Фома Неверующая - Свет звезд

Дорога по пустыне навстречу двум слепящим светилам и горстям жаркого колючего песка, как наждачкой шлифующим все открытые участки кожи, показала, что путешествия заманчиво выглядят лишь из мягкого кресла при включенном кондиционере. Когда на губах вместе с песчинками почувствовался вкус соли, Надина с нетерпением прибавила скорость, надеясь побыстрее достичь цель. Преодолев последний песчаный склон, наконец, увидела водную гладь, простирающуюся до самого синего горизонта и сиротливое белое здание у полосы прибоя. Издалека оно напоминало белый фрегат, выброшенный на сушу и тоскливо мечтающий вернуться обратно… Печальное зрелище.

Остановившись, чтобы отряхнуться самой и смести с платформы кучки песка, она приняла наиболее уверенный вид. В представлении большинства людей гувернантка должна лишь самую малость отличаться от строгой монашки. По крайней мере, такая же стойкая и терпеливая! Именно такую безупречную воспитательницу и постаралась изобразить Надин.

Подлетев к входу с колоннами по бокам, замерла в ожидании. На крыльцо высыпали люди в серо-синей военной форме с оружием в руках. Главный — толстый лысый дядька с большими усами потребовал представиться. Уже открыв рот, чтобы назваться, Надина обнаружила, что говорить с песком на зубах не удобно. Возникшую паузу прервал окрик по громкой связи:

— Баск! Это ко мне по приглашению, наконец-то! Пропустить!

Лицо усатого лысого Баска удивленно вытянулось. Мысль, что кому-то понадобилась чопорная, завернутая в саван невзрачная дама в страшных очках, показалась ему нереальной. Но приказ выполнил и, посторонившись, повел ее внутрь. В зеркальных отражениях просторного, даже огромного белого холла с такой же гигантской блестящей люстрой, Надина видела, как удивление сменяется уважением. Видимо, ее молчание под прицелом охраны он расценил за проявление силы. А то, что вынуждает ждать самого Гриббона, вообще подняло авторитет до небывалых высот и заставило ломать голову в поисках версий, кто же это такая?

Поднявшись по мраморной лестнице на второй этаж, и, поблуждав из одного помпезного зала в другой, еще круче первого, они остановились перед высокими двустворчатыми дверьми темно-бордового цвета, как и тяжелые гардины и мягкие ковры под ногами. Стены радовали глаз разноцветной мозаикой из всевозможных полудрагоценных камней. Хозяин дома явно перестарался с декором! Проморгавшись, чтобы привести в норму зрение и избавиться мельтешения ярких пятен перед глазами, девушка прослушала, о чем говорит провожатый.

— Я говорю, как вас представить? — недовольно повторил он, немного лукавя. Ведь Гриббон уже ждет ее, значит, ему известно, кто она такая.

Усмехнувшись, благо под вуалью не видно, она сухо представилась:

— Леди Надиллия Торнтон, лицензированная гувернантка. Прибыла по приглашению для заключения контракта.

Зрачки Баска удивленно расширились, и Надин прочитала в них благоговение.

— Странная реакция… — подумала она. — Если только мой воспитанник не исчадие ада… Тогда все логично! — следующей была мысль, — А не пора ли испугаться? Но после встречи с Кэпом никто не способен так напугать ее! Тем более, что и капитан оказался не страшен, даже наоборот! — в этом месте размышлений пульс зачастил, а губы предательски заныли. — Все это в прошлом! Сейчас я, наконец, увижу того, кто виновен в моих переживаниях! И он ответит! С таким боевым настроем она и предстала перед адмиралом Гиббоном. Тот ошибочно принял его за профессиональную тягу к перевоспитанию детей и очень обрадовался. Кстати, зря! Надин никогда не стремилась перевоспитывать своего сына и не верила в возможность этого. Нужно найти общий язык с ребенком и узнать мотивы его поведения, тогда и перевоспитывать не понадобится.

Адмирал, вопреки ожиданиям, не производил впечатление злодея. Обычный мужчина среднего роста, неприметной серой внешности, в серо-синей форме, как и остальные из его окружения. Отличался лишь цепким взглядом, который в данный момент выражал облегчение, автоматом прощая, и непунктуальность, и довольно странный вид.

Причина такого поведения обнаружилась тут же.

Надина не удержалась и, выйдя из образа непробиваемой все-всезнающей-все-всеумеющей воспитательницы, удивленно воскликнула:

— Не великоват ли мальчик?

Даже это сошло с рук и не вызвало подозрения у радостного адмирала. Зато воспитанник нагло усмехнулся и, знакомо-знакомо склонив голову на бок, смерил ее с головы до ног внимательным взглядом. Задержав его на странной неформатной сумке, кончиках спортивных туфель, выглядывавших из-под подола, безразмерных очках и сломанных ногтях на исцарапанных при бегстве руках, и, подмигнув, представился:

— Приятно познакомиться, Китан!

Запылав и обрадовавшись, что под вуалью видна лишь форма лица и огромные очки, но не видно цвета, поспешно спрятала руки за спину и чуть согнула колени, чтобы визуально удлинить платье и скрыть туфли. Чуть севшим от волнения голосом сказала:

— Оч-чень приятно! Я твоя…Ваша гувернантка, леди Надин…кхм…Надиллия.

— Я думаю, лучше на ты, правда?

— Д-да…лучше.

— Вижу, вы уже нашли общий язык! — адмирал просто лучился, — Китан хороший мальчик! Ему пятнадцать, но он умен не по годам! — в этом месте Гиббон опасливо покосился на «хорошего мальчика», — Он все тебе объяснит, проводит в комнату и покажет учительскую. Думаю, вы сработаетесь! А меня извините, леди Надиллия. Дела! — и чуть не вприпрыжку выскочил из-за стола и, тряся ее за руку, выпроводил вон.

Оказавшись снаружи, она растерянно уставилась на парня, которому по всем срокам не гувернантку, а подружку пора подбирать. А он стоял, расслабленно опираясь плечом о косяк, и улыбаясь.

— А контракт? — в закрытую перед носом дверь, спросила растерянная Надина.

— Оставьте, я потом все подпишу! — ответила дверь голосом адмирала. Причем, ясно был слышен радостный хлопок пробки, вылетевшей из бутылки.

После этого сверлить дверь взглядом стало неприлично, а стоять спиной к юноше боязно. — Может, он малолетний убийца, для которого приглашают жертв со стороны, чтобы самих не… Тьфу! Что за бред в голову лезет!? — и решительно повернулась лицом к опасности. В смысле, к парню.

— Гиббон сказал, что тебе пятнадцать. Я бы больше дала… — согласна, не лучшее начало разговора.

— А мне все дают… — не меняя позы, развязно ответил «хороший мальчик».

Не веря, что не ослышалась и поняла правильно, сузила глаза и прошипела:

— Не боишшься, что не потянешь?

— Я выносливый! — наклонившись к ней, прошипел тот в ответ. Оказалось, что он даже чуть выше ростом.