Константин Храбрых - Книга 2. Проклятье Дальних Берегов

- Ну что, найдем корабль, и тогда сам Кракен и сотня ундин нам не враг!

- Кар-р!

- Фс-с-с...

Эпилог.

Пиратский галеон приблизился к порту на расстояние полета снаряда тяжелой противокорабельной катапульты, и стал спускать на воду лодки с абордажными командами. Зеленый диск Хелебра ярко светящие на небе звезды, заслонили возникшие словно из ниоткуда, быстро разрастающиеся в небе грозовые облака.

Атака должна была быть неожиданной, молниеносной и сулящей огромную выгоду, вот только в ту злополучную ночь на пиратской команде свет клин клином не сошелся.

Стоило только шлюпкам отплыть на сотню метров от спрятанного магом-погодником в тумане корабля как начались странности: то уключины начинали противно скрипеть, действуя не сколько на нервы абордажной команде, сколько демаскируя; то магические фонари, которые должны были вспыхнуть уже на пирсе стали мигать разным светом, выдавая в туманной дымке полторы дюжины пиратских лодок; то у старпома заныл золотой зуб, который начинал ныть, стоило приблизиться какой-нибудь серьезной опасности на море; но страшнее всего стало, когда кто-то замогильным голосом, пробирающим потусторонним холодом до самих костей начинал скрипуче напевать в такт с уключинами:

- День и ночь, день и ночь,

Мы плывем по Африке...

День и ночь, день и ночь,

Все той же самой Африке...

(скорректированные строфы стихотворения Пыль Киплинга).

И тут появился он.

Пираты в немом ужасе наблюдали как мимо них от пирса, в сторону их же корабля абсолютно спокойно, не всколыхнув ровной глади воды, проплыла весельная лодка, на носу которой в горделивой позе, с саквояжем в левой руке, стояла фигура странного человека в черном дорожном плаще и черным вороном на плече. Одет незнакомец был в весьма странные одежды, и лик его был нечеловечески бледен...

Несмотря на полное отсутствие ветра и гребца в лодке, весла работали сами, словно заведенные поддерживая приличную скорость даже для двух гребцов. Никто не успел и слова вымолвить, как лодки пиратов подхватило сильное течение неторопливо начавшего образовываться у причала водоворота.

Выжившие в ту ночь пираты долгие годы рассказывали страшные байки про странного чародея, захватившего в одиночку пиратский корабль, и уплывшего прочь от портового городка.

А пропавший пиратский корабль, долгие годы, путешествуя по Аргосскому морю, сеял страх и ужас в души самых страшных и свирепых морских волков, которых только видел белый свет!

Так появилась легенда о корабле призраке, за годы обросшая ворохом страшных баек и пугающих легенд.

Но в одном они все говорили правду - не стоит попадаться навстречу черному кораблю с фонарями, горящими призрачным зеленым огнем!

Часть 2. Ужас Аргосского Моря.

Пролог.

На песчаном берегу острова Кьёльк, полным ходом шла подготовка к праздничному сожжению пленного колдуна, захваченного бесстрашными воительницами племени Айрун!

Цепь островов "Песчаная челюсть Дракона" жила по правилам и законам, установленным еще задолго до того, как рухнувшие в небытие древние сверкающие города, по легендам созданные из чистого золота, заставили людей расселяться на никому не нужные песчаные острова. Здесь царил закон и порядок, установленный и поддерживаемый вождем племени. Великим и сильнейшим воином племени амазонок. Мужчины по какому-то древнему проклятию в племени не рождались, и если такие полпадали на остров, то в течение тридцати дней умирали в странных и страшных муках: они просили пощады, молили о смерти, кричали, стонали, выли... и многое-многое другое, от чего старшее поколение старалось оградить молодняк. Но иногда попадались и крепкие мужчины, сумевшие прожить более полугода на острове, но и они умирали в страшных муках.

Это и было причиной того что магия на островах была под строжайшим запретом. Увидел колдуна - убей! Отруби его голову, вырежи его сердце и сожги его на медленном огне в пляске посвященной Матери-Воительнице!

Дети наравне с остальными членами племени таскали высохшие и смоляные листья, а также обломки сухого корабельного дерева, которое в изобилии каждый раз приносит прилив. Чтобы не скапливать и не загрязнять остров всяческим напоминанием о внешнем мире, было принято использовать хорошее дерево для костров, благо корабельная сосна хорошо горела.

Колдуна раздели, оставив на нем странную белую набедренную повязку в черный горошек, и привязали к столбу. Каждый час верховная жрица племени опаивала пребывающего в счастливом полубреду пленника, после чего ему затыкали рот кляпом из плотно скрученных побегов растения Вайхо, сводившего судорогой челюсти, если колдун попробует разгрызть кляп и попытаться колдовать.

- А он довольно симпа-а-атичный, даже не скажешь, что колдун! - Две девушки, обкладывавшие костер кусками дерева и сухими ветвями пальмовых деревьев даже, забыли про работу, засмотревшись.

- Даже жаль, что колду-у-ун...

- А может наши воительницы ошиблись? Может он обычный моряк? И даруют его для ночи любви в честь праздника?

- Брысь отсюда вертихвостки! На большой земле себе отца ребенка найдете! - Прикрикнула сторожившая пленника воительница - копейщица.

Девушки, бросив последние пальмовые ветви в будущий костер, со смехом убежали.

- Вот ведь настырные! - Пробормотала воительница и обернулась к вкопанному столбу, к которому привязан пленник...

- Ка-а-ар! - раздалось с темнеющего неба воронье карканье, что было удивительно, так как воронье племя на островах не обитало.

Столб был пуст, только обрывок веревки говорил о еще недавнем его пребывании, ну и конечно длинная цепочка следов, ведущая к лесу, которую оставляла полуголая мужская фигура, удирающая во все лопатки.

- Тревога! Пленник сбежал!

После чего поднявшая тревогу неудавшаяся надсмотрщица за пленным колдуном со всех сил ринулась в погоню, так как вождь племени не оценит безалаберности юной воительницы, как и потерю главного элемента будущего праздника и плясок вокруг костра!

Глава 1.

У страха глаза велики. Раньше не верил, но после того как меня привязали к столбу и стали готовить к триумфальному ужину в племени прекрасных деву... людоедов, точнее людоедок... Теперь я поверил!