Два шага назад - Вадим Валерьевич Булаев

— Правда, что вы глава преступного клана?

— Прокомментируйте смерти ваших людей!..

Человек скрывается в автомобиле, не произнеся ни слова.

Поздняя ночь, загородный особняк

Тот же человек. Теперь — тусклый, невзрачный, злой.

— Сколько мы потеряли? — спрашивает он у полного, слащавого мужчины в глухой тройке, стоящего перед ним навытяжку.

— Много. Точные подсчёты ещё только предстоят. Всё осложняет полиция. Они до сих пор описывают и протоколируют. Известно, что семьдесят процентов каннабиса урожая этого года уничтожено. Вместе с лабораторией по синтезированию прочих продуктов.

— Сам что скажешь? Про нападения? С копами как-нибудь утрясём…

— Били точечно, обладая полнотой информации и планами зданий.

— Известно, чья работа?

— «Титан». Больше некому. Ни одного погибшего, ни одного раненого, никаких следов. Идеально спланировано. Привлечённый консультант указывает на армейскую подготовку нападавших. Я говорил, не надо с ними...

— Молчать!!! — впадая в бешенство, орёт человек и тут же успокаивается. — Я намёк, тот, вчерашний, понял, но не придал значения. К сожалению. Мне звонили утром... Ты с ними связался?

— Пробовал. С нами не хотят общаться.

— Не с нами, а с тобой, — хмуро поправляет он слащавого. — Соедини меня с ними. Я сам поговорю... Войну мы после такого удара не потянем. Придётся выполнить их требования... Платить.

Через три дня

11 канал

Криминальная хроника.

… Сегодня вечером, у дверей своего загородного особняка, выстрелом в голову был убит предполагаемый лидер группировки «Хозяева улиц». Полиция не исключает криминальные разборки.

И о погоде…

Глава 9

Со стороны коридора хлопнула дверь, кто-то вошёл в раздевалку. Перепугавшись до умопомрачения, я уже в полёте вернул потолочную панель на место и, приземлившись, торопливо дёрнул за кран смесителя. Хлынула холодная вода.

Кожу обожгли ледяные иглы, но оно и к лучшему. Температурный перепад здорово помог отвлечься от крайне противоречивой новости, заставив организм непроизвольно сжаться под проникновенное: «Бр-р-р!!!»

Испуг от того, что пакеты исчезли, отправился в слив вместе с переживаниями и сомнениями. Забрал Хлюпино счастье кто-то неведомый — отлично! Ко мне вопросов меньше. Получается, не одного меня эта гнида обхаживала, то умоляя, то шантажируя. У него знакомых везде много, это я людей сторонюсь. Опять же, шесть обещанных процентов за доставку, сумма, наверное, изрядная. Как-то не уточнил.

Скорее всего, я даже смогу вычислить, кто повёлся на «щедрое» предложение. Достаточно попасть на КПП и покопаться в компьютерных журналах. Там все входы-выходы личного состава фиксируются. Если откинуть старослужащих, мало общавшихся с нами, молодняком, складских сотрудников, которых в жилые помещения «Титана» никто не пустит, и сделать упор на последнее бригадное пополнение то, вполне возможно, требуемая личность сама всплывёт.

Но надо ли? Пронесло — и молчи. Иначе судьбу переиграешь.

Похвалив себя за рассудительность, я в качестве поощрения открыл горячую воду, доводя общий поток до комфортной температуры.

В душевую вошёл шапочно знакомый боец. Как и я, в костюме Адама. Вскользь обозначив кивком приветствие, он прошёл в соседнюю кабинку, бросив полотенце на общую вешалку. На долю мгновения показалось, что он что-то знает, что-то подозревает, и что за ним сейчас вломится всё начальство, обличительно тыкая пальцами. А затем потащит меня на допрос.

Будто ища спасения, закрыл горячую воду, возвращая ледяной душ. Мнительность — она такая, трусливая подружка паранойи. Мягкая и хитрая, любит исподтишка выпрыгнуть.

... На этот раз простоял долго, до посиневших губ.

***

Утро встретило служебной рутиной. Зарядка, завтрак, сопровождение, тесная кабина грузовика, ухабы, жара. Всех удовольствий — катался недалеко, успел вернуться во второй половине дня.

— Тебя Кано ждёт, — сообщили мне на КПП. — Зайди.

— Давно?

— Не очень. Он сам с час, как вернулся. Машина первого бата подвезла. На пикник они, что ли, катались? У ворот всё расстаться не могли, перешучивались.

Сбегав в оружейку, я не забыл привести себя в порядок и без задержек потопал в кабинет психолога. У меня перевод, как-никак. Затяну — и много нового о себе узнаю, пока разберусь с интендантами, начальством и прочими чинами, которых положено обойти перед уходом. Кому охота со мной до ночи возиться?

Кано мне встретился в коридоре. Весёлый, бодрый, с шальными бесенятами в глазах. У меня так отец выглядел, когда ему удавалось вырваться с фермы и поиграть в футбол со старыми товарищами. Наносится, нападается, наорётся до хрипоты, потом домой приезжает по маковку в адреналине, а мать с порога нудит, что и годы у него уже не те, и лучше бы они вместе её сестру, чопорную вредину, проведали, и, раздухарившись от такого своеволия, несла прочую благомуть, нацеленную на удержание мужа дома.

Всегда ему сочувствовал.

— А, лихач! — мозгоправ улыбался. — Пошли. Буду тебя воспитывать.

По задорному тону я понял, что особо меня терроризировать он не планирует.

В кабинете, присев на стул для посетителей, повторил всю историю с неудачным гранатометанием, особо отметив (на всякий случай, чтобы бородачей не подставлять), что идея с байком принадлежит только мне. Кано рассказ пришёлся по вкусу, несмотря на сумбурный финал. И вдвойне его обрадовало то, что я, пока добирался в расположение, составил список использованных предметов —