Эрл Гарднер - Влюбленная тетушка

– Какое это имеет отношение к Джорджу?

– Тоже не могу вам сказать, – пожал плечами Мейсон. – Он меня не интересует, хотя, возможно, имеет самое непосредственное отношение к делу... А может быть, и не имеет.

– У меня крепнет убеждение, что вы с Дунканом от меня что-то скрываете, мистер Мейсон.

Мейсон искоса посмотрел на молодого адвоката, услышав, как легко и естественно Линда назвала его просто Дунканом.

– Мы с Линдой перешли на «ты», мистер Мейсон, – сказал Краудер.

– Понятно.

Линда, чуть покраснев, повернулась к Дрейку.

– Вы занимаетесь проверкой и исследованием фактов по делу, мистер Дрейк. Может быть, вам что-то известно или вы догадываетесь о местонахождении Джорджа Летти, что с ним стряслось?

Задавая вопрос, девушка внимательно смотрела на детектива, но тот только усмехнулся.

– У детективов всегда множество всяких идей, мисс Кэлхаун, но, к сожалению, они не всегда себя оправдывают.

Делла Стрит взяла девушку под руку.

– Я уверена, Линда, что у вас нет оснований для тревоги за него.

– Простите, но я ничего не могу понять. Джордж не имеет опыта в финансовых делах, и у него нет денег. Он и сюда-то приехал, чтобы находиться возле меня и... Конечно... короче, это на него не похоже, только и всего.

– Я думаю, что полиция допрашивала его, – сказал Мейсон.

– А что он знает, мистер Мейсон?

– Трудно ответить наверняка, но он был в мотеле, и сам мне сказал, что стенки в комнатах тонкие, как картон. Осмотр номера, который он занимал, показывает, что это всего лишь половина сдвоенного номера, занимаемая Монтрозом Девиттом. Вы понимаете, что при таком положении вещей он мог кое-что слышать.

– Несомненно, – согласилась она. – Но почему тогда он мне ничего не сказал? И что общего это имеет с его исчезновением?

– Не могу сказать, – сухо ответил Мейсон.

– Вы не знаете?

– Давайте сделаем так, мисс Кэлхаун, – предложил адвокат. – Мы отправимся в контору к Дункану. Оттуда вы сможете позвонить окружному прокурору и напрямик спросить его, знает ли он что-нибудь о Джордже или о том, почему он не может с вами общаться. Хорошо?

– Ответит ли он мне?

– Разве есть основания, чтобы он не ответил?

– Я о них не знаю.

– В таком случае, поехали, – Мейсон бросил за Краудера быстрый взгляд. – Вы с ним сможете поговорить по одному телефону, а мы с Дунканом будем слушать по параллельному, и выясним, известно ли что-нибудь окружному прокурору о Джордже.

– Коль скоро вы попадете в мою контору, – предупредил Краудер, – вам не избежать встречи с репортерами.

– Ничего, мы обойдем эту преграду, когда приблизимся к месту, ответил Мейсон. – В настоящий момент меня больше всего интересует ответ Болдуина Маршалла на вопрос Линды Кэлхаун.

Они поехали в офис Краудера, где Линда позвонила Маршаллу в прокуратуру.

Мейсон и Дункан Краудер слушали их беседу по параллельному телефону.

– Это Линда Кэлхаун, мистер Маршалл, – представилась девушка, как только тот подошел к телефону.

– О, да, мисс Кэлхаун... – ответил Маршалл, в его голосе было сложное переплетение сердечности и холодной осторожности.

– Я пытаюсь узнать, что случилось с Джорджем Летти, – продолжала Линда, – и решила, что вы можете мне помочь.

– Что вас заставляет думать, что с ним что-то случилось?

– Я не имею о нем никаких вестей.

– Совсем?

– Всего лишь короткое сообщение через администратора отеля, чтобы я о нем не беспокоилась, и что он верит в мою преданность.

– Он не велел вам волноваться?

– Да.

– А вы волнуетесь?

– Конечно.

– Он, должно быть, по какой-то причине передал вам свое сообщение через администрацию отеля? – спросил Маршалл.

– Я в этом не уверена.

– Он, как мне кажется, проявил редкую чуткость и внимательность, передав это сообщение... Он заботился о вашем спокойствии.

– Вы так считаете?

– Разумеется. И, тем не менее, вы не хотите прислушаться к его словам?

– Я хочу знать, где он.

– Боюсь, что я не смогу вам помочь.

– Ну что ж, разрешите прямо спросить вас, знаете ли вы, где он находится?

– Что ж, мисс Кэлхаун, я буду с вами откровенен, – после минутного колебания ответил окружной прокурор. – Я не знаю этого.

– Но вы полагаете, что с ним все в порядке? – настаивала Линда.

– Я считаю, коль он не велел вам волноваться, то и оснований для волнения у вас нет. Лично я верил бы в него и его честность, и его дружбу, независимо от того, что про него могут сказать некоторые люди... Теперь разрешите задать вам вопрос, мисс Кэлхаун. Вы позвонили по своей инициативе?

– Да, конечно.

– Я имею в виду, вам не посоветовали это сделать?

Линда заколебалась.

– Не Мейсон ли сказал, что именно у меня вы должны спросить, где находится Летти?

– Почему же... я волновалась и...

– Да, – прервал ее Маршалл, – я убедился, что за вашей спиной все же стоит Мейсон. А теперь я хочу задать вам еще один вопрос. Может быть, он слушает нас по параллельному телефону?

Линда Кэлхаун ахнула.

– Да, я слушаю, – вмешался Мейсон. – Доброе утро, Маршалл.

– Я так и думал, что вы явились вдохновителем этого звонка, констатировал Маршалл. – Если бы у меня были вопросы к вам, Мейсон, я бы спросил лично у вас, как мужчина мужчину, а не стал бы прятаться за женскую юбку.

– Я не собираюсь прятаться за женскую юбку, – ответил Мейсон, – а всего лишь проверяю ваше заявление. Я не хочу, чтобы она с вами разговаривала, если меня при этом нет.

– Ну, теперь вы узнали, о чем говорилось?

– Я слышал вас весьма отчетливо, и вы даже заявили, что не знаете, где Джордж Летти.

– Я говорил мисс Кэлхаун и повторяю, что в настоящее время я не знаю, где находится Джордж Летти! – рявкнул Маршалл и швырнул трубку на рычаг.

– Вот теперь я, действительно, беспокоюсь! – прошептала Линда.

– Очень сожалею, но ничем помочь не могу, – покачал головой Мейсон. И вам придется примириться с таким положением вещей.

– Но каково это положение вещей?

– Это нам еще придется выяснить, – сказал адвокат. – Однако, я убежден, что Летти не угрожает физическая опасность. В этом я не сомневаюсь.

Секретарь Краудера предупредил:

– В приемной находятся два репортера, говорят, им необходимо побеседовать с мистером Мейсоном.

– Пусть войдут? – спросил Мейсон.

Краудер кивнул, секретарь распахнул дверь приемной, вошли репортеры и один из них заговорил:

– Мистер Мейсон, я хочу спросить вас прямо. Разговаривали ли вы сейчас по телефону с мистером Маршаллом?

– Да, я с ним разговаривал.

– Могу ли я полюбопытствовать о причине вашего разговора?