Владимир Шурупов - Искатель. 1984. Выпуск №1

— Давно он работает на заводе? — спросил Маврин.

— Одиннадцать лет.

— Ну а в то лето, когда был убит Коробко, ездил он в Половское?

— Сейчас Катя как раз поднимает в бухгалтерии документы.

— Ты ее оставил одну?

— Да. Она доберется вечерним автобусом.

— А где сейчас Москальцов?

— Должен сегодня приехать.

Маврин поднялся, молча походил по кабинету, вдруг схватил с вешалки плащ и, коротко бросив: «Едем», вышел из кабинета. Во дворе прокуратуры они сели в «Москвич». Петр Петрович включил зажигание и резко рванулся с места.

«На завод», — догадался Эдик.

Маврин гнал машину по оживленной улице, проскакивая светофоры на желтый свет. В одном месте он едва успел затормозить, остановившись буквально в нескольких сантиметрах от новеньких «Жигулей». Оглянувшись на резкий визг тормозов, шофер высунул в окошко руку и показал кулак.

Как только загорелся желтый свет, Маврин, вывернув до отказа руль влево, тут же обошел «Жигули» и понесся вперед. Кононов заметил, как от поста ГАИ кинулся им наперерез инспектор, повелительно указывая жезлом на обочину. Однако «Москвич» вдруг взвыл сигнальной сиреной, и инспектор сразу же опустил руку, разрешая проезд. Машина стремительно пронеслась мимо поста. Мельком взглянув на Кононова, Маврин процедил сквозь зубы:

— Ты должен был находиться с Катей.

Прошла, казалось, целая вечность, пока они доехали до завода. Катю застали в маленькой комнате заводской бухгалтерии за изучением толстой книги авансовых отчетов по командировкам. За ней настороженно следила дородная белокурая женщина.

— Как дела? — с напускным равнодушием спросил Кононов. 

Катя мигнула в сторону женщины.

— Я попросил бы вас оставить комнату минут на десять, — холодно сказал Маврин, покосившись на работницу бухгалтерии.

— Но у меня здесь документы, — возразила та.

— Ваши документы останутся в сохранности.

Нехотя поднявшись, женщина вышла.

— Приставили ее ко мне, взгляда не отведет, — пожаловалась Катя.

— Пусть смотрит, — успокоил девушку Маврин. — Нашла что-нибудь интересное?

Майорова молча подвинула ему отчеты.

— Ага, значит, Москальцов дважды в то лето выезжал в Половское. Однако время командировок не совпадает с датой убийства Коробко.

— Срок последней командировки окончился за три дня до убийства.

— Подумаешь, всего три дня, — возразил Эдик. — Он мог остаться и дольше.

— Если не сопровождал груз, — сказал Маврин. — Надо поинтересоваться, когда сырье выбыло из Половского, когда началась транспортировка со станции Боровск и когда прибыло на станцию назначения. Эти документы лучше искать на железной дороге. Но учтите, Москальцов мог договориться с машинистом и поехать позже. А пока, мои добычливые ученики, поедем в гости к коменданту. Грибову, кажется?..

По пути в поселок Кононов пытался выпытать у Маврина его мнение о Москальцове, но Петр Петрович отмалчивался, тихонько насвистывая веселый мотив, который никак не вязался с мрачной физиономией старшего следователя. Заморосил мелкий дождик. Вдруг навстречу им по осевой линии шоссе вылетел мотоциклист. Маврин едва успел уклониться в сторону и сбавил скорость.

— Версия ваша перспективна, друзья мои, — сказал Маврин как ни в чем не бывало, — хотя мне еще далеко не ясно, в каких точках соприкоснется Москальцов с убийством Коробко и соприкоснется ли. Однако тут есть над чем помозговать. Экспедитор со дня на день возвратится. Мы должны знать каждый его шаг. Завтра я познакомлю вас с Виктором Ивановичем Позднышевым — начальником ОБХСС, с которым и надо будет держать связь. В мое отсутствие поинтересуйтесь биографией Москальцова. Откуда он родом, есть ли родственники и где живут, мог ли знать покойного Коробко?..

Дверь помещения, где в прошлый раз Кононов и Майорова нашли коменданта, оказалась запертой.

— Вероятно, патрулирует по поселку. — предположил Эдик.

— Рановато, пожалуй, — не согласился Маврин и постучал в дверь рядом.

Сквозь тусклое окошко на них уставилось старушечье лицо.

— Бабушка, выдь на минутку, — крикнул Кононов.

Старуха долго разглядывала их, потом исчезла и вскоре появилась на пороге.

— Грибова не видели? — спросил Маврин.

— Варфоломеича? — прошамкала старуха. — Дак заболел он, сердешный, второй день дома лежит. Хворь замучила — фердикулит проклятый…

— Где он живет? — прервал ее Кононов.

— Вон. — Старуха показала на деревянный домик. — В угловой комнате.

До дома Грибова добрались, порядком перемазавшись в грязи.

— Входите, — услышали они мужской голос, едва только постучались.

Дверь распахнулась сама, хотя за ней никого не оказалось. В кровати у противоположной стены лежал Грибов. На руку у него была намотана веревка, другой конец которой привязан к дверной ручке.

— Николай Варфоломеевич, с вами хочет побеседовать старший следователь областной прокуратуры Маврин, — сказал Кононов.

Грибов попытался приподняться, но тут же скривился от боли.

— Замучила поясница, — пожаловался он. — Второй день валяюсь, а дела стоят.

— Лежите, лежите, — остановил его Маврин. — Мы к вам опять насчет Москальцова.

— Снова чего натворил?

— Просто в порядке уточнения. Вы рассказывали о пистолете. Не вспомните, какой он был из себя? Размер, система?

Грибов откинулся на засаленную подушку, наморщил лоб. Пошевелив губами, он неуверенно произнес:

— Темновато было, но кое-что я вспомнить могу. Небольшой такой, скорее всего иностранной марки. А на рукоятке, по-моему, что-то блестящее… Вы бы отняли его у этого забулдыги, ведь натворит чего-нибудь.

— Чтобы отнять, надо знать, где он его прячет.

— А вот тут я вам помогу, — оживился Грибов. — Меня-то он не очень боится, ведь пригрозил же в прошлый раз. Как поднимусь, зайду под благовидным предлогом к нему домой да и пригляжусь.

— Ну, спасибо. Только не переусердствуйте. Скажу вам по секрету: Москальцов подозревается в убийстве.

— Ну и ну! Гляди-ка. — покачал головой Грибов.

— Держите пока связь с ними. — Маврин указал на Кононова и Катю. — Номера телефонов мы вам оставим, да и наведываться будем.

Маврин встал, вгляделся в темноту комнаты. Около окна увидел книжную полку.

— Интересуетесь? — спросил он, достав с полки старый учебник криминалистики.

— А как же! — отозвался Грибов. — С дружинниками ведь работаю. У меня и кодексы есть.

— Что же, тогда вам и карты в руки. — улыбнулся Маврин, перелистывая страницы учебника. — Попытайтесь, мы вам будем благодарны. Желаю поскорее поправиться.