Руслан Белов - Бег в золотом тумане

— Потом ты открыл дверь и ударил кого — то саблей… Бандиты и понять ничего не успели. Во дворе еще одного положил.

— А потом?

— Потом мы с тобой вдвоем из ямы ребят освободили. Как только они наверх вылезли, ты, ни слова не говоря, саблю бросил и в комнату вернулся. Я подумала: "К Лейле пошел", — и за тобой увязалась, чтобы помочь в чувство ее привести. Очень уж она плоха была. А ты вошел и спокойно на свое место лег и сразу же заснул. Только тогда я догадалась, что ты и не просыпался вовсе. Потом Сергей сказал, что ты ну, этот… Сам знаешь…

— Знаю. Moondaboy! А что потом?

— Я Лейлу стала развязывать. Долго возилась. Она сразу к тебе бросилась, припала к груди, а ты на спину перевернулся и захрапел!

— Старость — не радость! А ребята как? Где Резвон был?

— Он же сказал, что к жене пойдет. А она на краю кишлака живет. Он там дом отстроил. Тебя с Сергеем хотел ей отдать.

— Зачем?

— Служить! Верой и правдой. Но перед этим собирался превратить вас в бесполых и бессловесных существ!

— Я этого не перенёс бы! Странно, почему они оставили нашу машину во дворе? Бери и езжай?

— Машину негде больше ставить. А оружие ваше у охранников было, забыл что ли?

Примерно через час мы остановились. Знатоки в лице Юрия Львовича и Сергея Кирилловича тут же поставили диагноз: "Бензонасос и карбюратор не находят общего языка"… Кое-как проехав еще сотню метров, мы нашли удобное для стоянки место. Дорога просматривалась, на удивление, хорошо. Но я всё равно волновался, потому что знал, на какую жестокость может подвигнуть Резвона наш побег.

Кивелиди с Житником тут же сняли бензонасос и начали колдовать. Я достал аптечку и густо смазал зелёнкой царапины и уколы, покрывавшие лицо и шею Серёги, затем подошёл к Лейле. Убедившись, что с ней всё в порядке, я взял двухстволку и потопал в тыл, глубиной километра полтора.

Место для засады я нашёл по всем правилам снайперского искусства:

Разместился на взгорке, за валуном и стал воображать, как ударю дуплетом по шоферу и, сидящему рядом Резвону, когда их машина, натужно ревя, будет преодолевать крутой, почти в 45 градусов, подъем.

Неожиданно погода начала портиться. На северо-западе, над верховьями речушки нависла огромная черная туча. Через некоторое время она закрыла небо, и откуда-то сбоку посыпались первые капли дождя.

"Если эта симпатичная тучка, останется там, то у нас появится шанс дожить до обеда и, естественно, не сесть на кол" — подумал я, собирая капли в ладонь.

Моё желание было услышано потусторонними силами! Летучая цистерна была столь тяжела и неповоротлива, что поднявшийся ветер не смог сдвинуть ее с места. Туча застыла, извергая косые потоки дождя в полукилометре от меня. Не прошло и двадцати минут, как вода в реке сначала побурела, а потом и вовсе стала густо-коричневой.

Постепенно поток раздался в ширину и начал подбирался ко мне. Теперь его можно было переехать лишь на "ЗИЛ-131" или на "Урале". И если Юрка починит бензонасос, а в этом я был уверен, то мы оторвемся от преследователей!

Я продолжал удовлетворенно ловить ртом крупные капли и мечтать о сытном завтраке, как вдруг из-за поворота появилась машина.

Тоже "ГАЗ-66", и в ней сидели бабаи[22] с автоматами. Когда они подскочили к бурно клокочущему потоку, Аллах "снизошёл'' к ним! Раздался глухой рокот и через секунду я увидел страшное зрелище: Камни, валуны, растерзанные стволы деревьев, жалкие, жеваные остатки кустарника стремительно неслись, смешиваясь с в жидкой грязью! Прошло несколько минут, в течение которых я стоял с раскрытым ртом, но за это время сель воздвиг мощную плотину, перекрывшую Сардай-Мионе. Ниже по течению струились жалкие остатки мутной воды, не опасные даже для курицы, страдающей водобоязнью.

Выше — реки не стало! На моих глазах она превратилась в озеро.

В отличие от меня, наши преследователи не стали восторгаться мощью и красотой стихии. Они развернули машину и немедленно уехали. Я же вернулся к своим товарищам и рассказал о происшедшем.

— Ну и что теперь? Что мы с этого имеем? — невозмутимо спросил Сергей, продолжая копаться в двигателе. Я терпеливо, словно ребёнку начал объяснять ему:

— А то имеем, что в ближайшие сутки они будут вещи таскать. Наш друг Резвон тоже. Его дом у самой реки стоит. Когда прорвет плотину, могут возникнуть всякие неприятности. Может и Рамит пострадать. Это в былые времена через пару часов приезжал Вашуров с взрывниками, и еще через три они тихо спускали селевое озеро, предварительно набив все имеющиеся мешки живой рыбой. Представляешь, сколько ее сейчас в ямах ниже плотины? Начерпал ведром — и порядок! Что с бензонасосом?

— Тоже порядок! — гордо ответил Житник. — А рыбки бы набрать надо… Что добру пропадать? Мы станем вон под той скалой, приготовим что-нибудь пожевать, а ты и Федя сгоняйте за рыбой.

Юрка разговаривал со мной ласково. Я тоже не помнил зла. Главное — мы живы и продолжаем путь!

Я позвал Фёдора, и мы пошли на "охоту". Люблю, когда рыбы много и не надо часами сидеть с удочкой…

Мы быстро добрались до плотины, но рыбы под ней не оказалось. Её смыло селевым потоком. Пришлось спускаться вниз по реке. Примерно через километр мы нашли заводь, в которой весело кувыркался наш обед.

Я с азартом ловил всё, что лезло в руки, и складывал в мешок. Федя гонялся исключительно за крупной форелью. Весь мокрый и грязный, он удовлетворённо подмигивал мне, не забывая сказать что — нибудь ядрёное. Когда рыбы набралось достаточно, мы завязали мешок и пошли к стоянке.

— Вот это рыбалка, ё-моё! Хоть магазин открывай… Отродясь так не кайфовал! -

Федик, предвкушая чудный обед, радостно щебетал, пока мы карабкались вверх. Я слушал его, и моя неприязнь потихоньку таяла. Чтобы поддержать в себе положительные чувства в отношении урки, я решил рассказать случай из своей, богатой приключениями, жизни.

— Это что! Вот у меня однажды рыбалка была! В Карамазаре — это рудный район в Северном Таджикистане — у нас продукты кончились. Машина во время не пришла, и мы одни макароны жевали. Наша палатка стояла в русле пересохшей реки. А под корнями вывернутого дерева была яма с водой. Смотрю, а в ней рыбки играют, змейки снуют и ещё всякой живности мелкой не счесть! Чем только я крючок не наживлял, — не клюет! Долго я ходил вокруг да около. Но делать нечего, полез в воду! А рыба такая смелая, — в плавки лезет, щекочет, плавниками колет! Такой азарт на меня нашел, — наловил почти ведро! Дай, думаю, ещё одну достану. Сунул руку в воду, вытаскиваю — змея! Выкинул ее на берег и опять в воду. Вытаскиваю, смотрю — опять змея, а в пасти — маринка, сантиметров двадцать пять, наверное, только хвост наружу торчит!