмосфере.

— Пятьсот сил — это вы называете незначительными двигателями! — вставил доктор.

— Да, по моим расчетам это сила очень небольшая.

— Объясните лучше, мистер Блом, что вы называете равновесием аппарата, — сказал инженер.

— Вы знаете, что баллоны дирижаблей обыкновенно наполняются водородом, который в 14 раз легче воздуха; наполняются с таким расчетом, чтобы аппарат пришел в равновесие с окружающей средой. Двигатель дает ту силу, которая поднимает их на воздух. В данном случае небольшой размер всего аппарата позволяет применить новый принцип — образовать в баллонах безвоздушное пространство.

— Страшная тяжесть воздуха должна раздавить его, как мыльный пузырь, — заметил внимательно слушавший инженер.

— В том-то и дело, что нет. Чрезвычайная прочность стальной оболочки и сама форма аппарата вполне гарантируют его от такой случайности. Создается то равновесие, которое делает дирижабль подвижным в воздухе, как рыбу в воде.

— Но рыба может увеличивать и уменьшать свой объем и таким образом подниматься или опускаться. Как этого достигнете вы, раз у вас нет никаких плоскостей?

— Одно из достоинств нового сооружения заключается в том, что оно может подниматься вверх вертикально и стоять на одном месте, чего нельзя сделать аэроплану. Вы видите наверху огражденные люки, — указал мистер Блом на три выступа на верхней площадке дирижабля.

— Да, видим, — отозвались все. — И что же?

— В середине действительно находится люк для спуска внутрь, а по обе стороны от него в круглых кожухах два пропеллера. Их работу я сейчас могу показать наглядно.

Ученый отошел в сторону и возвратился с легкой, изящной лестницей. Приставил ее к борту дирижабля и, поднявшись до люка, скрылся в нем, попросив русских убрать лестницу и отойти в сторону.

В борту корабля открылся иллюминатор, через толстое стекло которого наши друзья увидели мистера Блома, возившегося над рычагами и колесами в маленькой каюте. Он кивнул им головою и сделал знак рукою.

Послышался глухой шум работающих пропеллеров. Зеркальный дирижабль шевельнулся и, как если бы его тянули на канате, стал плавно подниматься вверх по отвесной линии.

Достигнув высоты в десять или пятнадцать сажен, он остановился. Звук пропеллеров еле слышался. Потом аппарат стал увеличиваться в объеме. Он спускался и вскоре был на том же месте, откуда поднялся.

Через минуту старый ученый стоял среди русских.

— Бесподобно, — заявили ему русские. — Такие аппараты являются покорителями воздушной стихии.

— Я сам как раз и не разделяю этого взгляда, — промолвил мистер Блом, — главным образом потому, что дирижабли этого рода нельзя делать бесконечно большими.

— Почему же? — удивились все. — Раз хорошо парит малый аппарат, может лететь и большой.

— Он будет в состоянии подняться, но не в человеческих силах создать большой аппарат с такими крепкими стенками, чтобы их не продавила тяжесть воздуха. Даже и эти дирижабли, несмотря на их огромную конструктивную устойчивость благодаря сфероидальной форме, снабжены внутри цельным рядом ребер и распорок, вылитых из одного куска стали. В большом корабле необходимо увеличить их количественно и качественно, а это значит довести аппарат до такого веса, при котором немыслимо подняться в воздух.

— Чем же вы придаете аппарату поступательное движение?

— Движение вперед дается одним пропеллером, который вы видите на носу дирижабля.

— Ах, этот пропеллер тоже скрыт щитом от взоров зрителя.

— Да, и кроме того, как и остальные, снабжен глушителем, почему на высоте тысячи футов земные жители шума слышать уже не могут.

— А не будет нескромностью спросить, мистер Блом, где же вырабатывались вами эти удивительные аппараты? — спросил молчавший до сего времени студент.

— Здесь, — ответил ученый. — Вы видите перед собой и мастерские, и эллинги, и ангары — все сразу.

Он повел русских в глубь пещеры. Там около стен находились огромные станки; резальные, строгальные, шлифовальные машины, как воины на смотру, стояли неподвижными рядами. Несколько дальше виднелся эллинг, в котором еще находился металлический остов нового корабля, походивший на скелет допотопного гиганта.

— Так вот где куются новые вооружения, которым суждено держать в страхе весь мир, — сказал доктор, обозревая пещеру. — Как же здесь работать? без солнца?

— Только при искусственном свете, который вы видите, — ответил ученый. — Когда вы прибыли в Бломгоуз, здесь были заняты до пятисот человек. Это место для работ я выбрал потому, что оно закрыто для посторонних и хорошо защищено природой.

— Которой вы помогли создать неприступную крепость из пещеры, устроив бронированные затворы? — подхватил инженер.

— Для большей безопасности от шпионов других наций пришлось решиться и на это. Здесь главный арсенал, — сказал мистер Блом. — Я думаю, что современные орудия не в состоянии пробить моих затворов, сделанных из прекрасной стали. В случае осады Бломгоуза, здесь могло бы поместиться чуть не все городское население.

— А как же припасы?

— Здесь имеется склад провизии, а родники, бьющие из горы, дают хорошую воду.

— А вы не боитесь, что сверху пещера слабо защищена?

— Чего же опасаться, когда над сводом ее имеется трехсотметровая толща гранита, которую нельзя пробить никакими взрывами.

— Да, это действительно первоклассная крепость, — сказал инженер. — Я поздравляю вас, мистер Блом, с таким ценным приобретением.

— Очень рад, что вы оценили ее по достоинству. На днях, мистер Березин, я буду иметь честь показать вам, что орудия моего арсенала на что-нибудь пригодны. Я приглашаю вас сопровождать меня в полете на одном из этих дирижаблей.

IX. Отказ в руке мисс Кэт

Николай Андреевич много раз поднимался на чудных стальных птицах английского ученого и под его руководством настолько освоился с их управлением, что чувствовал себя в воздушной стихии, как дома. Но со времени посещения гигантских мастерских мистер Блом не упоминал о невидимых дирижаблях, и полет на одном из них все откладывался и откладывался.