Алистер Маклин - Когда пробьет восемь склянок

— И вы, разумеется, не могли знать, что телефонная линия нарушена. Возможно, это могло бы и пройти, если бы до того, как поехать на «Шангри-Ла», вы не побывали на «Файркресте». Вы ведь не знали, что наши «друзья», которые закрылись в задней каюте, как только вы поднялись на борт, тотчас же сообщили, что у «Файркреста» находится спасательная яхта РАФа. Может быть, они даже видели ее в иллюминатор. Хотя это не важно: моторы этих яхт узнаются за сто миль. Я имею в виду характерный звук. Значит, наши «друзья» знают, что мы травим байки как завзятые охотники. В скором времени они узнают и кто вы такой… Могу поздравить, сэр. Теперь вы имеете честь быть зачисленным в ту же категорию, в которой нахожусь я уже много лет. Могу поклясться, что теперь ни одно страховое общество в мире не застрахует вашу драгоценную жизнь.

— Вы хотите сказать, что наш визит на «Шангри-Ла» развеял ваши последние сомнения относительно намерений наших «друзей»?

— Да, сэр! Вы видели реакцию маклера? Я имею в виду лорда Чернли. И такой человек называет себя аристократом!

— Но ведь это же мелочь! А вы из-за нее пришли к столь скоропалительным выводам, — холодно отрезал Дядюшка Артур.

— Вот именно, сэр. — Я вынул из шкафа костюм для подводного плавания и собрался уходить. — Кстати, хочу заметить, что упал я за борт не случайно. Забыл сказать, что, сидя недавно в воде, я вырезал ножом на нижней части руля судна с преступниками большую букву «V», которую и обнаружил на руле катера «Шангри-Ла». Могу дать голову на отсечение — это нужный нам катер!

— Да, понимаю, действительно понимаю! — Дядюшка Артур уже снова сидел на скамейке и совал в глаз свой проклятый монокль. — Только вы забыли предупредить меня о своих намерениях.

— Я не забыл. — Я начал снимать с себя насквозь промокшую одежду. — Просто я не знал, что вы такой блестящий актер.

— Тоже разумно. В общем, сомнений не осталось?

— Я бы выразился иначе. Просто это явилось дополнительным доказательством. Я узнал обо всем несколько раньше. Помните темноволосого человека, который сидел рядом с Лаворским и спросил меня, умеет ли Ханслет плавать? Я могу побиться об заклад, что этого человека во время ужина на «Шангри-Ла» не было.

— И выиграли бы. Откуда вам это известно?

— Потому что он командовал катером, с которого был обстрелян вертолет. Потому что он убил Уильямса и хотел расправиться со мной. Его зовут Имри, и он был капитаном «Нантсвилла» после того, как корабль захватили.

Дядюшка Артур кивнул, но тем не менее вид у него был несколько ошарашенный. Больше всего его интересовал костюм для подводного плавания, который я принялся натягивать.

— Куда это вы, черт побери, собрались?

— Отлучусь ненадолго. Совершу прогулку к «Шангри-Ла». Точнее, к катеру «Шангри-Ла». С самодельным инструментом и пакетиком сахара. Надеюсь на ваше благословение.

— Вы забыли кое-что добавить. Проводку на «Шангри-Ла» вы порвали тоже не случайно?

— Вот я и хотел бы там появиться до того, как ее приведут в порядок.

— Я просто не могу в это поверить! Не могу! — Дядюшка Артур потряс головой.

Какое-то мгновение я думал, что под этим он имел в виду скорость, с какой я добрался до «Шангри-Ла» и вернулся обратно. Но следующие слова показали мне, что он витал в более высоких сферах.

— Никак не могу поверить, что Тони Скурас замешан в этом грязном деле. По уши сидит! Нет, здесь что-то не так. Вы знаете, что в следующем году он должен получить звание пэра?

— Так быстро? Он говорил, что собирается подождать, пока упадут цены.

Дядюшка Артур не ответил. В нормальных условиях он бы воспринял эту реплику как смертельное оскорбление, так как, выйдя на пенсию, он сам автоматически получит звание пэра. Но сейчас он был действительно смущен.

— Больше всего мне бы хотелось арестовать всю эту банду, — сказал я. — Но мы не можем этого сделать, поскольку у нас связаны руки. Мы беспомощны. И сейчас, после того как мы все точно выяснили, я спрашиваю: не сделаете ли вы одолжение? Есть две вещи, которые я хотел бы знать. Первое: действительно ли сэр Энтони ездил в Клайд для того, чтобы смонтировать на яхте новые стабилизаторы? Работа эта большая, и только солидные верфи способны с ней справиться. Это вы можете узнать за пару часов. Люди часто рассказывают друг другу глупые истории. И кроме того, я хотел бы знать, предпринял ли какие-нибудь шаги лорд Кирксайд, чтобы переписать титул умершего сына — он был каким-то там виконтом — на младшего?

— Приготовьте передатчик. Сейчас все разузнаем, — сказал Дядюшка Артур устало. Он меня почти не слушал, все не мог переварить открытие, что будущий пэр по уши увяз в грязной авантюре. — И дайте сюда бутылку!

«Если Дядюшка Артур будет продолжать в том же духе, — подумал я, — то неплохо бы переманить к нашей стоянке несколько оптовиков по продаже виски».

Я опустил крышку фальшивой дизельной машины на пол с таким трудом, будто она весила тонну, выпрямился, целую минуту стоял в неподвижности и наконец подошел к двери машинного отделения.

— Сэр Артур?

— Иду, иду! — Через секунду он встал в дверях со стаканом в руке. — Уже? Подготовили?

— Я нашел Ханслета, сэр…

Сэр Артур медленно, словно лунатик, вошел в машинное отделение.

Передатчик исчез. Вместе со всей нашей взрывчаткой, подслушивающими устройствами, портативными приемниками, благодаря чему образовалось много свободного места. Им пришлось согнуть его в три погибели, чтобы засунуть в это отверстие. Голова покоилась на руках, а руки — на коленях. И все же место даже осталось. Я не видел его лица, не видел и следов насилия. Он вообще производил довольно мирное впечатление. Так, прислонившись к стене, сидят люди, спокойно дремлющие на солнышке. Да, для него это длинный день, так как вечность длится довольно долго. Он спал непробудным сном, о котором я ему сказал вчера ночью, перед отъездом.

Я дотронулся до его лица. Оно еще не совсем остыло. Он был мертв часа два-три, не больше. Я повернул его голову, чтобы посмотреть, не видно ли следов насилия. Голова откинулась набок, как сломанная нога куклы… Мечтательное выражение исчезло. Глаза адмирала были холодными, беспощадными. Я вспомнил о разговорах, которые слышал, но никогда не воспринимал всерьез, — болтовню о том, что Дядюшка Артур может быть жестоким человеком. Теперь я в этом убедился. Иначе сэр Артур не занимал бы свой пост. Нашли его по объявлению в «Дэйли Телеграф», а разыскали два прохиндея, которые объездили всю страну, чтобы найти человека, обладающего исключительными способностями, необходимыми для занятия этой должности. И они выбрали Дядюшку Артура. У него не было сердца, это ощущалось сразу. Но я об этом как-то никогда не думал.