Олег Воронин - Искатель. 1983. Выпуск №2

— Извините, с кем имею честь?

— Либерман, Давид Моисеевич. Директор, продавец, грузчик, уборщица и еще бог знает кто в одном лице…

— Мне нужно с вами побеседовать.

— О, я так и знал. Сначала беседуют, потом забирают… А потом извиняются и выпускают. Что можно иметь с этого барахла? Кроме неприятностей?..

— Давид Моисеевич! Я к вам пришел, представьте себе, на консультацию.

— На консультацию? Это меняет дело! Вы правильно пришли, молодой человек. Простите, товарищ капитан… Давида Либермана многие знают. Он может ответить на любой вопрос касательно антиквариата, оценить правильно любую вещь…

— Во-первых, Давид Моисеевич, этот разговор должен остаться между нами…

— Ой вей! О чем речь?! Я буду нем как могила.

— Во-вторых, насколько мне известно, через ваш магазин вместе с различной дребеденью иногда проходят вещи большой исторической ценности, которые, естественно, и стоят приличную сумму.

— Да, вы правы. Но что вас конкретно интересует?

— Иконы. Как производится купля-продажа, цены и кто покупает?

— Если на комиссию поступают иконы, то прежде всего их осматривает эксперт художественного фонда. Некоторые из них, имеющие большую ценность, покупают по рекомендации эксперта музеи. Остальные идут в продажу.

— А цены?

— В пределах от пятидесяти рублей и до пяти тысяч.

— Да-а, приличные суммы… И покупают?

— Вы спрашиваете!..

— А кто постоянно скупает иконы высокой стоимости?

— У меня есть квитанции, но я могу и так назвать, если это вам нужно.

— Пожалуйста…

— Колядко, Зильберштейн, Козлов, Брагин… Ну и еще, пожалуй, Сосновский.

— А Ковальчук у вас покупал иконы?

— Товарищ капитан! Так бы, вы сразу и сказали, что вам нужен Ковальчук. О-о, это был великий человек! Он сюда и не заходил, его наш хлам не интересовал. Ковальчук знал толк в иконах, он имел большие деньги и большие связи. За одну икону из своей коллекции он мог безбедно дожить до глубокой старости…

— Откуда вам это известно?

— Либерман все знает! Одну из его икон я держал в руках. Это такая икона!.. Нет, вы себе не можете представить…

11

Старший лейтенант Кравцов долго стучал в калитку ворот соседей Ковальчука. Здоровенный пес лаял взахлеб, кидался на сваренные из стальных прутьев ворота, угрожающе щелкая белыми клыками почти на уровне лица инспектора уголовного розыска. Наконец дверь отворилась, и на крыльцо вышел худой взъерошенный хозяин дома в полосатых пижамных брюках и линялой тенниске.

— Вы ко мне?

— Да, к вам. Уберите, пожалуйста, собаку.

— Рябко! Пошел вон! Сейчас я его закрою в будке.

Уютная небольшая комната встретила истомившегося от полуденного зноя Кравцова приятной прохладой. Торопливо смахнув с полированной крышки стола невидимые пылинки, хозяйка усадила его на стул у окна и выскочила на кухню.

Вошел хозяин, переодетый в новые брюки и рубаху.

— Вы как раз кстати — мы только обедать собрались. Сейчас Мотря на стол накроет.

— Спасибо, я не хочу. Мне нужно кое-что спросить у вас…

— Э-э, нет, нет! У нас так не водится! — Хозяйка постелила скатерть и принялась торопливо ставить на стол все возможные закуски, соленья, салаты. — Уж коль вы в гости к нам пожаловали — будьте добры к столу.

— Незваный гость хуже татарина, — пошутил Кравцов. — Да еще из милиции.

— Ну не скажите! Мы люди честные, это пусть у других поджилки трясутся при виде милиционера, у тех, кому есть что скрывать. А гостя не приветить — грех большой, так меня еще мама учила, царство ей небесное…

После обеда, уютно устроившись в тени небольшой беседки в глубине сада, Кравцов начал расспрашивать гостеприимных хозяев о их бывшем соседе Ковальчуке.

— А что можно сказать о нем? Человек простой, обходительный, муху не обидит. Но денежки у него, конечно, Водились… Да вы сами посудите — зубной врач! И притом хороший, люди к нему валом шли, отбоя не было. Ну и, ясное дело, не бесплатно…

— Да ты что, Иван, заладил! — вмешалась хозяйка. — Что ты о нем знаешь?! Вам, мужикам, главное — если не отказывается рюмку за компанию опрокинуть, значит, хороший человек. Изверг он был! Оно и нельзя про покойника плохое говорить — так ведь правда же. Жена его, Ксюшка, через день в синяках ходила, взаперти ее держал, как собаку цепную. А ты — обходительный…

— Скажите, а вот в ночь, когда пожар у Ковальчуков случился, вы, ничего не заметили необычного: шум, может, какой-нибудь, кто-либо приходил к ним или еще что? — спросил Кравцов.

— Нет, не заметили, — ответил хозяин, закуривая.

— Иван, тебе что, память отшибло? Про машину забыл?

— Что за машина? — насторожился Кравцов.

— Вот чертова баба! При чем здесь та машина? Тебя же спрашивают про Ковальчуков…

— А все-таки о какой машине речь?

— Да с работы я, со второй смены возвращался — работаю тут неподалеку, дом строим — напрямик шел, через посадку. Вот и приметил — стоит в кустах машина легковая. Я еще подивился: на нашей окраине ни у кого нет машин, только мотоциклы. Чья бы это могла быть? Подошел поближе — никого. Ну и пошел домой.

— Какой марки машина?

— «Запорожец» старой модели.

— Номер случайно вы не запомнили?

— Номер? Нет, не посмотрел…

— И какого цвета — тоже не помните?

— Трудно сказать, темно было…

Вечером того же дня Кравцов докладывал капитану Бикезину.

— …Машину мы разыскали, что, впрочем, особого труда не представляло. Оказывается, в ту ночь ее угнали из гаража некоего Костюка, который проживает в деревне Тихая Долина — это примерно в тридцати километрах от города.

— Почему он не заявил в милицию?

— В том-то и дело, что заявил. Да только под вечер ее разыскали в целости и сохранности неподалеку от деревни. Решили, что местные пацаны угнали ради баловства — такое уже случалось.

— А куда и зачем ездил угонщик?

— Удалось установить примерный маршрут. Если следовать версии, что угонщик выехал из деревни около полуночи в должен был во избежание недоразумений справиться со своим делом к рассвету, то получается, что он, возможно, заехал в город, а затем отправился на железнодорожную станцию.

— Кого-то отвозил?

— Не исключено. Потому и не поставил машину в гараж. Если, конечно, предположить, что он из местных жителей. К тому времени уже рассвело.

— Замок гаража взломан?

— Открыт отмычкой. А замок довольно сложный. Тут требуется незаурядная сноровка.

— Специалисты подобного профиля в деревне и окрестностях не числятся?