Борис Барышников - Искатель. 1985. Выпуск №6

Придя в себя от изумления и взглянув под ноги, куда упал свалившийся на меня предмет, я обнаруживаю, что это не что иное, как бездыханное тело агента похоронного бюро Джона Райта. Он уже не сможет присутствовать ни на чьих похоронах, кроме собственных. Крови не видно. С ним покончено самым экономичным способом, так, чтобы не запачкать безупречно черный костюм потерпевшего. Если судить по сине-красным рубцам на шее жертвы, смерть последовала в результате удушения посредством платка или веревки.

Я, конечно, не судэксперт и такие подробности меня не интересуют, так что я предпочитаю оставить, и как можно скорее, злосчастную камеру, не забыв на всякий случай стереть носовым платком отпечатки пальцев с ручки двери.

— Я не нашел Боба, — сообщаю шефу, снова оказавшись в кабинете со спущенными портьерами. — Зато нашел Райта. С ним ничего особенного не случилось, кроме того, что он чуток умер. Что, разумеется, вам известно.

— Известно? — поднимает брови Дрейк. — Вы странный человек, Питер. Откуда мне может быть известно, что происходит внизу, в подвале.

Все же в своем лицемерии он не доходит до того, чтобы спросить, каким образом совершено убийство. Только уныло качает головой и бормочет:

— Бедняга Райт… Бедный мальчик…

В этот момент кто-то стучит в дверь. Но вместо того, чтобы прорычать обычное «войдите», Дрейк делает несколько шагов и высовывает голову. Затем берет что-то, что подает ему невидимый посетитель, закрывает дверь и возвращается к письменному столу, не забыв шутливо погрозить мне пальцем:

— Ах вы хитрец! Значит, и на этот раз предъявили счет противнику простейшим способом! А совсем недавно пытались убедить меня, что не имеете ничего против Райта!

И, чтобы я не гадал, о чем идет речь, Дрейк показывает мне снимок, только что вынутый из поляроидного аппарата: убийца Питер склонился над своей жертвой — Джоном Райтом. Не знаю, кто фотографировал в данном случае и где он прятался — за кроватью или за сундуком в углу, — но снимок сделан отлично. И выглядит очень красноречиво.

— Это не слишком ценное доказательство, мистер Дрейк, — позволяю себе заметить безучастным тоном.

— Да, правда, если бы вас засняли в самый момент убийства, снимок был бы более убедительным, — признает Дрейк. — Однако не забывайте, дружище, что этот снимок, как дополнение к предыдущему преступлению, достаточно весом.

— И зачем вам нужна новая фальшивка, мистер Дрейк?

— О, фальшивка! Вы порой очень строги в своих оценках, Питер, — ворчит шеф, открывая сейф и пряча туда снимок. Затем оборачивается ко мне и разводит руками жестом человека, находящегося в затруднении: — Зачем он мне нужен? Не имею понятия. Может, и не понадобится. Может, он понадобится скорее вам, дружок. Я уже говорил вам: чем крепче я держу человека в руках, тем больше ему доверяю. А вы только выиграете от моего доверия, Питер.

Он вытаскивает из карманчика свою обычную сигару. Но прежде, чем приступить к последующим операциям, поглядывает на меня своими голубыми глазками, в которых сейчас лучится искренняя симпатия, и добавляет:

— Вообще, если вы позволите мне неслужебное замечание, я хочу вам сказать, что вы ужасный счастливчик, Питер!

— Возможно. Хотя если и вы мне позволите замечание, я не понимаю, в чем состоит мое счастье.

— В том, что судьба забросила вас сюда, дорогой мой. И что сам Дрейк взял вас к себе помощником. Ибо с тех пор вы становитесь моим первым помощником, Питер. Личным секретарем, шефом канцелярии, ответственным лицом за секретные операции… Представляете себе, какая огромная власть будет сосредоточена в ваших руках?

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Несколько дней спустя мы с Дрейком обедаем в китайском ресторанчике, выбрав столик в самом конце зала. Обед состоит из запеченного цыпленка и нежного, как мечта, риса. Шеф не питает пристрастия к тухлым яйцам и червякам, которыми гордится старинная китайская кухня.

— В сущности, я только потому пригласил вас сегодня обедать, — говорит Дрейк, — что в отличие от Райта вы умеете делать дело без лишних слов. Должен вам сообщить, что первая партия товара беспрепятственно прошла по каналу и достигла Вены

Он испытующе смотрит на меня своими глазками, чтобы проверить реакцию. И эта реакция соответствует его ожиданиям — оказывается маской сдержанного, но приятного удивления. Совершенно фальшивая, впрочем, ибо по своему каналу я уже получил сведения.

— Я надеюсь, ваше непомерное недоверие примет теперь разумные пределы, — отвечаю я тихо.

— Да, первая партия прошла, — повторяет Дрейк, не внимая моим словам. — Просто зло берет…

— Вы хотите сказать, что партия была небольшой?

— Догадались… Что за хитрец!.. — смеется шеф хриплым смехом.

— Ничего. Я лично готов довольствоваться и процентами с маленькой партии, — успокаиваю я его.

— Ваши проценты будут вашими согласно уговору, — в свою очередь, успокаивает он меня. — К сожалению, дорогой, получается ровно два шиллинга.

— Вы, конечно, шутите.

— Вовсе нет, — произносит шеф печально. — Потому что груз состоял из чистого крахмала. Десять килограммов крахмала — вот что это за груз, Питер!

Смотрю на него во все глаза, не забыв открыть рот якобы от изумления, хотя и эта подробность уже известна мне от моего информатора.

— Но это же черт знает какая глупость! — восклицаю я.

— Напротив: необходимая осторожность! — поправляет меня рыжий. — Вы достаточно умны, чтобы понять: мы не пошлем по непроверенному каналу груз стоимостью в миллионы.

— Но я сделал проверку. Тщательная подготовка — разве это не лучшая проверка?

— Ту проверку вы устроили для себя. А мы организовали свою. Хотя сейчас, понятно, мне хочется лопнуть от злости. Если бы это были десять килограммов героина, представляете себе…

Я ехидничаю:

— Меня утешает только то, что из-за этой дурацкой проверки вы потеряли гораздо больше, чем я, учитывая мои скромные проценты.

— Ваши проценты со стоимости десяти килограммов героина вовсе не так скромны, — произносит шеф тоже не без ехидства.

— Я думаю, что это удовольствие и вам и мне доставил наш великий эксперт мистер Ларкин?

Дрейк не отвечает, а рассеянно смотрит в другой конец ресторана, где за окном виднеется почти безлюдная в этот час торговая улица с пестрыми витринами магазинов.

— Зеленый чай? — предлагает китаец, уловив задумчивый взгляд шефа и истолковав его по-своему.

— Нет, дорогой, мы пойдем куда-нибудь, выпить кофе, — сухо отвечает рыжий.

— У нас и кофе подают… чудесный кофе… — спешит уверить его китаец.