Алексей Федосов - Лекарь

— А Фадрийя что на кухне делала?

— Руки мыла, сейчас подойдет.

Мы еще поговорили немного ни о чем, когда пришла знахарка. Она прошла в комнату остановилась предо мной, слегка поклонилась. — Инаам беременна.

В полной тишине прозвучал голос старого судьи. — Благодарю тебя Аллах Милостивый и Милосердный.

— Фадрийя, какой срок?

Знахарка глянула на Афдала, бормотавшего слова молитвы и отбивающего поклоны, опустила голову и прошептала, — Почти три месяца, у неё животик появляться начал.

— А … ага. — Я был обескуражен.

«Ничего не понимаю, она, что скрывала свою беременность от Рагима или от Фарханы? Говорила, что её две недели тошнит. А тут выясняется, что еще немного и пузо на нос полезет»

Судья закончил, кряхтя поднялся с коленей, — Ибрагим, вы не видели где там Гафур?

— Последний раз я видел, когда он с родственниками Рагима разговаривал

— Вы не могли бы его позвать сюда?

— Фадрийя принеси мне попить.

Судья отправил всех из комнаты, и мы остались одни (не считая Назара)

— Мухамад, вы помните, о чем мы с вами договорились?

— да помню.

— Знаете, а вы неплохой человек, оказывается.

— Афдал, вы можете прямо сказать, что вы хотите?

Он скривил губы, — Эх, молодость, молодость, вам бы только скакать на коне с саблей в руках. Я просто хотел напомнить вам о нашей договоренности.

— Я еще не успел забыть.

— Думаю, что пора заканчивать.

В распахнувшиеся двери вошли Гафур, Фадрийя несущая кувшин с шербетом и Ибрагим идущий позади всех. Судья забрал напиток и отошел к своему месту. Двое мужчин остановились передо мной.

— Так у нас остался маленький пустяк, завершить наше дело. Давайте всех сюда и будем заканчивать.

— С племянником чего делать, — Ибрагим посмотрел на судью смакующего шербет.

— Афдал не будете против если….

— Не буду, всыпьте ему хорошенько, чтоб место знал паршивый баран, может хоть это вобьет ему в голову благоразумия. Не понимает моих разговоров, пусть поймет через задницу.

— Ибрагим, плетями со двора и чтоб он до дому бежал. И расскажи, от чего его судьба уберегла.

— Гафур, всех женщин сюда, ты понял меня, всех!!

— И мертвую тоже! Она там пока не прибранная, ведь в ту комнату никого не пускают.

— Погорячился, живых давай.

— Фадрийя, тебе опять туда, ты мой козырь потом расскажешь все, когда позову. Иди.

— Мухаммад, вы мне можете вкратце объяснить, что будет, чтоб не выглядеть дураком?

— Нет, пусть и для вас мои рассуждения будут такой же новостью, как и для других. В качестве свидетеля надо будет позвать десятника, он засвидетельствует, что все свершилось по воле Аллаха, и не было нарушения закона.

Постепенно собрались все, все кто должен был быть. Не было Гуфран, её тело сейчас прибирали приглашенные женщины, судья удивился когда я дал добро на проведения обряда но я в двух словах объяснил ему почему он не должен мне мешать. Он проникся и замолчал до самого начала, последним пришел Ибрагим, с довольным лицом, как видно порученное ему дело, доставило удовольствие обоим, ему и племяннику.

И так мы собрались, Я, Судья, Гафур, Ибрагим, Назар изображающий покойника, Фадрийя за пологом на кровати, Фархана, старшая жена и Инаам, младшая жена, покойного ныне Рагима, бывшего совладельца красильной мастерской. Ну вроде все, а вот еще, Десятник дворцовой стражи как представитель законной власти.

Я оглядел это почтенное общество, подошел к судье взял у него кувшин с остатками шербета. Допил. Отошел в сторону, и встал напротив лежавшего тела лицом к сидящим женщинам, еще раз оглядел, вздохнул и начал:

— Все что я сейчас расскажу вам произошло здесь в этом доме, я укажу на людей которые виновны в том что они задумали и совершили злодеяние, убили человека, я укажу и докажу их виновность в этом.

Всё началось ранним утром, Я и мой друг Ибрагим шли по одному очень важному делу, можно было пройти по верхнему но мы пошли по нижнему городу и на одной из улочек обнаружили тело человека лежавшего лицом вниз. Сначала я не понял, что он мертв, это стало понятно, после того как я перевернул его. На шее была ужасная рана, в которой я как лекарь признал неопасную для жизни болезнь, это болезнь грязной воды, да от неё умирают, но не так как умер он. В ней было что-то что привлекло мое внимание, по середине язвы было углубление оно вело вовнутрь. У меня сложилось такое впечатление, что его ткнули в эту язву чем-то острым и длинным, оно прошло через грудную клетку и достало до сердца, но мне не понравилось что на лице убитого было безмятежное выражение лица, как будто он спал. Но тут нас отвлекли, и мы с моим другом были вынуждены идти дальше. О том, что было, я не буду говорить, это не относится к моему рассказу. Так вот, Сюда меня привело распоряжение нашего Эмира, пусть ему будет много лет жизни. Оказавшись здесь, я начал расспрашивать, всех кто был в этом доме и тех, кто пришел из родственников. Слово здесь слово там и сложился почти законченный узор.

Была ночь полная луна светила, в безоблачном небе заливая своим серебристым сиянием всю округу. Изредка доносился лай шакалов, промышляющих в черте города, им лениво отвечали дикие собаки. Бесшумными тенями проскальзывали крысы, рывшиеся в мусорных кучах в поисках съестного. То здесь, то там среди серой братии вспыхивали короткие стычки, после которых побежденные с писком убегали, оставив поле боя победителям. Крохотный огонек масляного светильника, казалось, что он освещает сам себя, мерцал под легкими дуновениями ветерка врывающегося в открытое окно. Женщина безмятежно спала на своей кровати, раскинув руку, как вдруг на неё сверху упало что-то тяжелое и стало срывать с неё одежды. Она стала бороться и хотела закричать, но неизвестный заткнул е рот ладонью, она попыталась укусить его за руку, и это ей удалось, но ночной гость в ярости хлестанул по лицу ладонью. Она упала на подушки, и тогда он решил, что она в его власти, но не тут-то было, у женщины остался последний довод, шило, которое она держала под подушкой, она ударила им в левый бок. Мужчина дернулся и оттолкнувшись от своей жертвы подняв с пола галабею, шатаясь вышел из комнаты. Он дошел до своей распахнул дверь и тут силы покинули его, он упал, ничком, успев подставить руки и не разбить при падении лицо. Рукой он зажал рану на боку, и кровь не стекала на ковер. Через некоторое время он очнулся и с трудом добрался до кровати. Там под бок попала подушка, она стала впитывать кровь идущую из раны. Он чувствовал себя все хуже и хуже видимо удар повредил сердце этого негодяя.

Когда я осматривал его то обнаружил ранку и она находилась прямо напротив сердца, чуть ниже, но по стечению обстоятельств, женщина попала прямо в небольшую язвочку и поэтому когда тело обмывали то не обратили на неё внимания, я сам нашел случайно, нажал на грудь и оттуда пошла сукровица.

Он лежал на левом боку, то и дело, теряя сознание, и когда он очнулся в последний раз, то на его груди сидел убийца. Он придавил коленями руки жертвы и …. Хотел нанести смертельный удар. Но его соучастник остановил его, указав, что надо делать, и даже помог. Они согнули голову на бок и при тусклом свете масляного светильника воткнули в язву на шее острый предмет, он днем ранее пропал с кухни у Гуфран. Это, как она называла шпиговница, на самом деле это очень тонкий стилет, такой вид кинжала который используют неверные. Он был старый и его много раз точили, и он приобрел вид и форму шила, но как видно сохранил свои убийственные качества. Этот удар убил несчастного, проткнув ему сердце. Они оставили оружие торчать в ране, для того чтоб не вытекала кровь. За это время они натянули на покойника галабею, в темноте не обратив внимания на капли попавшие, когда он нес её в руках.

Очень скоро серебристое сияние луны сменилось серым пред утренним светом предвестником рассвета.

Убийца взвалил тело своей жертвы на спину и понес его в сторону мастерской, он отошел совсем недалеко, как видно его кто-то спугнул, он только и успел вытащить из раны стилет и убежать. Отбежал он недалеко, спрятался рядом, из-за разрушенного забора пустого дома наблюдал за тем, что было на улице. Он уже собрался вернуться, когда увидел двух мужчин. Утро вступило в свои права и на улице стали слышны всякие голоса. Он решил не рисковать, оставил все как есть и ушел. Эти мужчины были мы. Как я уже говорил раньше, я быстро осмотрел тело, и мы ушли. Но прежде, заметил в уличной грязи отпечаток. Очень глубокий как будто человек тащил большую тяжесть, а второй был уже мелким почти невидимым. И вели они к заброшенному дому.

Я попытался выяснить мотивы убийства, за что же его убили и не смог найти достойных причин. Было предположение, что он умер из-за наследства, которое должен был получить в случае смерти Гуфран, он не мог с ней развестись из-за того, что терял все свое имущество. Оно досталось ему как её приданное. Есть ещё одно, Рагим на самом деле ….