Жюль Верн - Матиас Шандор

– Ну, в чём дело? – спросил рыбак.

– Сосед, я ещё раз прошу вас, будьте мне другом.

– Зачем вам моя дружба?

– Вы же знаете: из-за вашей дочери.

– Хватит об этом!

– Выслушайте меня. Я давно люблю Марию и хочу жениться на ней.

Вот чего добивался Карпена. Он уже несколько месяцев надоедал Марии своими ухаживаниями. Разумеется, его побуждала не столько любовь, сколько корысть. По сравнению с другими рыбаками Феррато жил в достатке, испанцу же, у которого не было ни гроша за душой, он казался богачом. Вполне понятно, что Карпена задумал стать его зятем. Но также понятно, что Андреа и слышать не хотел об этом: испанец ему очень не нравился.

– Карпена, – ответил Феррато холодно, – вы уже говорили с моей дочерью. И она сказала "вам – нет! Вы говорили и со мной, я тоже сказал вам – нет! Сейчас, когда вы опять заговорили об этом, в последний раз говорю вам – нет и нет!

Лицо испанца исказилось от бешенства; он оскалил зубы и с ненавистью взглянул на рыбака. Но в комнате было темно, и Андреа не мог видеть этой злобной гримасы.

– Это ваше последнее слово?

– Да, если вы не придёте опять. Если же вы снова заведёте этот разговор, то получите тот же ответ.

– Я приду опять, потому что я уверен – Мария сама пошлёт меня к вам.

– Кто? Мария? Будто вы не знаете, как она к вам относится!

– А что, если её чувства изменятся после того, как я с ней поговорю?

– Вы?! Поговорите с ней?

– Да, Феррато, мне надо ей кое-что сказать.

– Когда же?

– Сейчас! Сию же минуту! Слышите? Мне необходимо с ней поговорить!

– Вам не о чём разговаривать с ней! Я отказываю вам от её имени!

– Ах, вот как! – крикнул Карпена. – Вы ещё пожалеете об этом!

– Ты мне угрожаешь?

– Да! Берегись, я тебе отомщу!

– Ну, что же, мсти, если можешь и если посмеешь! Я не боюсь твоих угроз, ты сам знаешь. А сейчас убирайся! Не то я вышвырну тебя вон! – крикнул Андреа, выйдя из себя.

На испанца страшно было смотреть. Глаза его налились кровью. Казалось, ещё мгновенье, и он бросится на Андреа. Но он сдержал себя и, с силой толкнув дверь, выбежал в большую комнату, а оттуда на улицу, не сказав больше ни слова.

Дверь соседней комнаты тотчас отворилась, и на пороге показался граф Шандор, не пропустивший ни звука из этого разговора. Он быстро подошёл к Андреа.

– Это он донёс на нас жандармам, – шёпотом сказал граф. – Он нас знает. Он видел, как мы высадились на берег Лемского канала, и, должно быть, следил за нами до самого Ровиня. По-видимому, он пронюхал, что вы спрятали нас у себя. Нам нужно немедленно бежать, иначе мы пропали, и вы с нами!

9. ПОСЛЕДНЕЕ УСИЛИЕ В ПОСЛЕДНЕЙ БОРЬБЕ

Андреа промолчал. Ему нечего было ответить графу. Его корсиканская кровь кипела. В эту минуту он забыл даже о беглецах, ради которых шёл на такой риск. Перед его глазами стоял только Карпена.

– Мерзавец! Мерзавец! – пробормотал он сквозь зубы. – Он знает все, мы в его руках. Как я не догадался об этом!

Шандор и Батори с тревогой смотрели на рыбака. Что он скажет? Что он решит? Нельзя терять времени на размышления. Быть может, сейчас испанец уже донёс о них полиции.

– Вот что, граф, – сказал наконец Феррато, – жандармы нагрянут ко мне с минуты на минуту. Да, конечно, негодяй знал или предполагал, что вы скрываетесь у меня. Он приходил сюда заключить сделку! Он хотел получить мою дочь в уплату за молчание. И теперь он погубит вас, чтобы мне отомстить! Если придёт полиция, вам некуда спрятаться, вас сейчас же схватят. Надо немедля бежать!

– Вы правы, Феррато, – сказал граф, – но прежде, чем мы расстанемся, позвольте мне поблагодарить вас за всё, что вы для нас сделали и хотели сделать.

– Что я хотел, то я и сделаю, – решительно сказал Андреа.

– Мы не можем принять вашей помощи, – возразил Батори.

– Да, мы отказываемся, – поддержал его граф. – Вы и без того слишком многим рискуете. Если нас найдут здесь, вас ждёт каторга! Мы не хотим, чтобы горе и разорение постигло вашу семью. Бежим, Иштван, но бежим одни.

Андреа движением руки остановил их.

– Куда вы пойдёте? По всей стране бродят патрули. Полиция и жандармы день и ночь рыщут кругом. На побережье вам не найти безопасного места, чтобы отплыть. К границе вам не пробраться, на всех тропинках дозоры. Без меня вы погибнете!

– Послушайте моего отца, – сказала Мария, – идите за ним. Что бы ни случилось, он выполнит свой долг.

– Правильно, дочка, – ответил Феррато, – ты верно сказала, это мой долг. Луиджи уже ждёт нас у ялика. Ночь очень тёмная. Они и спохватиться не успеют, как мы уже будем в море. Обними меня, Мария, прощай! Скорее за мной!

Но Шандор и Батори не сдавались. Они не могли принять такую жертву. Надо бежать, немедленно бежать, чтобы не подвергать опасности рыбака. Но бежать одним, без Феррато.

– Идём! – крикнул граф Иштвану Батори. – Мы должны сами отвечать за себя!

Они бросились к окну, собираясь бежать через огород и скрыться либо на побережье, либо в глубине страны, как вдруг в комнату запыхавшись вбежал Луиджи.

– Полиция! – крикнул он.

– Прощайте! – воскликнул граф и выпрыгнул в окно, а за ним Батори.

В то же мгновение в большую комнату ворвался отряд полицейских. Их привёл Карпена.

– Подлец! – крикнул ему Андреа.

– Вот мой ответ, пеняй на себя! – воскликнул испанец.

Рыбака схватили и связали. Полицейские тотчас же рассыпались по всему дому. Открытое окно, выходившее на огород, указало им, куда скрылись беглецы. Полицейские бросились вслед за ними.

Граф Шандор и Батори успели добежать лишь до ограды, за которой протекал ручей. Граф одним прыжком перемахнул через неё и повернулся, чтобы помочь Батори, как вдруг шагах в пятидесяти грянул выстрел.

Пуля задела плечо Батори, рана была неопасная, но действовать рукой он не мог. Несмотря на все усилия друга, ему никак не удавалось перелезть через ограду.

– Беги, Матиас! – крикнул он. – Беги!

– Нет, Иштван! Умирать, так вместе! – И Шандор обхватил обеими руками Батори, в последний раз пытаясь перетащить его.

– Беги, Матиас! Ты должен жить, чтобы покарать предателей!

Эти слова прозвучали как приказание. Да, он, Шандор, должен жить, чтобы покарать преступников и воздать им за всех троих! Нет больше графа Шандора, венгерского магната, нет триестского заговорщика, нет друга Затмара и Батори, – есть только вершитель правосудия.

В этот миг полицейские добежали до ограды и бросились на раненого Батори. Секунда промедления, и граф оказался бы а их руках.

– Прощай, Иштван! Прощай! – крикнул граф Шандор, он собрал все силы, перепрыгнул через ручей и скрылся в темноте.