Наталья Патрацкая - Роковой поцелуй вампа

Он машинально взял сумку, завернул предмет в полиэтиленовые сумки, потом сунул этот сверток в мою сумку, рука его оттянулась под тяжестью предмета, а сумка стала трещать по швам.

– Эй, девушка, забери свою сумку! Она рвется!

Я оглянулась, подошла и забрала свою порванную сумку. Он двумя руками держал сверток перед собой.

– Идите, нечего смотреть на меня! – крикнул он мне.

– Чего вы так злитесь? – спросила я у него.

– Ладно, скажу: я продал свою квартиру, живу теперь на даче, обходил напоследок квартиру, она еще отцу моему, геологу принадлежала; и поверишь, нашел слиток золото, самодельный!

– Здорово! Не украл, а нашел в своей квартире!

– Так, понимаешь, отца нет на свете несколько лет, а самородок вот – он!

– Радуйся, а я пошла.

– Нет, не уходи, мне одному жутко, я побоялся такси вызвать, думал, так донесу, тихо, чтобы никто не видел. А таксист он, как психолог. Ты вот все узнала, и он бы мог узнать. А моя машина в ремонте.

– Ладно, понятно, мой дом рядом, я недавно переехала в однокомнатную квартиру, одна теперь живу.

– Идем к тебе, до моей крутой дачи еще ехать надо. А тебя как зовут?

– Мариона.

– А меня Еврор. У меня еще есть брат Гринсгорий, но он живет на Малахите.

– Понятно, вы ему про золото не говорите, а то на Малахит увезет, и не увидите нечаянное наследство.

– Само собой, говорить не буду. Мне деньги нужны, я еще свою фирму организовываю.

– Возьмите меня к себе на работу, если она недалеко находиться от моего дома.

– Нет, почти в этом районе. А ты, Мариона, кто по образованию?

– Химик. Я училась на строителя, но в какой-то момент передумала и перешла на химический факультет.

– Ладно, возьму тебя менеджером по продажам, пойдешь?

– Пойду, я ведь недавно сюда переехала, так, что мне очень нужно новое место работы.

– Отдохну у тебя немного, с тобой поговорю, а ты мне машину вызови по телефону, а я попытаюсь молчать в машине.

– А вы, знаете, я видела, что наша соседка, ездит на машине, пусть она вас отвезет!

– Позови ее, если это удобно.

Мы немного посидели у меня, чай попили, потом я вышла из квартиры и позвонила в дверь соседней квартиры, из нее вышел симпатичный молодой мужчина, и это был Маграр!

– Мариона, ты, что-то хотела?

– Я твоя новая соседка, очень нужно одного человека отвести домой, я видела, что тут живет женщина, у которой есть машина. Моя машина в ремонте.

– Это моя мама, но ее сейчас дома нет, а я машины редко вожу, у меня не всегда это хорошо получается.

– Ладно, такси вызову.

– Правильно, вызови такси, и мне твой гость не нужен, пусть он уезжает.

Я повернулась к своей двери, но как-то всем своим существом почувствовала, что Маграр смотрит мне в спину, я резко повернулась к нему:

– До свидания, Маграр!

– Именно, до следующего свидания.

Я зашла в свою квартиру и сказала:

– Еврор Сергеевич соседки дома нет, доедете на такси, хотите, я вас провожу?

– Нет, провожать меня не надо, у меня на новой даче после стройки еще не все убрано, как только приведу ее в порядок, обязательно приглашу.

Мы расстались, он взял мой номер телефона. Вот и все.

Глава 23

Вскоре меня взял к себе на работу Еврор Сергеевич, я с ним столкнулась в большом и длинном коридоре производственного корпуса, потом он зашел ко мне в офис.

Оказалось, что разные фирмы снимали офисы в одном здании. Следующий раз Маграр пришел ко мне домой. Он, видя меня в качестве соседки по лестничной площадке, сделал мне предложение.

– Неделю мы с тобой знакомы, – ответила я.

– Я не был женат, и детей у меня не было, – добавил Маграр.

– Чудный срок для предложения, – сказала я.

– Подожди! Я сейчас свою мать позову! – крикнул Маграр и исчез за дверью.

Вскоре Маграр появился в дверях с симпатичной женщиной неопределенного возраста, Анной Александровной.

Маграр внимательно посмотрел на меня и спросил:

– Женимся?

– Сейчас?

– Немедленно, пока Еврор Сергеевич не явился.

Да, Маграр уже узнал, как зовут моего нового начальника, и торопился со свадьбой, сам не зная, зачем это ему нужно. Если честно, то я специально купила квартиру рядом с ним.

– Мариона, твои дела идут просто великолепно, – сказала Анна Александровна, осматривая мою комнату.

– А, что делать? В новом доме у меня новые соседи, а я сейчас слышу, что за входной дверью делается. К вам кто-то пришел.

В дверь ко мне постучали, а не позвонили.

Маграр подошел к двери:

– Родька, как ты догадался, что я тебя жду?

– Видел твоего соседа из соседней квартиры, он сказал, что появилась новая соседка на вашей лестничной площадке, нетрудно было догадаться, что ты ее не пропустил.

– Друг, ты пришел во время, я сватаю соседку за себя, а ты ее у меня не отбивай.

– Я, что такой плохой, чтобы у друга жену уводить? Я знаю, как ты с ножами управляешься.

– Мариона еще не жена, но очень похожа на мою невесту.

– Так ее Мариона зовут? Приятно будет познакомиться.

Мы не расписались. Он всегда и во всем торопился, словно боялся опоздать.

Вскоре Маграр стал приставать с вопросом:

– А когда у нас будет ребенок?

Я смотрела на него удивленно, не понимая, когда бы мы успели сделать ребенка?

Маграр принес мне в подарок шесть стульев. Я удивилась подарку, в моей маленькой квартире один стул поставить некуда, и то только в кладовку. Это на Малахите у меня был целый витой дом, а в столице у меня маленькая квартира. И я так хотела сделать ее красивой! А вместо этого все свободное время у меня уходило на приготовление пищи для Маграра.

Еще он принес каталог антикварной мебели, я долго его рассматривала, и смутно чувствовала в душе непонятную тревогу. Мне очень понравился журнал, а особенно мебель в журнале. Мне захотелось жить среди этой мебели! Да, где ее взять? И главное, на какие деньги?

Минутная музейная слабость к золотым вензелям неизбежно переходила в жизненную потребность. Я всегда жила среди прямоугольных домов или прямоугольной мебели простой до примитивности. Получалось, что до двадцатого века создавали мебель, радующую глаза, хотя бы небольшой части общества, а потом все исчезло и перешло в музеи.

А мне так хотелось чего-нибудь золотого и с вензелями! Из-за этой потребности у меня всегда было смутное желание, побывать в прошлом веке, и я ходила по музеям.

А, где еще найти остатки прошлой жизни?

Купила я золотистую краску, просто потому, что она мне понравилась, и поставила перед глазами, в Марионе, что так быстрее придумаю, как ее использовать. А в душе у меня было пусто, пусто, до отчаянья и головной боли: у нового, благородно изогнутого стула, две ножки постоянно выступали вперед, и куда они бежали? А сделан он так, что в его сидении можно было только сокровища прятать. Да, где их взять? Сокровища. И в голове нет ничего, кроме этой самой головной боли, а когда сидишь на этом стуле, то мысли лучше функционируют. А на старом стуле – мысли старые, или пусто, и желания спят. Нет желаний.