Эрл Гарднер - Влюбленная тетушка

– Одну минутку, почему вы говорите, что я буду вести перекрестный допрос? – взволнованно спросил Краудер.

– Разумеется, вы, – улыбнулся Мейсон. – Разве вы не хотите попробовать свои силы?

– В зале находится одна молодая женщина, и мне бы очень хотелось... Честно говоря, я очень хотел бы произвести на нее хорошее впечатление.

– Вам будет предоставлена возможность.

Судья Мейнли, заметив, что защитники переговариваются, повторил:

– Шерифу был задан вопрос, нашел ли он тот контейнер, из которого была взята данная ампула, и он ответил, что нашел коробку, из которой она была взята, в сумочке обвиняемой, обнаруженной в мотеле в Калексико.

– Была ли эта ампула прописана врачом? – спросил Маршалл.

– Да, – ответил свидетель.

– Кто этот врач?

– Он из Бостона, штат Массачусетс.

– Он присутствует в качестве свидетеля?

– Нет.

– Но он, тем не менее, объяснил вам, почему он выписал больней такое большое количество наркотика?

– Да.

– У меня в настоящий момент больше нет вопросов. Можете приступить к перекрестному допросу, – сказал Маршалл, кланяясь Мейсону с таким видом, будто оказывал ему великую милость, который тот вообще-то не заслуживает, но поскольку прокурор ратует за справедливость, то желает, чтобы игра велась по всем правилам, даже со столь недостойным противником.

Мейсон кивнул в сторону Краудера.

– Начинайте, Дункан, – предложил он.

– Вы заявили, шериф, что эта ампула содержит сомниферал? – спросил Краудер.

– Совершенно верно.

– Откуда вы узнали, что в ампуле сомниферал? Вы провели анализ?

– У меня имеется рецепт.

– Какой рецепт?

– По которому были приобретены ампулы в аптеке.

– Где вы его взяли?

– У доктора, который его выписал.

– А оригинал рецепта у вас имеется?

– Нет, конечно, их забирает аптека.

– Значит, рецепта у вас не было?

– И вы не произвели анализ содержимого ампулы?

– Нет, она нетронутая.

– Тогда как вы определили, что это именно та ампула, которая могла быть получена по рецепту?

– На упаковке имеется наклейка.

– А где она была найдена?

– В номере отеля, занимаемого обвиняемой.

– Каким образом вы, шериф, узнали, что ампула взята именно из этой упаковки?

– Потому что это точно такая же ампула, как и те, что находятся в коробке.

– Откуда это известно?

– Ну... тот же цвет и форма... одним словом, все эти ампулы одинаковы.

– Таким образом, вы считаете, что эта ампула взята из упаковки только потому, что вам было сообщено по телефону из другого города о нахождении в упаковке сомниферала.

– Вы не все изложили правильно, – заявил шериф. – Кое-что не так.

– Хорошо, изложите так, как вы считаете правильным, – согласился Краудер.

– Я разговаривал с врачом, который выписал рецепт, и он сообщил, что именно им было прописано лекарство. Я проверил...

– Продолжайте, шериф, что вы проверили?

– Проверил содержимое коробки, точнее, сверил, так ли это в действительности.

– А вы не потрудились справиться в аптеке, куда был предъявлен рецепт, не назвали им номера заказа, и не получили их версии содержимого этой коробки?

– Нет, я не посчитал это необходимым.

– Известно ли вам вообще, что свидетельство с чужих слов не принимается Судом?

– Да.

– Вы не отдавали себе отчета в том, что это как раз свидетельство с чужих слов?

– Но у нас не было иной возможности получить доказательства. Не могли же мы вызвать из Бостона этих людей, чтобы они подтвердили только то, что и так известно?

– А как вы узнали, что ампула именно из этой упаковки?

– Потому что она такого же цвета, размера и формы, как и все остальные ампулы в упаковке.

– Есть в этой ампуле что-то такое, что отличает ее от ампул с другими препаратом?

– Цвет.

– Зеленый?

– Да.

– Сказал ли вам доктор, что сомниферал непременно приготовляется в ампулах зеленого цвета?

– Нет.

– А кто сказал?

Шериф замялся.

– Аптекарь в Эль-Сентро.

– Он здесь и может подтвердить свои показания?

– Нет, его не приглашали...

– С разрешения Высокого Суда, – сказал Краудер, повысив голос, – я прошу аннулировать все так называемые доказательства обвинения в отношении природы и содержания ампулы с прописанным препаратом, на том основании, что они базируются не на бесспорных фактах, а на чужих словах и умозаключениях.

– Ох, Ваша Честь, начинается! – вскочил на ноги Маршалл. – Мы не продвинемся с такой массой ничтожных второстепенных возражений, придуманных моим молодым высокоэрудированным коллегой... После того, как он подольше попрактикуется, то поймет, что подобными несущественными придирками только затрудняется судопроизводство.

– Мы не усматриваем отступлений, – спокойно возразил Краудер, – а пока лишь способствуем уточнению и выяснению правды. Наши требования совершенно законны. Никто не знает, что содержится в ампуле. Обвинение говорит, что это – сомниферал, потому что считает само собой разумеющимся, что ампула взята из упаковки, в которой хранился этот наркотик.

– Ваше обращение в Суд удовлетворяется, – объявил судья Мейнли. – Мы не принимаем доказательств обвинения относительно препарата в ампулах.

– Но, Ваша Честь! – закричал окружной прокурор, – в этом же суть дела! Мы намерены доказать, что покойнику был дан наркотик вместе с виски. Ведь бутылка с виски содержала в себе сомниферал... и мы хотим доказать, что у обвиняемой имелся в наличии этот наркотик.

– Доказывайте это на основании несомненных фактов, тогда у Суда не будет возражений, – возразил Краудер. Но защита никогда не согласится, чтобы дело против обвиняемой было построено на показаниях с чужих слов и предположений и вымыслов обвинения.

– Суд уже вынес решение по данному вопросу! – холодно произнес судья Мейнли.

– Но, Ваша Честь, это лишь предварительное слушание! – попробовал подойти с другой стороны Болдуин Маршалл.

– К которому применимы те же правила, что и в Суде Присяжных! напомнил Краудер.

– Полагаю, что это правильно, – подтвердил судья Мейнли и добавил: Может быть, позднее вам удастся собрать недостающие доказательства.

– Но для этого придется вызвать моих свидетелей из Бостона! возразил Маршалл.

– Защита будет только рада отсрочке, с тем чтобы свидетелей могли сюда доставить, – сообщил Краудер, – мы бы и сами очень хотели спросить этого врача, каким образом он смог узнать, что находится в упаковке, разговаривая по телефону. Я полагаю, доктор только выписал рецепт, но к получению лекарств не имел никакого отношения. Так что один лишь фармацевт может сказать точно, что находится в этих ампулах.