И Ряпасов - Неведомый город

Николай Андреевич хотел податься назад, взглянул направо и увидел, что Гобартона рядом уже не было. Вместо него около инженера очутились высокие фигуры полуодетых индусов. Один из них смотрел на инженера особенно выразительно. Николай Андреевич сунул руку в карман за револьвером, но его стеснили и вытянуть револьвер он не мог. В тот же момент Березин почувствовал, что его шею что-то обвило и сознание его покидает. Полузадушенный, он упал на руки индусов. На него накинули неизвестно откуда появившийся кусок ткани. Четверо индусов подхватили инженера и с быстротой направились в проезд ближайшего двора, обнесенного каменными стенами.

Схватка сама собой прекратилась, борющиеся исчезли, движение восстановилось.

Гобартон стоял посреди улицы. Он окинул взором все пространство, и удовлетворенная улыбка растянула его рот. Березина нигде не было видно.

Англичанин обратился с вопросом о русском путешественнике к полисмену на ближайшей улице. Ответ получился отрицательный: «не видали».

Со спокойной совестью явился Гобартон к мистеру Блому, который в наиболее прохладной комнате занимаемого ими бэнглоу писал записки.

— Разве мистер Березин отказался идти с вами? — спросил ученый, не отрываясь от своей работы.

— Нет, он отправился со мной, но по дороге с ним случилось несчастье, — ответил инженер.

— Несчастье!.. Опять несчастье? и с вами?.. — мистер Блом вскочил с сиденья, сверкнув глазами на Гобартона. — Расскажите, что случилось?..

Гобартон спокойно выдержал этот взгляд. Потом изложил все в порядке, утаив только свое промедление в погоне за индусами.

— Вы думаете, его похитили?

— Полагаю, что так, или случайно ранили в свалке и, испугавшись ответственности, решили взять его с собой, чтобы покончить с ним в укромном месте.

— Какая же цель может быть у похитителей и кто они?

— Может быть, надеются получить большой выкуп, если это простые разбойники. А может быть, и служители Шивы.

— Поклонники богини Кали, секта тугов-душителей?

— Да, они. Это всего вероятнее.

— Что им сделал Березин, русский, не имеющий никакого отношения ни к индусам, ни к англичанам?

— Поступки тугов всегда скрыты от взоров непосвященных. Может быть, за ним давно следили. А впрочем, не придавайте моим словам значения, мистер Блом, это лишь одни догадки, совершенно ни на чем не основанные.

— Хорошо, — отвечал мистер Блом, — идите. Я позабочусь о розысках моего гостя. Надеюсь, еще успею.

Гобартон поклонился и вышел, пробормотав сквозь зубы: «Поищи, попробуй, удастся ли».

Как только он вышел, старый ученый весь преобразился: лицо омрачилось думой, он стал нервно ходить но комнате, напускное спокойствие исчезло. Затем он остановился, достал из внутреннего кармана пакет и переложил его в парадное платье.

Спустя десять минут мистер Блом, одетый во все черное, поднимался по высокой, богато украшенной лестнице внутрь дворца наместников Индии.

Вице-королю, лорду Гардингу, доложили, что некий англичанин, доктор Блом, настойчиво просит назначить ему немедленную аудиенцию.

Лорд Гардинг, мужчина на вид лет шестидесяти, со строгим выражением лица, с минуту подумал, затем принял официальный вид и велел просить.

Ученый вошел в кабинет, вежливо, но с достоинством поклонился. Вице-король ответил тем же, но сесть не пригласил.

— Вы желаете что-то сообщить? — высокомерно обратился лорд Гардинг к вошедшему. — Если вы хотите оказать услугу правительству, будьте уверены, что оно вас не забудет.

— Я это знаю, — начал холодным тоном мистер Блом. — И явился просить об одной услуге: сегодня, менее часа тому назад, пропал или, может быть, похищен с улицы Калькутты мой гость, русский инженер Березин. Прошу вас, сэр, примите все меры к его отысканию.

Сэр Гардинг поднял на мистера Блома свои холодные глаза, и во взоре его ясно читался вопрос: «Не с ума ли вы сошли, что являетесь ко мне с таким пустяком?»

Вслух же он сказал:

— С этой просьбой вы должны были явиться к начальнику калькуттской полиции.

— Я бы так и сделал, — нисколько не смутившись, заявил мистер Блом, — если бы речь шла об обыкновенном лице, но в данном случае задеты весьма важные интересы. Если бы пришлось в поисках моего гостя перевернуть не только Калькутту, а даже и всю Индию — прошу вас, сэр, не останавливайтесь перед этим.

Сэр Гардинг все более и более удивлялся развязности своего гостя, осмелившегося давать ему советы, ему — вице-королю Индии!..

— Предлагаю вам обратиться с вашими просьбами к начальнику полиции, — произнес он, вставая с места и давая этим знать, что аудиенция кончена.

Легкая, чуть заметная улыбка скользнула по лицу старого ученого. Он не думал сдаваться так легко.

— Так вы отказываете мне в вашем содействии? — задал он вопрос вице-королю.

— Не отказываю, но предлагаю обратиться к начальнику полиции.

— Тогда я вынужден предъявить вам вот это, — сказал мистер Блом, вынимая из пакета лист пергамента и подавая его лорду Гардингу.

Последний взял лист в руки и лицо его изменилось. В листе, украшенном великобританским гербом и печатью, стояло всего несколько строк:

«Предписываю всем должностным лицам и учреждениям Великобританского Королевства, где бы они ни находились, оказывать всевозможное содействие предъявителю сего, доктору Блому.

Вице-король был поражен. Он едва нашел в себе силы предложить мистеру Блому кресло и позвонить.

Вошел слуга и, точно статуя, застыл у двери.

— Попросите сюда лорда Кармикаэля, — приказал вице-король.

Слуга скрылся. Через несколько минут явился лорд Кармикаэль, губернатор Бенгалии. Он поздоровался с Гардингом и, как старому знакомому, пожал руку мистеру Блому.

Сэр Гардинг в двух словах передал просьбу мистера Блома, дав при этом письменный приказ начать немедленно самые тщательные поиски.

Губернатор, отдав приказ но телефону, с оживлением слушал рассказ старого ученого об обстоятельствах, сопровождавших похищение русского инженера, и в заключение спросил:

— А нельзя нам хорошенько допросить вашего мистера Гобартона — мы находим иногда средства развязывать языки?

— Как! вы хотите допрашивать его «с пристрастием»? — проговорил мистер Блом, недоумевающе взглянув на Кармикаэля.