Рудоль Итс - Искатель. 1988. Выпуск №1

— Привет, Джонни! — сказала Делла, улыбаясь.

— Так бы и съел тебя, — ответил я, глядя на неё с вожделением. — Роскошно выглядишь!

— Ты тоже неплохо.

Она оценивающим взглядом осмотрела белый костюм, который принёс мне филиппинец.

— Вроде бы твой размер.

— Да, в самый раз. Откуда это взялось?

— Я заказала. Пришлось с утра переделать кучу дел. Днём надо зайти к портному приодеть тебя. Здесь необходимо выглядеть соответственно.

— У меня такое чувство, будто всё происходит во сне. Так и жду, что с минуты на минуту проснусь в каком-нибудь грузовике по дороге в Майами.

Делла расхохоталась.

— Это вовсе не сон. Давай-ка немного пройдёмся перед свиданьем с Ником.

Мы погуляли около часа в огромном парке казино. Вертхам продумал буквально всё. В парке имелись аквариумы и пруды, поросшие лилиями. Рядом с казино под аркой располагались киоски, где можно было купить всё, что душе угодно, от таблеток аспирина до бриллиантового колье. Парк окружал глубокий канал, укрытый в тени дубов, стволы которых были увиты вьющимися растениями. Идеальное место для любовных прогулок в гондоле. Сзади казино имелся даже собственный зоопарк, где на лужайках разгуливали ибисы и розовые фламинго.

— Пойдём посмотрим ров со львами, — предложила Делла. — Это хобби Рейзнера. Он обожает львов. Трудно себе представить, сколько сюда приходит народу посмотреть на этих хищников.

Несколько минут мы стояли молча, разглядывая львов, которые нежились на солнце.

— Их можно понять, — ответил я. — Львы всегда впечатляют…

— Рейзнер их кормит лично. Как только у него появляется свободная минута, он тут же заявляется сюда.

Делла повернулась спиной к ограждению рва.

— Ладно, пошли отсюда. Тут ещё есть на что взглянуть.

Справа от зоопарка, рядом с центральной аллеей находился ресторан под открытым небом с площадкой для танцев, выполненной из стекла. Навстречу нам устремился толстый итальянец, одетый в костюм безупречного покроя с белой гортензией в петличке пиджака.

— Джонни, это Луи. В его ведении наши три ресторана, — произнесла Делла, протягивая руку для поцелуя. — Луи, позвольте представить вам Джонни Рикка.

Итальянец оценивающе взглянул на меня, поклонился.

— Много слышал о вас, мистер Рикка. Как идут дела в Лос-Анджелесе?

— Дела идут неплохо, — ответил я. — К сожалению, у нас там нет ничего подобного вашему райскому саду.

Итальянец почувствовал себя польщённым.

— А как поживает мистер Вертхам? Надеюсь, у него всё в порядке? — обратился он к Делле.

— У него всё о'кэй. Счастливчик, уже плывёт во Францию.

— Во Францию? — Луи пожал плечами. — У них в Париже нет и доли того, чем располагаем мы. Обедать будете в ресторане?

— Пожалуй, да.

— Я займусь этим сам, — решил Луи.

До казино мы прошагали молча. На огромной террасе расположилась группа мужчин и женщин. Большинство представительниц прекрасного пола выглядели действительно прекрасно, словно сошли со страниц журнала мод. Делла грубо дёрнула меня за руку, прервав любование красотками.

— Ты что? Кончай пускать слюни, как деревенский дуралей!

Я улыбнулся.

— Прошу извинить, дорогая, но, судя по всему, жизнь здесь и впрямь бьёт ключом!

Потом заметил роскошный «бьюик», стоящий на главной аллее около казино. Машина сверкала чёрным лаком, сиденья были обиты красной кожей, колёса и фары утоплены в кузове.

— Нравится? Она твоя, Джонни.

— Моя?

— Ну конечно!

Делла улыбнулась, но взгляд её был твёрд, как алмаз.

— Она твоя, пока никто не знает, что Поль мёртв.

Я почувствовал, что мною овладевает страх. Уже второй раз за последние десять минут она возвращалась к этой теме.

— Делла, что ты задумала?

— Ничего.

Она открыла дверцу «бьюика» и села в машину.

Я наклонился над дверцей и пристально посмотрел на неё.

— Нет, ты что-то задумала.

— Садись, Джонни. На нас смотрят.

Машина покатилась по аллее.

— Ты так и не ответила на мой вопрос.

Делла повернулась ко мне лицом. Зелёные очки закрывали глаза.

— Я ничего не задумала, я хочу сказать лишь то, что сказала, Джонни. Всё это нам принадлежит только до тех пор, пока никто не знает, что Поль мёртв. Тебе понятно, надеюсь?

— Да, всё понятно. Но ведь есть ещё пятьсот тысяч долларов. Тебя послушать, так их вроде и нет. На полмиллиона можно сделать немало.

— Ты что думаешь, на эти деньги сумеешь приобрести такое казино и всё остальное в придачу?

— Нет, конечно. Но можно позволить себе такую машину и много ещё чего…

— А ты полагаешь, что много сделаешь со своими тысячами? Четверть миллиона ещё не состояние…

— Мне казалось, тебя интересуют только эти пятьсот тысяч долларов… Так что ты придумала?

— За воротами сверни направо и выезжай на центральную магистраль, — сказала Делла, нагибаясь и делая знак рукой охранникам, которые открывали забранные решёткой ворота. — Ничего я не придумала. Во всяком случае, пока. Только вот спрашиваю себя, как мы с тобой будем себя чувствовать эдак через год-другой при мысли, что Рейзнер хозяйничает в казино «Линкольн-бич», а у нас к тому времени останется лишь какая-нибудь жалкая кучка денег, которая будет таять словно снег под солнцем. И в перспективе никаких возможностей заработать больше денег…

— Постой, постой! — перебил я, — Речь шла о пятистах тысячах долларов. Такие деньги враз не растратишь. К тому же у нас с тобой их ещё нет.

— Да, конечно, ты прав, Джонни.

Трудно было понять, чего она всё-таки добивается, но тон её мне отнюдь не понравился.

— Давай-ка проедемся по Бей-стрит, — предложила Делла, закуривая сигарету. — Знаешь, что это за улица?

— Нет. А что в ней особенного?

— Её построил Поль. Здесь её называют Флоридской деревней. Не знаю точно, какой доход она приносит, но доля мужа составляла пятнадцать процентов и не облагалась налогом.

— Скажи, пожалуйста, а твой муж, оказывается, был мужик с головой.

— Это точно. Мне никогда ещё не доводилось встречать дельца такого размаха!

Выехали на Бей-стрит. Тут было на что посмотреть. Украшенные красноречивыми рекламами, жались друг к другу здания игорных домов, баров, кабачков, притонов, борделей и ресторанов.

— Припаркуй машину. И давай немного пройдёмся.

— Стало быть, это всё тоже принадлежало Вертхаму? — спросил я, выключая двигатель.

— Он основал компанию, в которой владел контрольным пакетом акций и полностью распоряжался всеми прибылями. Поль знал, что рано или поздно миллионерам приестся роскошь казино. Поэтому он и соорудил Бей-стрит, чтобы они могли расслабиться и порезвиться, одновременно продолжая его обогащать. Если порок использовать с толком, он может принести весьма немало прибыли. И тут, в Линкольн-бич, на пороке наживаются как нигде.