Рэки Кавахара - Ускоренный мир. Том 4. Вверх, к синему небу.

И только для того, чтобы с помощью ускорения получать высшие баллы на экзаменах и контрольных по общественным наукам, ему необходимо было подключаться не через BIC, а через нейролинкер; но если этот момент исключить –

– Ясно… вот, значит, как… – сипло выдавил Харуюки, взмахом руки избавившись от кучи окошек, загромождавших все поле зрения.

Наконец-то. Наконец-то он нашел ответ. Единственно верный ответ.

Более того – для Сейдзи Номи эта информация фатальна. Наличие BIC можно определить с помощью рентгена. И если чип в голове Номи обнаружат, его поступление в среднюю школу Умесато будет отменено.

Если Харуюки воспользуется этой картой, Номи окажется в том же положении, что и он сам. На поле боя без каких-либо привилегий. И тогда останется лишь одно. Дуэль. Сражаться изо всех сил – и победить.

Глядя в вечернее небо центра Токио, где сейчас должен был летать Номи, Харуюки коротко произнес, будто пулю выпуская:

– Номи… на этот раз я с тобой разберусь.

Глава 9

19 апреля. Пятница. Всего один день до возвращения Черноснежки в Токио.

На большой перемене Харуюки отправился в школьную столовую. Он прошел мимо длинных столов в дальний конец зала.

Там был вход в рекреацию. Согласно неписаному правилу, заходить в рекреацию могли только ученики второго и третьего классов; кроме того, часть столиков там были предназначены исключительно для отдельных комитетов и успешных спортивных секций. Со дня отъезда Черноснежки Харуюки не заходил в рекреацию ни разу.

Однако сейчас он собрался с духом и, пройдя сквозь белую дверь, направился к одному из круглых столиков. Ученики за этим столиком обедали и болтали, но, заметив Харуюки, разом подняли головы.

Надежды плавательной и софтбольной секций глядели на приближающегося ученика, кажущегося здесь совершенно чуждым, и лишь сидящий с ними щуплый первоклассник не повернулся. Харуюки подошел прямо к нему и тихо произнес:

– Номи. Я должен тебе кое-что сказать. Пожалуйста, приходи туда, где мы говорили в первый раз.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и вышел.

Поджидая Номи в тени деревьев, растущих в центральном дворе вне поля зрения Общественных камер, Харуюки вспоминал тот день, когда впервые встретился с ним здесь же.

Младшеклассник с красивым, похожим на девчоночье лицом улыбнулся и жизнерадостно заявил Харуюки, что игра окончена. И, как он и предупреждал, чем больше Харуюки сопротивлялся, тем хуже становилось его положение.

Харуюки попытался ударить Номи, но сам был сбит с ног; Номи наступил на него, навязал дуэль через Прямое соединение и отобрал способность к полету; затем Харуюки овладел системой инкарнации в «Безграничном нейтральном поле» и был близок к тому, чтобы вернуть должок и победить в их втором сражении, но в итоге снова проиграл из-за неожиданного вмешательства Тиюри.

Атаки Номи этим не ограничились – он распускал слухи в реальном мире, что видеокамеру в женской душевой установил Харуюки; в то же время в ускоренном мире он заработал уйму очков, пользуясь Тиюри и крыльями, и поднялся на уровень выше.

Если все так и пойдет, следующая цель Номи, Блэк Лотус, Черный король, окажется в опасности, как и предсказал Такуму.

Однако.

Здесь твой путь и закончится, Номи.

Услышав за спиной хруст веточки, на которую кто-то твердо наступил, и звук приближающихся шагов, Харуюки медленно развернулся.

Он увидел невинную, но в то же время коварную улыбку младшеклассника, вышедшего из тени толстого дуба, – и произнес.

– Гейм овер, Сейдзи Номи… нет, Даск Тейкер.

– …Что это было? – Номи склонил голову набок, по-прежнему улыбаясь. – Ты хочешь сказать, что полностью признаешь свое поражение? Типа, «Я сдаюсь, так что не приставай ко мне больше»?

– …Нет. Это значит, что твоей игре конец, – тихо ответил Харуюки, встретив насмешливый взгляд противника и вложив всю силу в собственный взгляд.

Улыбка Номи постепенно скрылась. Между бровей появилась слабая, но все равно вызывающая отвращение морщинка.

– …Семпай, ты тоже из тех, кто очень медленно схватывает, да? Я, конечно, признаю, ты хорошо постарался, чтобы заполучить огрызок техники инкарнации и блескучее «Усиленное вооружение», но разве тебе до сих пор не очевидно, что ты не можешь со мной ничего поделать, какие бы карты у тебя ни были? Ты и Маюдзуми-семпай – вы оба можете только засунуть пальцы в рот и смотреть. Я разделаюсь с Черным королем и возьму под контроль школу… да нет, весь Сугинами.

Харуюки мотнул головой, отбрасывая эти слова, произнесенные холодным и острым как нож голосом.

– Нет. Этого не будет.

Харуюки сделал шаг вперед –

И отчетливо проговорил:

– Ты не появляешься в дуэльном списке, потому что у тебя в башке вторая VR-машина… мозговой чип-имплантат.

В тот же миг.

Выражение лица Номи переменилось настолько резко, что Харуюки сразу понял – его догадка верна.

На мгновение его глаза выпучились, потом мрачно прищурились. Оскаленные зубы заскрипели, несколько тонких морщинок спустилось к переносице.

– …

Упершись взглядом в молчащего Номи, Харуюки продолжил атаку.

– Если я ошибся, сними нейролинкер и покажи мне. Школьная метка, которую я сейчас вижу, наверняка от этого не исчезнет.

И Номи, и Харуюки прекрасно понимали, что сейчас нет смысла изображать неведение и говорить что-то вроде «с какой радости я должен это делать». Потому что если Харуюки анонимно сообщит о своих подозрениях в администрацию школы, Номи отправят в больницу, где его голову просканируют в присутствии сотрудников школьного отдела Министерства образования; сфальсифицировать результаты этого сканирования абсолютно невозможно. Потом Номи обвинят в нарушениях при сдаче вступительного экзамена; мало того, что его исключат из школы, – у него еще и BIC извлекут.

Он понесет такой же, а может, и больший урон, чем Харуюки за подглядывание.

Сверля Харуюки взглядом, который горел нескрываемой злобой, Номи наконец хрипло выплюнул:

– …Я всегда думал, что ты свинья, а ты, оказывается, крыса. Везде лезешь, везде вынюхиваешь…

– Тогда ты должен был раздавить меня с самого начала. Твоя ошибка, что не сделал этого, – огрызнулся Харуюки.

Номи наконец взял себя в руки, на его лице вновь появилась презрительная усмешка.

– Ладно, признаю. И что дальше? Что ты собираешься делать? Хочешь обменяться ядерными ударами и погибнуть вместе со мной? …И меня, и семпая исключат из школы. Я отправлюсь в больничку, ты в детскую тюрьму. Потом на нас обоих начнут нападать в реале, и мы останемся без «Брэйн Бёрста»… Ты ведь не хочешь такого конца, да, семпай?