Святослав Чумаков - Искатель. 1979. Выпуск №4

— Год назад, — начал Дельмес, — вы были руководителем бригады общественной профилактики.

— Я называл ее полицией нравов.

— Старое название, я знаю. У него была не очень хорошая репутация.

— Все теперешние полицейские начальники прошли через это.

Следователь иронически улыбнулся.

— Возможно, это необходимая стажировка.

— Думаю, что так, — сказал Вержа с серьезным видом.

— Вы имели дело с некой дамой Ларе, именуемой Клод.

— В то время, когда я приступил к своим обязанностям, она держала некий дом. Квартиру, в сущности, где она принимала девиц и их клиентов.

— Она продолжила это занятие. До того дня, когда в результате незначительного происшествия вмешалась жандармерия, что, к слову говоря, в городах происходит редко.

— Точно.

В те времена начальник местной жандармерии решил бороться с развратом в городе. Несколько раз перед префектом, которому все было хорошо известно, он обвинял полицию в том, что она покровительствует распутству. Вержа не повезло: он работал как раз тогда, когда свирепствовал этот безумец.

— Вы возражали против закрытия дома.

— Как и мои предшественники.

— Я знаю: полиция считает, что такие места служат незаменимым источником информации.

Вержа энергично закивал:

— Ваши коллеги все время судят тех, кого мы смогли арестовать благодаря этому источнику.

Он любезно улыбнулся Дельмесу, который эту улыбку проигнорировал.

— Вы были в наилучших отношениях с этой Клод!

— Как со всеми подобными женщинами.

— Вы бывали у них, ели, пили, дружили с их мужьями или любовниками.

— Это необходимо в моей профессии… Я не смог бы работать, если б не вылезал из своего кабинета.

Дельмес слегка покраснел, но сдержался.

— Эта Клод обвиняется в сводничестве. Она утверждает, что делала вам дорогие подарки, чтобы без помех продолжать свое занятие.

— Она лжет.

— Она как будто давала вам деньги.

Вержа пожал плечами.

— Она предоставила в ваше распоряжение виллу на время вашего отпуска, — продолжил Дельмес.

— Так получилось, что однажды я в августе жил в том же доме, который она занимала в июле.

— Любопытное совпадение.

— Я сам договорился о цене.

— Вы платили чеком?

— По-моему, нет.

— Речь, однако, шла о довольно крупной сумме!

— Кажется, две-три тысячи франков.

— Клод утверждает, что платила она.

— Я возражаю, — отрезал Вержа.

— У вас есть машина марки БМВ, цена которой превышает три миллиона старых франков.

— Купленная по случаю.

— По очень низкой цене.

— Владелец одного гаража устроил мне это дело.

— Еще совпадение: он приятель Клод.

Вержа не ответил. Он и так сказал довольно. Его не интересовало продолжение и этот маленький следователь — храбрый, независимый, поборник добродетели в этом распутном мире.

— Вы отдаете себе отчет, — сказал Дельмес, — что, если эти факты будут доказаны, дело примет серьезный оборот? Мне придется обвинить вас в пассивном взяточничестве.

— Вы собираетесь преследовать всех полицейских, поддерживающих отношения со сводниками?

— Да, если они принимают подарки. У вас есть конкретные примеры?

Вержа улыбнулся.

— Не рассчитывайте на меня, господин следователь; я не стану защищаться, предавая своих коллег.

Дельмес вытянул руки на письменном стопе. Он был холоден. Он восхищался собой, тем, как владеет положением.

— Я отдал приказание произвести расследование источников ваших доходов. Буду вам обязан, если вы предоставите необходимые документы указанным мною лицам.

— Они быстро изучат мое состояние, — произнес Вержа любезно.

Он подписал протянутый ему секретарем протокол и поднялся.

— Господин следователь, — сказал он, — у меня все же есть для вас хорошая новость. По-моему, вы занимаетесь делом об убийстве полицейского, в котором замешан Норбер.

Дельмес кивнул.

— Сегодня ночью я арестовал Норбера, — сказал Вержа.

— Поздравляю вас, — сухо произнес следователь.

— Я доставлю вам его в течение дня. Мне хотелось бы задать ему несколько вопросов.

— По делу, которым я сейчас занимаюсь?

Вержа с иронией взглянул на следователя.

— У меня больше нет на это права. Я хорошо знаю кодекс.

— Не сомневаюсь, вы отличный полицейский.

Ни малейшего признака любезности.

— Рад, что вы это признаете, господин следователь. Что касается Норбера, я задам ему лишь вопросы, касающиеся других дел, в которых он может быть замешан.

На мгновение наступила тишина. Вержа подумал, что раньше у него было определенное представление о правосудии. И уж конечно, оно не совпадало с представлением Дельмеса. Во всяком случае, не стоило начинать диспут на эту тему. Он слегка кивнул и вышел.

Вержа приказал привести Норбера к себе в кабинет. Это была комната средних размеров, обставленная старой мебелью. Главным ее украшением было вольтеровское кресло, приобретенное на толкучке комиссаром, который до войны не мог получить средств на замену старого кресла, пришедшего в негодность. Оно столько видело и слышало, что преемники комиссара не могли решиться выбросить его: кто-то в шутку, а кто-то из суеверия наделял кресло волшебной способностью побуждать людей на признания…

Норбер поморщился, представ перед полицейским. На нем были наручники, и Вержа не отдал приказания снять их.

— Довольны? — спросил Норбер.

— Как будто да.

— Приятно было избивать эту девицу?

— Приятней, чем дать себя застрелить.

Гангстер пожал плечами.

— Она на это не способна.

— О чем узнаешь всегда слишком поздно.

— Вы скотина!

— Употребляя научный термин — садист.

Вержа велел Норберу сесть в кресло. Тот не послушался.

— Когда-нибудь вы будете начальником полиции, — сказал он.

— Сомневаюсь, — произнес Вержа тихо.

— Тогда не стоит рисковать каждый день.

Норбер сел, вытянув перед собой руки в наручниках. Обычно Вержа нравились такие, кто не склонял перед ним голову. Они попадались редко. Ему нравилась борьба. Он терпеть не мог ничтожеств, которые раскисали от первой же пощечины и предавали всех других ничтожеств преступного мира.

— Ты прав, — сказал он, — не стоит.

Он задал свой первый вопрос: знал ли Норбер некоего Робера по прозвищу Плевок за умение энергично и далеко плеваться? Норбер, как в предвидел Вержа, ответил, что не знал. Под рукой у Вержа имелась фотография, на которой оба гангстера были сняты выходящими вместе из бара. Он заранее знал объяснение: Норбер с удивлением обнаружит, что его спутник Плевок. Но у Вержа были и другие козыри.