Дина Полоскова - В погоне за Иштар

— Как же, как же, успеете, — закивал толстый чайщик, — Только не собираетесь ли вы отправится за своей подругой в этой одежде?

— А что не так с нашей одеждой?

Чайщик скривился.

— В этом вас и на порог не пустят.

— Посмотрим, — Дем решительно нахмурил брови.

— Ой, я вас умоляю, уважаемый, инопланетным оружием у нас никого не удивишь, — потом подумал и добавил, — Ну, по крайней мере, торговцев невольниками, точно. Но если вы действительно хотите выкупить свою женщину и не нажить при этом неприятностей, вам следует приодеться во что-то более… приличное.

— Дем, — Римма перешла на космолингву, — Он прав. Нам не следует привлекать к себе внимание. Давай сделаем так, как он говорит.

— Где у вас можно купить готовые платья? — спросила она у чайщика.

— А через две улицы, лавкой готового платья заведует тетя моей третьей жены. И не забудьте купить что-то для вашей подруги, — он почему-то подмигнул им, — Вам должен быть известен размер.

— Мы лучше вернемся вместе с ней, и она сама выберет, что ей по душе.

— Похоже, вы так и не поняли, куда прилетели, — чайщик рассмеялся, и его второй подбородок затрясся в такт пузу, — Если вашу подругу продают, ее выставят на помосте обнаженной. Таковы правила. А выдумаете, просто так половина нашего селения ушла смотреть на это представление?

Римма задохнулась от ярости.

Что?! Они выставят Тару обнаженной перед местными торгашами и земледельцами?! Тару, ее подругу, скорую на руку и острую на язык, которая даже избалованного женским вниманием Марека не замечала где-то полгода?! Она представила подругу голой на помосте перед зиккуратской публикой и сдавила рукоять бластера за поясом так, что костяшки пальцев побелели.

— Не время для эмоций, Ри, чем быстрее мы переоденемся и дойдем до соседской деревни, тем лучше, — Деммиз увлек ее к выходу.

— Деммиз, — на ходу простонала Римма, — Ты помнишь, кап рассказывал, какое жестокое здесь отношение к невольникам…

— Давай не будем преждевременно поддаваться панике, хорошо? Если мы сейчас впадем в истерику, вряд ли поможем этим Таре.

Лавка готового платья располагалась в душной крохотной комнатушке. Пожилая женщина с грубоватым лицом и громким голосом прямо расцвела, когда увидела инопланетцев — сегодня она продаст товара за месяц! Это уж как пить дать!

Зиккуратская мода предписывала Римме и Деммизу надеть похожие на шелковые кимоно одежды — «именно такие носят здесь богатые господа», а Римме, помимо прочего еще и причесать волосы на зиккуратский манер, уложив косы полукружиями на голове. Богатым дамам можно не прикрывать лица, заверила ее продавальщица, заглянуть вам в лицо никто итак не осмелится.

— В крайнем случае, ваш мужчина заколет пару-тройку наглецов, посмевших смотреть на его жену, — беспечно махнула рукой хозяйка.

— Мм, — промычал что-то нечленораздельное икнувший от неожиданности Деммиз, — А может, все-таки прикроешь лицо, Ри?

— Нельзя, — категорически помотала головой хозяйка, — Вам следует показывать силу, до того, как кто-то решится проверить ее. Если вы не убьете тех, кто заглядывается на вашу жену, это будет говорить о вашей слабости. В таком случае вас убьют раньше, а госпожу разделят на всех.

— Таковы обычаи, — пожала она полными плечами.

— Хороши обычаи, — сплюнул под ноги Деммиз, когда они покинули гостеприимную лавку.

Местные одежды прекрасно скрывали привычные комбинезоны и оружие. И хоть на них по-прежнему оборачивались на улице, внимание действительно стало несколько более почтительным.

— Плохая планета, — авторитетно заявил с Римминого плеча Юдвиг.

— Плохая, — согласилась с ним Римма, — Слушай, Юдвиг, может, определишься, какую форму здесь принимать — видимую или невидимую? Ведь местные гостеприимные жители не будут вдаваться в особенности арттдоумийской физиологии — увидев у меня на плече птицу, которая то возникает из воздуха, то исчезает, разбираться, что к чему не станут! Сожгут к чертовой матери, как ведьму!

— Сто процентов, — кивнул Деммиз.

— И ты так спокойно об этом говоришь?! — возмутилась Римма, и ткнула его в бок.

— Сама сказала — дикие люди, дикие обычаи, — невозмутимо пожал плечами Деммиз, — Если тебя сожгут, как ведьму, можно я заберу себе твою долю с сокровищ Иштар?

— Только на случай, что я буду являться к тебе в качестве призрака и греметь цепями, требуя вернуть принадлежащее мне по праву.

— Договорились, я сплю крепко, и не буду реагировать на звон цепей. В крайнем случае, привыкну.

— Тогда я постараюсь приодеться во что-то более подходящее для ночных визитов в гости к некоторым нахалам.

— Эй, только не в кожу с заклепками! Призраку более подходят длинные белые одежды!

— Эй! — подала голос зеленая птица с золотым хохолком с плеча Риммы, — Вас уже не беспокоит моя форма на этой планете?

— Нет, приятель, расслабься, — опередив Римму, благожелательно ответил Юдвигу Деммиз, — Видишь, мы уже определились, что делать в случае, если ты так и не решишь, как тебе удобнее.

— Сумасшедший дом, — пробурчал Юдвиг, — Я явно продешевил с Несом: за контакт с такими странными сущностями, как вы, мне полагается двойной гонорар за командировку!

— Так ты еще и не забесплатно с нами летаешь? — восхитился Деммиз, — А что, Ри, этот предприимчивый приспособленец начинает мне нравиться!

— Я же говорила, что вы привыкнете друг к другу, — Римма потерлась щекой о плечо пилота.

— Эй, только не эти ваши нежности, а то опять увлечетесь!

— Точно, надо спасать Тару! — Римма решительно прибавила шагу.

— Да, это тоже, но я не об этом… Как вам, например, такой окрас? Больше подходит вашему статусу богатых извра… искателей приключений на захудалой планетке?

Римма ахнула в голос, и даже невозмутимый Деммиз сглотнул.

Юдвига больше не было. Вместо него на плече космического орнитолога сидела крупная сверкающая золотом птица с ярко-голубыми треугольниками крыльев. Голубым был и хохолок на изящной головке — не взъерошенным, торчащим в разные стороны, как раньше, а тонким, почти прозрачным, будто специально уложенным. Но самым удивительным был хвост птицы — золотые потоки с вкраплениями нежно-голубых полос спускались до середины спины Риммы.

— Это же, — прошептала ошеломленная Римма.

— Райская птица с планеты Трип, — голосом Юдвига ответила птица.

— Но она же не дается не то, что в руки, но даже сфотографировать себя! Мы столько за ней охотились, и все зря! Юдвиг, почему ты раньше не говорил, что так можешь?