Веслав Анджеевский - Искатель. 1989. Выпуск №5

Грей воспользовался шумом и подошел к боцману:

— А вы почему не с ними?

— Не но дороге. Я получил неплохой куш. С меня хватит.

— Смотрите! — крикнул вдруг плотник.

За кормой море было окрашено в оранжевый цвет. Именно в этих местах вода буквально кипела от бесновавшейся рыбы. Один выскакивали из воды, ударялись друг о друга, другие уже пились в агонии. Рыбы безумствовали. Многие из них плавали брюхом вверх. Никто из моряков никогда не видал ничего подобного.

— Бог мой, — прошептал Ларк, — что мы наделали…

— Мы? — запротестовал Илки. — Еще бы немного и сами заплясали бы точно так же!

Из трюма, поддерживаемый Джервисом, вышел Орланд. Ои был бледен, на руках виднелись кровоподтеки.

— А вот и покойничек, — кто-то обрадованно прокомментировал появление Орланда.

— И правда, ребята, еще бы чуть-чуть… — заговорил тот чужим голосом, потому что всю ночь провел с кляпом во рту. — По-моему, вы перестарались. В конце концов, разве это наше дело? Я слышал, как Трентон настаивал на убийстве каждого, кто встанет у них на пути, но Малерт категорически был против.

Но тут внимание всех обратил на себя Болл. Он сходил с мистика на палубу, держа в руках небольшой ящик.

— Запасной передатчик! — крикнул Грей.

— Гениальное наблюдение. Жаль, не вовремя. Все о нем забыли, а я его втихую вытащил из шлюпки и спрятал в каюте. Должен наконец пригодиться. Не такой уж я дурак…

В эфир полетели сигналы. Три коротких, три длинных, три коротких. SOS… SOS…

Удовлетворенный, Болл взирал на передатчик.

— Скоро нас засекут. Получим помощь.

— Чем они могут сейчас нам помочь, — обронил Джервис.

«Регулус» все-таки добрался до Кейптауна. Командой сразу занялась полиция. Но всех в сообщничестве с пиратами обвинить было невозможно. Да и невыгодно. Для кое-кого статья все же нашлась. Арестовали Грея, Болла, Джервиса, Сенга и Илки. Болла, однако, вскоре выпустили. Он начал прикидываться сумасшедшим. Как ни странно, его психическое расстройство подтвердил и сам Барт. Освободили Илки. За него вступилось консульство. Остальные были задержаны до выяснения обстоятельств.

Адельт диплом сохранил. Продолжает командовать «Регулусом», который после нескольких дней простоя отправился в следующий рейс с новой командой. Барт, Асато, Хиллон и Размал исчезли сразу после короткого дознания. О судьбах экипажа вертолета ничего не известно. По прибытии в порт «Регулуса» ни одна газета не обмолвилась о событиях, происшедших на его палубе: ни о смертоносном грузе, ни о погибших людях.

Сергей СМИРНОВ

БЕЗ СИМТОМОВ

Все глядели на него, искали и не могли увидеть его, окруженного таинственным кругом.

«„Приведите Вия! Ступайте за Вием!“ — раздались слова мертвеца».

Доктор Ремезов долго всматривался в черты умершего, недоумевая, почему вдруг спокойно и ясно становится на душе… и, склонясь над больничной койкой, невольно прошептал: «Господи, помилуй…»

Накануне молодые ребята-санитары, краснея и чертыхаясь от натуги, приподнимали этого огромного старика на постели, а он тем временем посмеивался:

— Что, воюете с дедом, солдатики? Здоров медведь вам попался?

— И не говори, дед, — отвечали санитары.

— Задал делов вам, солдатики?

— Да отслужили мы, дед, — невольно приноравливаясь к его лесному басу, хвастнул один из санитаров.

— Вон оно как! Тогда мы — ровня, ребятки, — балагурил старик, пыхтя от боли. — И я отслужил, однако.

— Да когда ж ты успел? — не унывали «солдатики», вытягивая из постели грязные клеенки.

— Так, считай в уме, еще гражданскую прихватил, однако.

— Ну!.. У красных или у белых?

— А поди упомни их всех в лицо-то.

Дед не то шутил хитро, не то говорил, как думал.

«Такие не болеют», — думал Ремезов, стоя в стороне.

Дед прожил жизнь таежным охотником, и не в лесу, а на пристани под вечер случилась с ним беда. Как ни рассказывал, стыдясь своей оплошности, но только скатилось на него со штабеля несколько строевых лесин.

Ремезов вышел из палаты и приостановился у крайнего окна.

Закатное солнце освещало угол больничного двора: несколько серых валунов, покрытых лишайниками, и березу с раздвоенным черно-белым стволом. Когда горы вдали были затянуты туманом или сумерками, этот угол напоминал Ремезову детство: такая же раздвоенная береза росла среди высоких валунов позади деревни. На той березе висела толстая веревка. Держась за нее и раскачиваясь, можно было прыгать по высоким верхушкам валунов…

И вдруг Ремезов понял, что всю жизнь ему не хватало наставника, а к этому лесному деду можно сейчас подойти и запросто спросить, как жить дальше, не боясь рассудительного книжного ответа. Но следом Ремезов понял также, что подойти к старику и спросить не сможет…

И вот сегодня его попросили подежурить повторно… Сегодня и случилось… Доктор Ремезов стоял над умершим, придерживая край простыни и оттягивая миг, когда придется потянуть белый покров вверх, к изголовью.

Ремезову казалось, что только теперь он может услышать ответ — и слышит его, но не слова, а иное, что вернее слов способно укрепить душу… До Ремезова донесся едва различимый близкий шорох, и он отвел глаза. Он увидел медсестру, замершую в смятении на пороге палаты. Сделать еще один шаг она была не в силах.

Вошли санитары, толкая перед собой каталку. Не поднимая глаз на дежурного врача, они загнали каталку в проход между кроватями и одним резким движением перенесли тело. «Как живого, — подумал Ремезов, заметив, что тело не бросили, как бывало, а аккуратно положили, придержав голову. — Хорошие солдатики». Уже у дверей один из санитаров заговорил с другим вполголоса:

— Жаль деда, мировой был, веселый… Терпел. Нас бы так придавило — и чирикнуть не успели бы. А он еще неделю анекдоты травил…

Ремезов вышел за ними вслед. Не делая никакого шума, санитары быстро провезли каталку мимо больных, сплотившихся полукругом у телевизора. Все пространство рекреации было пронизано сиянием экрана, и ярко, синевато светились застывшие лица больных. Ремезов вздрогнул от дурацкого ржанья и невольно взглянул на экран: там вертелось коромысло викторинной рулетки и бойко подпрыгивала игрушечная лошадка. Невольно выслушал Ремезов и какой-то странный вопрос о каких-то консервных банках в невесомости и также невольно заинтересовался, раскапывая в голове возможный ответ, точно спрашивали именно его, дежурного врача в районной больнице.