Мерцающий остров - Елена Владимировна Крыжановская
Вместо ответа мужчина молча передвинул на другой край от блюда свою еще чистую тарелку и указал на нее, мол, хочешь знать? Попробуй.
— Спасибо за приглашение, — она вежливо кивнула, чуть привстав. — Но я же не могу оставить вас голодным!
— А я съем ваш заказ, — невозмутимо, чуть хрипло ответил сосед, даже не глянув в ее сторону. — Если вы заказали не только десерт, меня устроит любой обед из рук Фортины.
— Я заказала дежурное блюдо, даже не знаю, что именно, — смущенно призналась она. Сосед одобрительно двинул бровями:
— Значит, такое же жаркое дикой козы, с полным эскортом. Мы ничего не теряем, присоединяйтесь! Оберих! Еще тарелку! — завсегдатай возвысил голос, но веселый трактирщик уже был тут как тут, и протирал полотняной салфеткой второй прибор и тарелку, прежде чем выставить всё на стол.
— Вы уже за одним столиком? Поздравляю! Стремительный прогресс, — он подмигнул гостье. — Ты, грубиян, не откажи девушке в малюсенькой просьбе. Я поручился за тебя.
— Ещё в одной?
— А я пока ничего не просила. Вы сами предложили отобедать, — девица улыбалась с полным самообладанием. Сосед по столику откинулся на спинку кресла и наконец перевел взгляд на незнакомку. Глаза блеснули сдержанным интересом.
— Ладно, говори. Что надо?
— Мне нужен вертолов. Хозяин сказал, вы можете помочь.
— Могу? Я знаю одного мальчишку с таким умением, тут, поблизости. Но совершенно не уверен, что он свободен, и что возьмется за твое дело.
— Но вы можете нас познакомить? Я буду очень благодарна… Сколько вы хотите за эту услугу?
Мрачный красавчик в это время нёс на тарелку кусок жаркого. И уронил мясо, а не нормально положил, услышав последний вопрос. Скулы мужчины заострились, он угрожающе сузил глаза:
— В любом другом случае я бы уже опрокинул стол и начал драку, — абсолютно ровным голосом сообщил он, разделывая жаркое ножом и вилкой. — Но не могу же громить свой любимый трактир и ломать мебель Обериху. Я буду переваривать обиду не меньше получаса. Так что, раньше десерта больше ни слова о вашем деле. Угощайтесь. Этот румяный увалень, сейчас принесет салаты и сыр.
Она молча потупилась, приняв к сведению бестактность своей фразы о деньгах и отстраняющую вежливость собеседника. И занялась обедом. Запеченное мясо таяло во рту. Соус из лесных ягод, в меру кислый и острый, не обжигал нёбо, а только чуть согревал его, помогая раскрыть вкус жарко́го. Сыр, зелень, тонко нарезанные томигриды, очень похожие на мелкие оранжевые помидоры кисло-сладкого вкуса, прекрасно сочетались с мясом. Огромные запеченные корни батата желтели на серебряном блюде для гарнира, приглашая полить их бока тем же соусом и густыми сливками, пока не остыли.
Молчать до конца обеда оказалось совсем нетрудно. Задним умом путешественница обдумывала, как повести разговор дальше, чтобы помощь этого странного человека не сорвалась. Если такие они — рыцари дороги, никак не скажешь, будто они только и мечтают скорее оказать услугу одинокой даме.
— Угу, из меня рыцарь так себе, — хрипло пробормотал сосед по столику, словно расслышал ее мысли. — Уж какой есть!
Она на несколько секунд застыла, приоткрыв рот от удивления. Потом сообразила, что это проверка, и молча сосредоточенно жевала, не подав виду, будто что-то слышала.
Им принесли бутылку дорогого красного вина «Солнце в бокале». Поймав обеспокоенный взгляд, трактирщик заверил, что это подарок за счет заведения. За знакомство!
На десерт был пирог с той же красной ягодой, что и соус. В сладком тесте она казалась ещё вкуснее. В каждой ягодке внутри хрустел маленький сладкий орешек. Сосед поднял кружку с вином в безмолвном тосте «за знакомство». Готья приняла это как признание того, что она выдержала условие и уже можно говорить.
— Что за ягода? Такая вкусная… не пробовала раньше.
— Дикая вишня-орешка. У нее мягкие косточки, как орехи, чуть заостренные плоды, ее не спутаешь. Растет на кустах, а не на дереве — мечта лентяя. Думаете, почему Оберих обосновался именно здесь? Из-за орешки.
— Так вот почему трактир так сильно сдвинут от перекрестка к лесу! Я чуть не заблудилась, когда его искала! — засмеялась путешественница.
— Мда, похоже, барышне в самом деле нужен проводник.
Нельзя точно сказать, укор или насмешка звучали в хриплом голосе, но собеседник уткнулся в кружку, явно на что-то решившись. То же самое странное новое чувство покоя и уверенности в чужой помощи снова согрело одинокую путешественницу изнутри. Что бы она ни сделала, сейчас она выиграла. Он отведет её к тому, кто умеет читать знаки вероятностей и находить путь в бездорожье.
5
* * *
— Вы так и не назвали своё имя.
— Оно не тайна, но в братстве не слишком любят имена, которые ничего не значат. Предпочитаем прозвища. Их у меня немало. Друг, к которому мы идем, назвал меня Верен. Можешь звать так. Лучше на «ты».
— Верен от слова «верный»? — иронично уточнила его спутница. Сын дороги чуть поморщился, сделав жест кистью, означающий: «Ну, примерно».
— Скорее, «надежный». Я не могу хранить верность, если никому не присягал и ничего не обещал.
— А верность избранному пути? Дороге?
— Это не выбор, а данность.
— Что ж, надеюсь, это имя что-то значит. Мы идем всё дальше в лес, и мне бы очень хотелось доверять вам! Тебе…
Ее проводник хмыкнул.
— Стоило подумать раньше, если боишься идти в лес с незнакомцем на поиски другого незнакомца. За меня поручился Оберих, но вертолов — тоже мужчина.
— Нравится меня дразнить? — она смеялась, скрывая волнение.
— Но ты же не искала вертоловку!
— Потому что, насколько я знаю, это не человек, а инструмент, что-то вроде волчка. Верно, Верен?
— Именно так, — он склонил голову к плечу, оценив ее дерзость. — Как мне тебя представить? Или подождем? Сильф любит давать прозвища, он сам тебя назовет, когда увидит.
— А что во мне видишь ты?
— Искательницу приключений. Авантюристку поневоле. Не думаю, что это любовь к риску, ради самого риска. У тебя нет выхода, верно?
— Верно, Верен, — смеясь, передразнила она. — Авантюристка? Пусть. Но я бы сократила этот пышный титул.
— Аванта? Идущая только вперед? Будем знакомы, — он подал ей широкую ладонь. Она ответила крепким рукопожатием без кокетства. Аванта смотрела прямо в
