Прятки: игра поневоле (СИ) - Корнилова Веда

  Возможно, это покажется глупым, но я с детства чувствовала себя изгоем в семье. То, что отец меня на дух не переносил - это я поняла очень давно, а мать, если и старалась сказать мне ласковое слово, то делала подобное едва ли не с оглядкой, чтоб никто этого не увидел. Что же касается моих сестер, то и тут отношнние ко мне было ничуть не лучше, особенно если учесть, что одна была старше меня на семь лет, вторая - на восемь, и они обе едва ли не открыто игнорировали меня, подчеркнуто общаясь лишь между собой.

  Впрочем, со временем я и сама поняла, что лучше не знаться с теми, кто тебя на дух не переносит, тем более что если не смотреть на вечно кислые лица членов моей семьи, то в мире можно найти немало интересного. Каюсь: именно от меня в нашем доме хватало шума, я вечно что-то придумывала, устраивала игры и проказы, за которые мне часто попадало, да еще и умудрялась обзавестись множеством друзей-приятелей среди соседских мальчишек, а там, помимо дворянских детей, хватало и ребятишек бедняков - в детском возрасте особо не обращаешь внимания на социальные различия. Более того: многие считали меня если не заводилой в детских играх, то кем-то вроде того. Естественно, что подобное поведение девочки среди наших достопочтенных семейств считалось чем-то недопустимым, и потому за это мне доставалось как от матери, так и от отца, который измочалил об меня не одни розги, причем, не сомневаюсь, он делал это с особым удовольствием.

  Единственным человеком в семье, который меня по-настоящему любил, был родной брат матери, дядя Бертольд. Как он говорил, внешне я очень напоминаю ему дочь, которая умерла в раннем детстве - по просьбе дядюшки меня даже назвали ее именем. Правда, дядя Бертольд жил едва ли не на другом конце нашей страны, и потому приезжал к нам довольно редко, но каждый его приезд был для меня нескончаемой радостью. Удивительное дело: в то счастливое время, когда дядя Бертольд гостил у нас, даже отец вел себя со мной куда мягче, а уж о наказании розгами и речи быть не могло, да и сама атмосфера в доме становилась куда более непринужденной. А еще дядюшка был довольно-таки состоятельным человеком, и приезжал к нам не с пустыми руками. Кроме подарков родным, он оставлял отцу кое-какие деньги - мол, время сейчас непростое, небольшая поддержка вам не помешает.

  Еще дядя Бертольд всегда говорил, что оставит нам, своим племянницам, деньги на приданое, а еще шепотом пообещал мне, что на своей свадьбе я получу от него хороший подарок. Более того: холостые мужчины не единожды намекали моему отцу на то, что рады предложить его младшей дочери (то тесть мне руку и сердце), но хотелось бы получить за невестой хоть какое-то приданое, потому как всем было известно, что особых богатств у нашей семьи нет. У меня не было сомнений, что все будет именно так, тем более что еще при жизни дядюшки он при всех говорил о том, что оставит каждой из своих племянниц по двести золотых. Чего уж там скрывать - сестры давно ожидали этого события, потому как обещанное дядюшкой золото могло привлечь к ним женихов. Увы, месяц назад дядюшка внезапно скончался, и я искренне оплакивала его смерть - для меня он был едва ли не самым родным человеком на свете.

  Как и обещал дядя Бертольд, он оставил нам деньги, которые не так давно пришли в банк на имя отца, и я рассчитывала, что, получив обещанную часть золота, наконец-то выйду замуж за Винса и покину родительский дом сразу же после окончания траура по дядюшке. Кто же знал, что отец решил по-своему распорядиться этими деньгами, и теперь все мои мечты пошли прахом. Зато обе сестры наверняка радуются: у них наконец-то появилась возможность выйти замуж, тем более что для нашего заштатного городка триста золотых - это довольно-таки неплохое приданое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Должна сказать, что сестры и я - мы совершенно не похожи между собой. Альба и Норма - они обе внешне едва ли не копия друг друга, да и (на мой взгляд, к несчастью) на лицо очень смахивают на нашего отца, а его красавцем никто не назовет - невысокий, с бесцветными волосами, сероватой кожей, скошенным подбородком, да еще и с глазами немного навыкате. Именно столь невзрачная внешность, да еще отсутствие достойного приданого - все это привело к тому, что до сей поры обе мои старшие сестры все еще оставались незамужними, и даже никогда не имели поклонников.

  Что же касается меня, то внешне я была их полной противоположностью - немногим выше среднего роста, темноглазая и темноволосая, да еще и с чуть смугловатой кожей. В общем, полная противоположность сестрам. А еще ( да чего там скрывать!) я не раз слышала разговоры о том, что меня считают самой красивой девушкой нашего городка, и об этом знакомые нашей семьи не раз говорили моим родителям, только вот от подобных речей мать отмахивалась "ой, не говорите глупостей, многие девушки куда привлекательней!", а отец недовольно хмурился. Кажется, похвальные отзывы людей о моей внешности отчего-то всерьез задели дорогого папашу, раз ему пришла в голову мысль о том, что я прекрасно обойдусь и без приданого! Ну, он-то может считать все, что заблагорассудится, а мне что делать? Если отец сказал правду (а обманывать смысла нет), то никакой свадьбы с Винсом у меня не будет...

  Винс... Веселый красивый молодой человек, от улыбки которого у меня на сердце становится светлей! Умен, обаятелен, галантен - в общем, воплощенная наяву мечта любой девушки, да и женщины постарше неосознанно искали его внимания! Скажу больше - без него я уже не представляла своей дальнейшей жизни. Надо признать, что Винс нравился очень многим девушкам, и я была невероятно счастлива, что из всех невест нашего городка он выбрал меня. Винс был сыном старых знакомых нашей семьи, мы знали друг друга с раннего детства, и потому нет ничего удивительного в том, что я влюбилась в него еще в подростковом возрасте - надеюсь, он в меня тоже. Со временем наша детская привязанность переросла в глубокое чувство, которое, без сомнений, мы с ним сохраним навсегда.

  Нет смысла скрывать, что многие мужчины пытались оказывать мне знаки внимания, но я всем давала понять, что место в моем сердце уже занято. Винс трогательно ухаживал за мной уже несколько лет, и мать с отцом не видели в этом ничего дурного - мол, если молодой человек держит свои чувства в пределах разумного, то подобное весьма похвально. Да и многие из обитателей нашего городка были уверены, что в будущем из нас двоих будет прекрасная пара. Если же говорить совсем честно, то Винс уже признался мне в любви, и я ему ответила, что наши чувства взаимны. Сейчас нам с Винсом по девятнадцать лет, мы любим друг друга, уже не раз говорили о совместном будущем, и твердо намерены пожениться. Хотя правильней сказать, намеревались...

   Более того: господин Велден, отец Винса, ранее не раз намекал моему папаше на то, что в будущем из нас двоих может получиться прекрасная пара. На эти слова мой отец лишь уклончиво отвечал, что он ничего не имеет против, но так далеко загадывать не стоит - мало ли что в жизни может сложиться не так... Накаркал! Почему до сей поры отец Винса не говорил о сватовстве с моим родителем? Увы, все упирается в деньги, чтоб их!.. Скажу откровенно: Винс ранее говорил мне, что господин Велден ожидал приезда дяди Бертольда, который наверняка не пожалел бы выложить из своего кармана еще немного золота на мое приданое. Вот мы и дождались... К сожалению, семья Велденов небогата, и если отец Винса взял назад свое предложение о сватовстве, то дело обстоит куда хуже, чем я могу представить...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})