Виктор Кувшинов - Лэя

- Ангел?

- Ангел, - сплюнув жвачку, и приподняв свою ковбойскую шляпу, недовольно буркнул сельский певец.

- Так, быстро свяжи нас с тем, кто смыслит в кладах на Земле. И поплюйся еще тут, программа недоделанная! - рявкнул Буль строго.

- Так вам кого? По Америке спеца или Азии?

- По России. И давай побыстрее, пока не развоплотили.

«Однако, что-то Буль разошелся. Видно, сильно ему навигатор хвост прищемил, да еще эта программка хамоватая. Можно, конечно, и рассердиться», - подумал Женька и, хихикая, прокомментировал ситуацию:

- Картина достойная Версаля: «Ангел раздает горячие плюхи на астральных разборках».

Критика подействовала, и Буль, выпустив пар, уже мирным тоном спросил:

- В общем, нужна душа, знающая расположение кладов в реальной России.

- Так бы и сказали. Сей момент сделаем! – уже стоя «во фрунт» перед командиром, бойко ответил ковбой и, достав мобильник, отрапортовал туда. - Ангельское начальство до Василь Ивановича. Он сможет принять? Хорошо, тогда посылаю, – и, повернувшись к Булю, со счастливой улыбкой сообщил. – Ловите образ и идите по нему – вас уже ждут!

Не совсем понятно как, но Буль поймал пакет информации и перенес приятелей во двор большой бревенчатой избы, на крыльце которой важно восседал сам Василий Иванович с его великолепными усами. Оглянувшись вокруг, Женя заметил, что они находились в классической русской деревне, состоящей из двух рядов бревенчатых домов вдоль грунтовой дороги. Чуть в отдалении, на пригорке красовалась маленькая православная церковь.

- Доброго Вам дня, Василий Иванович! - поприветствовал усатого командира Буль.

- И вам того же!.. - хитро сощурив глаза, отвечал почти былинный советский герой.

- А вы кому в церкви молитесь? - не удержался Женька от ехидного вопроса.

- Как кому? - оторопело спросил Василий Иванович. - Богу, конечно.

- То есть себе? Или им вот? - кивнул в сторону Буля биолог.

- А что, бог на тебе кончается? - еще хитрее прищурившись, спросил военноначальник. Женя задумался: «А и правда, что изменилось? Здесь еще лучше понимаешь божественное начало мира…» Красноармеец, заметив его озадаченность, усмехнулся. - Мне, например, за то, что в астрал допустили, всю оставшуюся здесь жизнь молиться надо. Одно и спасло рубаку, что по недомыслию хотел лучшую жизнь этаким манером построить. Но, все равно, пару лет из инферно выкарабкивался. А молитва – она очень даже иногда способствует душевной гармонии. Ведь здесь можно и за родственников на Земле словечко замолвить, и за добрых ангелов, и за суетливых душ, - совсем насмехаясь, закончил отповедь Чапаев. - Ну ладно, хватит лирических отступлений, давайте к делу. Какая такая причина привела сюда добрых молодцев?

- Мы интересуемся месторасположением кладов в одном русском городе на Земле, - повел переговоры Буль.

- А что вам за интерес о них знать-то? Все равно, не выкопаешь.

- Я сейчас прошу Вас помочь нам от имени службы Развития и Коррекции Цивилизации, - серьезным тоном произнес Буль. – К сожалению, не могу вам сказать под страхом развоплощения, зачем нам эти данные, но поверьте, по пустякам я бы не стал Вас беспокоить.

Женя кроил хмурые рожи, пытаясь скрыть усмешку: «Вот бестия ангельская, знает, как впечатление произвести. Бедному полководцу мозги совсем запудрил». Василий Иванович резонно не усмотрел ничего смешного в угрозе развоплощения и ответственно отнесся к просьбе ангела. Да и военная выучка, видать, приучила командира не спрашивать, когда начальство говорило: «надо». Он подумал, кивнул, достал мобильник и долго с кем-то перезванивался, только переспросив, какой город и что искать. Наконец, довольно крякнув, сказал:

- Нашелся эксперт – все про ваш город знает. Сережкой кличут. Вы к нему подскочите? Я тогда его предупрежу.

- Подождите! - взмолился Федька. - А Вы, действительно и есть тот легендарный Чапай?

- А что, непохож? - довольно улыбнувшись, выставил плечико, как заправская кинозвезда, красный командир.

- В том-то и дело, что похож. А расскажите, как ваша судьба так сложилась, что вы тут в кладоискателях оказались?

- Да я сейчас за дежурного здесь, - рассмеялся Чапай. - Координирую работу поисковиков. Презабавное, знаете ли дело – клады искать. У нас тут целый мир этим занимается. Сюда попасть ой как не просто. Только два пути: быть энтузиастом на Земле или, как я, накопить достаточно сбережений, чтобы внести свой вклад, вернее клад, в этот мир. Самое смешное, что нашедшие клад, вместо того чтобы проматывать его долгие годы, чаще всего по новой перепрятывают сокровище и снова пускаются во все тяжкие с розыском, причем, частенько собственного клада. Мы ухитрились так устроить дело, что после закладки тайника владелец все о нем забывает. А какие криптограммы, карты и прочие хитрости придумывают при захоронении этих кладов… сам Индиана Джонс обзавидовался бы! Кстати, если ребята, создавшие этот фильм, начиная с Форда и Спилберга захотят к нам, им припасены вакансии на самых лучших условиях.

- А почему мы ничего не знали про столь увлекательный мир? - требовательно спросил Женя ангела. Тот только руками в недоумении развел.

- Вы его не корите, – улыбался довольный усач. – Сюда никого не зовут. Это почти закрытый мир. И так желающих больше, чем возможностей. Большинство, которые без денег, идут сюда просто жить, чтобы слушать счастливчиков, нашедших сокровища или просто обсуждать истории про розыски. Работают тут в забегаловках, или в обслуге замков и дворцов. Знаете, в средствах мы уже давно не ограничены, так что и сами сокровища зачастую баснословно богаты и весь антураж, привлеченный из астрала очень разнообразен, начиная с животного мира и кончая обслуживающим персоналом и страшилками, вроде ковбоя при входе в пирамиду.

Захватывающие картины тотального поиска несметных сокровищ взбудоражили Женькину голову так, что ему стоило усилий вспомнить о самом Чапае:

- Грандиозно! - воскликнул он, но все же вернулся к вопросу: - Василий Иванович, а как же Вы? Как Ваша собственная судьба сложилась?

- Да вообще-то забавно. Я ведь, хоть и дослужился до значительных чинов, как в царской, так и в красной армии, но особой известностью при жизни, естественно, не страдал. Это все спасибо Фурманову, да фильму. Я все-таки много греха на душу брал, хоть и не со зла. Вот и угодил в инферно, но, слава богу, дальше первого мира не провалился. А там не растерялся, как стал с чертями за справедливость людей воевать, так им мало не показалось!

Ведь этими их карцерами меня не напугаешь – не тем пуганные! Короче, как черти не пыжились, а пришлось им меня по ускоренной программе оттуда выпихивать, - заразительно засмеялся Василий Иванович. - Уже позже, я столкнулся с интересным явлением. Повалил сюда, в астрал народ, которому, хлебом не корми, дай на Чапая посмотреть! Смотрят они на меня и все время говорят, что я, мол, поддельный. Они-то меня по кино знают, а там-то этот, как его, Бабочкин – артист. Со временем стал я замечать, что у меня лицо меняться начало. Это, значит, так на меня почитатели повлияли. Так вот теперь и выгляжу: то ли на себя похож, то ли на артиста – сам не знаю.