Люциан Воляновский - Бесшумный фронт

Американцы выжали из Коя и Петрушки все, что было возможно, а затем передали обоих «бедным родственникам» — разведчикам из бри­танской службы, что на Каролинерплац. Там (очевидно, для разнообразия) их не спрашивали, а заставили написать ответы на все вопросы. Ко­гда англичане узнали все, что им надо было, «предупредительный» сотрудник разъяснил бег­лецам, что сейчас позвонит одному французскому журналисту, который отвезет Коя и Петрушку на машине. Действительно, под видом журналиста приехал сотрудник французской разведки, кото­рый доставил беглецов на частную квартиру. Там в уютной обстановке, за рюмкой коньяка, он выудил из Коя и Петрушки необходимые ему све­дения.

Таким образом, все три разведки продают одна другой (по очереди!) «сенсационные» вести из Польши.

Глава тридцать вторая Круглая дюжина

Однако вернемся к делу Коя и Петрушки. Итак, сотрудники иностранных разведок, проводящие допрос беглецов из Польши, не только выжи­мают из них все интересующие разведку сведе­ния, но также и оценивают с точки зрения воз­можности завербовать допрошенного для посто­янной шпионской работы. Если сотрудники приходят к выводу, что допрошенный не годится для такого дела, ему платят несколько марок и отсылают в лагерь для «беженцев». Иногда, впро­чем, покупают его одежду, чтобы использовать ее для высылаемых в Польшу агентов.

Кою и Петрушке, молодым, здоровым людям, «отличившимся» в убийстве народного полицей­ского в ГДР, сразу же было сделано предложение о службе в разведке как со стороны американ­цев, так и со стороны англичан и французов. Од­нако Кой и Петрушка совсем не торопились вер­нуться в Польшу и потому решительно отвергли эти предложения.

Двенадцать раз их вербовали в разведку! Как это произошло? Американцы дважды предложили ' им постоянную службу за доллары. По одному разу говорили с ними об этом же британцы и французы. Но организация Гелена с подлинно гестаповской бесцеремонностью восемь раз вы­двигала самые конкретные предложения.

После нескольких недель пребывания в лагере для «беженцев» в Альт-Моабит оба беглеца были 4 ноября 1952 года переправлены американским самолетом в Западную Германию. Там Кой и Пет­рушка работали временно на строительстве аэро­дромов и других американских военных объектов. Геленовская разведка не выпускала их из поля зрения. Геленовские «ловцы душ» оплачиваются из расчета вербовки «за штуку». Ясно, что эти субъекты очень заинтересованы в массовой вер­бовке шпионов. Поэтому не в интересах организа­ции Гелена было, чтобы Кой и Петрушка нашли себе постоянную работу — это уменьшало шансы сломить их упрямство. Хорошо известный нам Кайзер пришел к убеждению, что надо отвлечь Коя и Петрушку от желания жить в Западной Германии и склонить их к поискам смерти в Польше. Он ездил за ними от лагеря к лагерю, как охотник за выслеженной дичью, и оказывал давление на работодателей Коя и Петрушки, тре­буя... увольнения их!

Наконец в марте 1953 года оба беглеца согла­сились на сотрудничество с Кайзером. Но за­движка еще не опустилась... Если бы Кой и Пет­рушка явились с повинной к польским властям прямо на границе, дело их выглядело бы совсем иначе. Однако беглецы поверили в могущество геленовской разведки, убеждавшей своих агентов в том, что им не грозит никакая опасность, пове­рили и начали подготовку в шпионской школе в Баварии.

Глава тридцать третья Блондинка, брюнетка или рыжая?

Разведка Гелена не брезгует никакими средст­вами, лишь бы насадить свою агентуру. Так, на­пример, она завербовала в Берлине некоего Эвальда Мисеру, происходящего из Бытома. Агент этот, скрывающийся под кличкой «Эдди Холл», однажды рассказал своим приятелям по служению фашистской свастике, как об этом сви­детельствует его частная переписка, что его брату, проживающему в Польше, надоело холостяцкое одиночество. Хозяева Эвальда Мисеры приняли решение перебросить в Польшу шпионку, которая должна выйти замуж за брата геленовского агента. Гелен рассчитывал, что вместо сфабрико­ванных в «Технише Гехеймдинст» в Штуттгарте фальшивых польских документов шпионка полу­чит после брака настоящие. Этот легальный опор­ный пункт облегчит шпионке организацию разве­дывательной сети и выполнение иных агентурных заданий. Видимо, организация Гелена слишком долго раздумывала над тем, какую именно жен­щину желает взять в жены проживающий в Польше брат Мисеры — блондинку, брюнетку или рыжую? И получилось так, что намечаемый кандидат позволил себе определенную бестакт­ность: он вступил в брак без посредничества брач­ного бюро «Рейнгард Гелен и К0 с неограничен­ной наглостью». «Прозевали мы, опоздали!» — сказал Мисере в Берлине его начальник Даль-манн, когда весть о свадьбе достигла Западного Берлина.

Заметим в скобках, что для Эвальда Мисеры решающее значение имело не это опоздание, а совсем иное. Организация Гелена торжественно заверяет всех своих агентов, что сумеет их преду­предить и защитить в случае угрозы провала. В конкретном случае сигналом для бегства Мисеры от народной полиции ГДР должна была быть присланная на его имя почтовая открытка с во­просом: «Не можешь ли ты постараться достать мне два билета до Фридрихштадта?» Гелен сдер­жал слово: такая открытка действительно пришла на имя Мисеры, но... уже тогда, когда он давно сидел в тюрьме. Миф о неприкосновенности аген­тов Гелена, сфабрикованный и распространенный этой организацией, рушится изо дня в день. Поль­ские органы безопасности и Министерство вну­тренних дел ГДР уже ликвидировали значитель­ное число геленовских агентов вместе с их шпион­ским оборудованием. И все большее число аген­тов убеждается в том, перефразируя известную поговорку, что надеяться на слово Гелена так же бесполезно, как держать угря за хвост. Теперь Гелен хочет — раз уж нельзя иначе — гарантиро­вать своим агентам... смерть. Известно (рассуж­дает этот бывший гитлеровский генерал), что молчит только... мертвый! Проявление этой геле-новской заботы о человеке недавно было подме­чено польскими органами безопасности. Оказа­лось, что арестованный очередной посланник «канцлера агрессии» имел легкий надрез на плече, а рядом находилась соответствующая доза яда, которая должна была обеспечить беззаботно сидящим в Баварии заправилам организации Ге­лена полную «скромность» со стороны их агента. Однако последний хотел остаться в живых и стать скорее разговорчивым человеком, нежели мертвецом...

Глава тридцать четвертая «Гелен, гелен юбер аллес...»