Карен Симонян - МИР ПРИКЛЮЧЕНИЙ 1981 (Ежегодный сборник фантастических и приключенческих повестей и рассказов)

Аркаша задохнулся и со страхом посмотрел на Лешку.

— Я лишнее сказал, забудь, пожалуйста…

— Ты об этой штуковине? — заговорил Лешка, кивая на шкаф.

В коридоре зазвонил телефон.

— Ты сиди и ничего не трогай, я сейчас, — предупредил Аркаша и выскочил из комнаты. — Алло! Что, Михал Антоныч? Список? Правда, вот он, на тумбочке. Хотите, продиктую? Так… Крючки… нож… спички…

Лешка глубоко вздохнул. В этой квартире, в опутанном проводами шкаф скрывалась какая-то тайна. Лешка почувствовал, что если он ее не узнает, жизнь потеряет всякий интерес.

Из коридора доносился монотонный голос Аркаши. Не в силах преодолеть искушение, Лешка встал, подошел к шкафу и, осторожно открыв раздвижную дверцу, заглянул внутрь.

Первым его чувством было разочарование — шкаф оказался пустым. Но, присмотревшись, Лешка различил на блестящей стене десяток кнопок, под которыми были выдавлены надписи и цифры. Протиснувшись в шкаф, он попытался их прочесть, но тут послышался испуганный голос Аркаши:

— Немедленно выходи!

— Сейчас, — извиняющимся голосом проговорил Лешка. — А что это такое?

— Не смей! — отчаянно закричал Аркаша, врываясь в шкаф и пытаясь перехватить Лешкину руку. — Не смей!

Но было уже поздно — Лешка успел нажать кнопку.

Раздался пронзительный свист, и какая-то сила завертела ребят в бешеном водовороте. Это продолжалось несколько мгновений, и затем наступила полная тишина, нарушаемая непонятными звуками, доносящимися издали.

— Что я натворил? — спросил не на шутку встревоженный Лешка.

— Ты не помнишь, какую кнопку нажал? — с бледной улыбкой прошептал Аркаша, потирая ушибленный бок.

— Кажется, вот эту, — Лешка показал на большую синюю кнопку, заметно выделявшуюся среди других. — Да, точно, эту. А что это здесь написано такое… «10 ТЫСЯЧ»?

— Сейчас узнаешь, — все с той же вымученной улыбкой, но немножко бодрее, проговорил Аркаша. — Помоги открыть, дверь заклинило.

Лешка с усилием отодвинул дверь… и вскрикнул: издавая нечленораздельные звуки, к шкафу бежали несколько десятков одетых в шкуры людей.

«ЗДРАВСТВУЙТЕ, ТОВАРИЩИ ДИКАРИ!»

— Кваны! — радостно воскликнул Аркаша, и лицо его просияло. — Леша, это кваны, не бойся.

— Какие кваны? — протирая глаза, ошеломленно пробормотал Лешка. — Где мы?

Аркаша выскочил на окаймленную кустарником площадку, и его тут же с радостными возгласами окружили полуголые незнакомцы. Вели они себя в высшей степени странно: по очереди падали на колени, целовали Аркашину ногу и ставили ее себе на голову. А тот держался просто и величественно, принимая как должное эти не совсем обычные знаки внимания.

— Поздоровайся с ними, Леша, — возбужденно предложил Аркаша. — Они еще совсем первобытные, но очень симпатичные, ты их полюбишь.

У Лешки голова пошла кругом. «Ладно, потом разберемся», — подумал он и небрежно бросил:

— Приветик!

Молодой кван двухметрового роста, обнаженному торсу которого позавидовал бы любой боксер-тяжеловес, подошел к Лешке, дружелюбно осклабился и хлопнул его рукой по плечу.

— Полегче, парень! — приседая, сердито воскликнул Лешка. — Аркашка, не дури мне голову, это киношники или цирк?

Кваны нахмурились и, перестав улыбаться, окружили пришельца. Один из них, седобородый богатырь, неодобрительно посмотрел на Лешку и обратился к Аркаше с вопросом. Аркаша отрицательно замотал головой и ответил несколькими односложными словами. Седобородый почтительно с ним заспорил, указывая на Лешку обожженной узловатой дубиной.

— Леша, не обижайся, — сказал Аркаша, — но им показалось, что ты злой и отнесся ко мне с недостаточным уважением. Поэтому сделай вид, что целуешь мою ногу, а потом…

— Ты что, обалдел? — разозлился Лешка. — Ну тебя к дьяволу вместе с твоими циркачами!

Седобородый угрожающе заворчал и двинулся к Лешке, недвусмысленно размахивая дубиной.

— Но-но, дядя… — отступая, проговорил Лешка.

— Талапа! — закричал Аркаша, и седобородый остановился. — Леша, это не шутка, целуй мою ногу, я потом все объясню!

Быть может, Лешка так и не решился бы на такой позорный поступок, но двое кванов подхватили его и по знаку седобородого швырнули к Аркашиным ногам. Седобородый снова завертел дубиной и начал издавать гортанные звуки.

— Целуй, — умоляюще попросил Аркаша и грустно добавил: — Все равно теперь об этом никто не узнает…

Покосившись на поднятую дубину, Лешка с отвращением чмокнул ногу товарища и поставил ее на голову. Аркаша быстро отдернул ногу и облегченно вздохнул.

— Теперь поздоровайся с ними поласковее, — шепнул он. — Учти, они отлично чувствуют интонацию.

Потрясенный Лешка встал и всмотрелся в окружающих его людей.

Могучие, покрытые боевыми шрамами тела, заросшие буйной щетиной, незнакомые с бритвой лица, обрывки звериных шкур, опоясавшие бедра, мозоли на голых ступнях — нет, таких людей он еще никогда не видел. Нужно отбросить нелепую в таких обстоятельствах амбицию и проявить мудрость.

И Лешка хриплым от пережитого волнения голосом произнес:

— Здравствуйте, товарищи дикари!

— А теперь улыбнись, — тихо подсказал Аркаша. — Они очень любят, когда улыбаются.

Не находя ничего веселого в данной ситуации, Лешка заставил себя возможно непринужденнее улыбнуться и процедил сквозь зубы:

— А теперь все-таки популярно объясни, что за чертовщина здесь происходит?

«МЫ ОКАЖЕМСЯ ПРЕДКАМИ СОБСТВЕННЫХ ДЕДУШЕК!»

Стояла тихая звездная ночь. Изредка тишина разрывалась треском сучьев, рычанием вышедшего на охоту крупного хищника и предсмертным стоном его жертвы; убаюкивающе шумели воды широкой реки; луна бросала тусклый свет на прибрежные скалы.

Едва приметную даже днем тропинку, бегущую от берега и исчезающую в кустарниках, мог обнаружить только посвященный. Далее она скользила по узкому гребню скалы, опускалась и петляла, и, наконец, замирала у двух прижавшихся друг к другу исполинских гранитных утесов. Здесь, хорошо скрытый густой растительностью, находился узкий вход в огромную пещеру.

Попасть сюда можно было лишь по тропинке, и поэтому кваны оставляли у входа двух воинов и чувствовали себя в полной безопасности. Кваны долго благодарили своего покровителя Солнце, когда год назад, после долгих скитаний по лесам и долинам, набрели на это плоскогорье и обнаружили пещеру, в которой легко могли разместиться несколько сот человек. Естественные отверстия в сводах поглощали дым очагов и пропускали вдоволь воздуха; в глубоких прохладных нишах хранилось вяленое мясо, съедобные коренья и плоды; по узкой расщелине в пещеру стекала дождевая вода… Одноглазый Вак, самый старый человек в племени, говорил, что никогда еще кванам не было так хорошо: мяса и воды — вдоволь, враги — только четвероногие. И кваны жили спокойно, и понемногу из их памяти уходили извечные враги тауры, которые остались в северных лесах, и кровопролитные битвы с ними.