Людмила Малёваная - Искатель. 2014. Выпуск №3

Грант со Смитом летали на своем АВАКСе один раз в десять-пятнадцать дней. Большей частью задания были туманны и придумывались начальством авиабазы опять же для того, чтобы ни люди, ни техника не простаивали.

— Даррелл, — позвал Гленн. — Ты, как всегда, осведомлен лучше других. Скажи, а правда, что к нам сюда направляют русских для участия в экспедиции?

— Да, Гленн, — лениво отозвался Даррелл. — И для этого не надо быть вхожим в Белый Дом. Информация открытая.

— А чем, собственно, они могут нам тут помочь? Я помню, когда утонула их субмарина «Курск», они сами обратились к норвежцам, а потом для подъема самой лодки был создан чуть ли не транснациональный консорциум…

— С тех пор, старина, прошло уже много лет, — ответил Даррелл. — Русские тоже не стоят на месте и стараются учиться на своих ошибках. Лучше, правда, учиться на чужих. За это время они кое-что построили, кое-кого выучили. У них сейчас три действующих батискафа: «Мир-1», «Мир-2» и «Океан». «Океан» — совершенно новый аппарат. Уж не знаю, лучший ли, но современный. Есть две спасательные глубоководные подлодки у англичан и по одной у французов, швейцарцев и японцев.

— Но ведь у нас тоже что-то было?

— Да, батискаф «Си Клиф», но он сейчас на реконструкции.

— У меня такое впечатление, что ты готовишься к экзаменам на место юнги в команде Кусто. Откуда ты все это знаешь?

— Гленн, моя подружка, с которой я познакомился в прошлом году в отпуске, работает в Океанографическом институте Вудс-Хоул. Она мне все уши прожужжала по поводу погружений, экспедиций, батискафов. Надо отдать ей должное, Вивьен здорово этим увлечена и хорошо разбирается не только в современных исследованиях, но и знает историю вопроса. А уж легендарное погружение батискафа «Триест» с Жаком Пикаром и Доном Уолшем на дно Марианской впадины на глубину более одиннадцати тысяч метров в рамках Проекта Нектон может рассказать по минутам, будто сама там была. Кстати, кроме чисто научных погружений в Средиземном море и на дно Марианской впадины, батискаф использовался для поисково-спасательных работ. Помнишь, в 1963 году пропала наша подлодка «Трэшер» (SSN-593)? Так вот, ее поисками занимался как раз «Триест» конструктора Огюста Пикара.

— Даррелл, я не могу этого помнить, так же как и ты. Я могу это только знать. И я знаю, читал соответствующие документы. Так что не особо задирай нос — мы тоже не лыком шиты!.

— Ой, да ладно, ладно! — шутливо замахал руками Даррелл. — Я тут тебе сказал, что у швейцарцев глубоководная подводная лодка есть. Это не совсем так. У них батискаф «Кальвин» конструкции Жака Пикара — сына того самого Огюста Пикара, создавшего «Триест».

— Эй, чамо! — позвал официанта Гленн. — Сколько можно ждать?! Давай уже, накрывай!

У Даррелла пискнул мобильник, возвещая о приеме СМС-сообщения. Смит поднес его к глазам и углубился в чтение.

К их столику быстро подошел гарсон с подносом и начал расставлять еду: кальмары по-мексикански, угорь по-французски, мидии, варенные в белом вине, картошка фри, бобы…

Гленн не стал дожидаться дополнительного приглашения и принялся быстро заполнять свою тарелку.

— Гленн, а ты знаешь, моя Вивьен легка на помине! — оторвавшись от дисплея мобильника, заулыбался Даррелл. — Завтра спецрейсом прилетает с континента, ее включили в состав экспедиции. Здорово! Только, боюсь, времени на общение будет мало, они же почти все время будут болтаться на судах ВМС в районе затопления. Черт!

Даррелл озадаченно почесал затылок и придвинул к себе тарелку.

— Радуйся, локатор! К тебе девушка приезжает, а уж время для утех вы всегда найдете — в море ли, на острове… — с набитым ртом промычал Гленн.

— Да, ты прав, конечно, что это я на самом деле… Ладно, давай подкрепимся!

12 мая 200… года, 09 часов 30 минут.

Космодром «Плесецк»

Иван Петрович Царев, директор космодрома «Плесецк», устало взглянул на майора Озерова:

— Да ты садись, садись. Вон, чайку налей, а хочешь — кури. Извини, мне позвонить надо.

Андрей присел на один из стульев, расставленных вокруг стола для совещаний в кабинете директора, взял с подноса горячий заварной чайник и наполнил чашку. Положив сахар и помешивая ложечкой, он огляделся. В этом кабинете он был один раз, да и то не более минуты и сильно волнуясь: его представили директору как командира транспортника, прибывшего в его распоряжение. Тогда Царев задал всего два вопроса: какой налет и не жалеет ли, что согласился перевестись.

Теперь же Андрей внимательно осмотрелся. Кабинет был довольно большой, но одновременно уютный: два шкафа с книгами, школьная доска на стене, телевизор, сервант, где за стеклом стояли не фужеры, а самые разнообразные модели самолетов и ракет, круглый стол для совещаний и стол хозяина кабинета. На столе стоял открытый ноутбук и пять телефонов, три из которых были явно правительственными. Плотные занавески пропускали мягкий рассеянный утренний свет.

Царев закончил тихо бубнить в трубку, положил ее на рычаг и поднял взгляд на Озерова:

— Майор, у тебя как с английским?

Рука летчика с чашкой замерла на полпути к цели.

— Не жалуюсь.

— А экипаж?

— Радист и штурман в норме, остальные послабее, но тоже не первокласно!…

— Есть задание. Сложное, но выполнимое. Надо взять на борт груз и десять-пятнадцать человек пассажиров. В связи с тем что лететь придется далеко, с дозаправками и желательно без посадок, надо срочно оборудовать в твоем транспортнике четыре-пять спальных мест. Груз — батискаф «Океан» на транспортной платформе и необходимое оборудование. Конечный пункт… — Царев выдержал паузу, — остров Гуам, США. Ну, как перспективка искупаться в Тихом океане и позагорать на пляже?

— Есть, Иван Петрович, слетаем, — справился наконец с удивлением Андрей.

— Ну и отлично. Ты чаек попивай, а я тебе поясню кое-что. Вижу же, что от любопытства аж покраснел весь…

— Это от чая — горячий больно!

— Ладно, ладно… Так вот. Что произошло на орбите, ты знаешь. Корабль чужих, сбитый снайперским дуплетом бравого капитан-лейтенанта Ронни Белла, свалился в Тихий океан и бодро затонул под неусыпным оком американского АВАКСа. Район помечен, объявлен закрытой зоной. Американцы собирают поисковую экспедицию со свойственным им размахом. Пригласили участвовать и нас. Я только что связывался с Москвой, получил «добро». У тебя и твоего экипажа есть действующие загранпаспорта?

— Откуда, Иван Петрович?

— Так. Тебе и экипажу немедленно заполнить анкеты и вместе с фотографиями сдать моему помощнику. С ФМС я договорюсь.