Франк Хеллер - Миллионы Марко Поло

Ее интонация противоречила ее словам. Синьор Донати победно улыбался, прикрывая ладонью рот.

— Я сидел в библиотеке, занимаясь исследованиями, — сказал доктор, и вид у него при этом был глубоко несчастный.

— Вот как! А там есть материалы, достойные исследований?

— Да, в частности, «Путешествия Марко Поло».

На лице графини отразилось удивление:

— «Путешествия Марко Поло»? Забавно. Это одна из любимых книг моего покойного отца.

— Было время — тому двадцать лет, — отозвался доктор, — когда книги, посвященные этим путешествиям, составляли его единственное чтение.

Сандра вздернула брови:

— Откуда вы это знаете?

— Мне удалось установить это с помощью беспристрастного свидетеля — единственного беспристрастного свидетеля, который еще жив, мсье Альберле из Страсбурга.

— Он был знаком с моим отцом?

— Он вспомнил вашего отца, когда я упомянул, что ваш отец двадцать лет назад пил любимое вино самого господина Альберле.

Графиня улыбнулась:

— Но откуда вы узнали про вино?

— От сомелье Йозефа из отеля «Турин», в котором тогда жил ваш отец.

— Отель «Турин»? Значит, я тоже там жила?

— Да. Может быть, вы это вспомните?

Голос доктора был полон надежды. Но ее мысли потекли по другому руслу.

— А знаете, что утверждал мой отец? — сказала она. — Будто мы — потомки Марко Поло по прямой линии!

Доктор воодушевился:

— Правда? Значит, конечно, по женской линии. Ведь у мессера Марко были только дочери! Но тогда это объясняет многое — очень многое!

Теперь графиня была уже в совершенной растерянности.

— Что объясняет многое? То, что мой отец утверждал, будто мы — потомки Марко Поло? Наверно, об этом есть документы в архивах. Но я не понимаю, что…

— Что это объясняет? Это объясняет если не до конца, то во всяком случае в очень большой степени, почему ваш отец начал заниматься изучением Марко Поло. Это объясняет его интерес к некоторым страницам истории мессера Марко, которые до сих пор не привлекали ничьего внимания. Наконец, это объясняет, между прочим, и то, почему я в настоящее время нахожусь здесь, в Венеции. То, что вы с синьором Донати находитесь сейчас здесь, объясняется другими… астрологическими причинами.

И доктор посмотрел на нее, а потом на синьора Донати печальным взглядом своих темных собачьих глаз. Графиня слегка покраснела, а потом рассердилась:

— Вы опять говорите загадками! Вы же знаете, я вам это запретила. Какое отношение имеет происхождение моего отца к тому, что вы сейчас находитесь здесь? И какое отношение книги Марко Поло имеют к тому, что мы наблюдали сегодня вечером — как синьор делла Кроче перехитрил и захватил человека, которого вы называете своим шофером?

Доктор позабыл о своих огорчениях и самодовольно захихикал:

— Он вовсе не перехитрил Этьена! Это я выслал Этьена вперед, приказав ему поддаться обману!

— Если вы сейчас же не скажете мне, при чем здесь Марко Поло, я подниму крик и вцеплюсь вам в бороду!

По виду доктора никак нельзя было сказать, что такое наказание ему неприятно, но подчинившись взгляду графини Сандры, он начал рассказывать. Он описал все свои приключения, начиная с той минуты, когда увидел, как синьор делла Кроче шпионит за ней в Амстердаме, до того мгновения, когда синьор делла Кроче украл у него в страсбургской библиотеке драгоценную рукопись, а доктор и верный Шмидт по наущению синьора делла Кроче были именно за эту кражу арестованы в Сен-Жан-де-Морьен поблизости от франко-итальянской границы.

— В тот миг Меркурий был повержен апперкотом Сатурна! Синьор Донати, как истинный рыцарь, предупредил меня, что злобный Сатурн, который правит арестами и узилищами, подстерегает минуту, чтобы одолеть мою планету Меркурий, но по правде сказать, я не принял всерьез его остережения. Однако оно оправдалось в Сен-Жан-де-Морьен. Полицейские этого захолустного городка были непреклонны, и если бы не преданный Этьен, кто знает, как бы обернулось дело. Когда тюремщик зашел в нашу камеру, Этьен набросился на него, связал, отобрал у него ключи и освободил меня — и все это в течение пяти минут. Может, тут сыграло некоторую роль то, что Этьен и тюремщик были друзьями еще со времен войны, когда они вместе сидели в окопах, — так или иначе, мне не приходилось видеть, чтобы кто-нибудь когда-нибудь так покорно дал связать себе руки за спиной и сунуть в рот кляп. Машину нам пришлось бросить, но все же через несколько часов мы уже оказались по ту сторону границы, в Модане — ух, и холодно же там было! — и направились в Венецию. Синьор делла Кроче оставил свою машину в Модане и дальше поехал поездом. Таким образом, мы приехали сюда всего через шесть часов после того, как здесь появился он. И все это исключительно заслуга Этьена.

— И синьора Донати, — сказала графиня, почти с нежностью покосившись на астролога. — Ведь это он предупредил вас о Сатурне! Не забудьте!

— Не забуду! — сказал доктор.

Синьор Донати задумчиво нахмурил лоб:

— Не рожден ли шофер под звездой Венеры? Составляя гороскоп доктора, я обратил внимание на влияние Венеры, которое в какой-то степени противостояло роковому излучению Сатурна. Да, несомненно, шофер находится под покровительством Венеры.

— Единственная особа, о которой я осмелился бы это утверждать, пребывает сейчас в нашем обществе.

И доктор смиренно поклонился графине Сандре.

— Вы правы, — серьезно сказал синьор Донати. — Графиня ди Пассано и в самом деле рождена под знаком Венеры.

— Чтобы это увидеть, не обязательно быть астрологом, — пробормотал доктор.

Графиня Сандра улыбнулась почти кротко.

— Кое-что вы объяснили, — признала она. — Хотя далеко не все. Но сначала скажите: вы и впрямь умышленно позволили вашему шоферу поддаться обману и оказаться пленником делла Кроче?

Доктор кивнул.

— Но для чего?

— Сейчас объясню. Для того, чтобы нагородить обо мне всевозможных небылиц синьору делла Кроче. Не сомневаюсь, что это уже сделано и хозяин дома, где находится Этьен, твердо уверен: Этьену удалось бежать, а я сижу под замком в Сен-Жан-де-Морьен, хотя с минуты на минуту меня могут освободить. Первое убеждение приводит к тому, что делла Кроче считает, будто у него развязаны руки, второе — к тому, что он поторопится действовать.

Несколько мгновений графиня обдумывала слова доктора. Потом сказала:

— Ответьте мне на второй вопрос: почему после того, как вас освободили, вы приехали именно в Венецию?

Доктор улыбнулся:

— Ответ прост. Я хотел посмотреть, что делает синьор делла Кроче.