Седьмой Рубеж - Жорж Бор

При этом схема работы методики была точно такой же. Даже более жесткой. Всего две активации в сутки и на третьей включался берсерк. Скорее всего, староста другой деревни не смог поверить предупреждениям странного человека и решил, по доброте душевной, помочь ему выкарабкаться из сложной ситуации. Вот только сильно ошибся в своих расчетах.

Я так рисковать не собирался. Не только потому, что Ридра сам озвучил максимальный порог безопасных активаций, но и потому, что я его проверил лично. Но маскировка оказалась слишком жесткой даже для моего времени. Илитриды закладывали в своих марионеток пять сеансов, чтобы они могли нормально вести свою деятельность. У молчуна было всего два запуска в сутки и за это время невозможно было даже понять где-ты и что происходит вокруг. К тому же, сам Ридра максимально постарался убраться подальше от всех мест, где даже случайно мог услышать ключи активации.

— Это бред какой-то. — усевшись обратно под стену и уныло уронив голову, пробормотал молчун. — Я уже так устал от этого безумия… Никогда не знаешь, что будет завтра. Может проснешься веселым и бодрым, а может по локоть в крови…

— Алаир справедлив, Ридра. — пожал плечами я. — Если ты всё ещё жив, то всё идет правильно.

— А если я умру, то всё тоже будет правильно. — невесело рассмеялся молчун. — Алаир каждому отмерил свой срок.

— И твой ещё не пришёл. — уверенно ответил я. — Может позже станет понятно, что с тобой и зачем это было нужно.

— Странно слушать тебя, Дирик. — неожиданно покачал головой Ридра. — Вроде вижу перед собой обычного мальчишку, а рассуждаешь, как не всякий взрослый муж. Может ты и прав, да только узнать это никак нельзя. Ты говорил, что врачевать умеешь. Может у тебя что получится?

— Это дело не быстрое. — осторожно ответил я. Весь набор ключей я не знал и теперь следил за каждым своим словом, стараясь использовать максимально нейтральные выражения. Нарваться на ещё один ключ и активировать у собеседника режим берсерка мне не хотелось. — Сегодня ты и так перенапрягся. Может в другой раз попробуем.

— Когда? — жадно спросил молчун.

— В другой раз. — невозмутимо ответил я. — А пока стоит отдохнуть, раз есть возможность. Вряд ли деревне угрожает какая-то опасность.

На самом деле, мне хотелось поскорее свернуть разговор, потому что я увидел, как из самого большого дома неподалеку от нас вышел Барис. Староста несколько секунд смотрел в сторону ворот и пытался найти фигуру недостающего стражника, а потом направился к нам. И лицо его не предвещало ничего хорошего.

— Это что тут такое⁈ — возмутился Барис, когда подошёл ближе. — Где Сидар и Карад, Ридра? Почему на воротах с тобой пришлый сидит?

— Староста… — начал было молчун, но я его остановил.

— Прости, Барис. — произнес я. — Это моя вина. Ты сказал, что в деревне не любят бездельников и я решил поискать себе занятие. Чтобы жителям польза какая-то была. Только глупость сморозил, поспорил с Карадом, что топор лучше него метнуть смогу. Они с Сидаром против нас с Ридрой ставили. Вот мы и остались вдвоём на воротах.

— Шеи бы им открутить за такие споры! — возмущенно рявкнул староста. — Нашли с кем спорить. Одни первый день в деревне, а второй блаженный! Где эти умники⁈

— Не сердись, уважаемый. — улыбнулся я. — Они же не со зла. Я сам предложил такой спор. Парни сказали, что к Светлому ещё вчера целое крыло Стражей Границ ушло. Значит в лесах рядом всё спокойно уже. А от лихих людей мы и вдвоём отбиться сможем. По крайней мере, уж тревогу точно успеем поднять.

— Успеют они! — фыркнул Барис. — А если на Ридру накатит чего? Ты вообще знаешь, что он сам может на тебя напасть?

— Барис… — недовольно проворчал молчун. — Ну зачем ты так? Я же извинился за прошлый раз…

— И ты меня извини, Ридра. — неожиданно успокоился староста. — Достали меня все. Три дня всего-то надо было подежурить, а я уже замучался за всеми следить. Кто спит на тропе, кто дома отсидеться пытается. Как-будто мне одному это надо!

— Если не понимают люди, то просто заставить их не получится. — улыбнулся я. — Не близко им ратное дело просто. Думаю, может и хорошо это.

— Хорошо-то хорошо, но что делать, если тварь какая бродячая нападет всё-таки? — хмуро спросил Барис. — Кто тогда виноват будет?

— Староста. — уверенно ответил Ридра.

— Вон, даже Ридра это понимает! — наставительно поднял палец Барис. — Зато сейчас все жалуются, что тяжко им на постах стоять. А виноват опять я.

— Работа такая. — пожал плечами я. — Ответственность дело тяжелое.

— И то верно. — вздохнул староста и задумчиво посмотрел на меня. — Решил чего насчет жизни дальше, Дирик?

— Нет ещё. — покачал головой я. — Но мысли разные бродят.

— На Рубеж, поди, собираешься? — проницательно посмотрел на меня Барис. А я мельком взглянул на Ридру. Молчун понял, что буря миновала и расслабленно сидел в тени. К нашему разговору он особо не прислушивался.

— Есть такие мысли. — не стал спорить я.

— И правильно. — неожиданно кивнул староста. — Не место тебе в Холмовой.

— В смысле? — удивленно спросил я. Ещё утром этот человек предлагал мне остаться в деревне навсегда. Что могло так сильно измениться за прошедшее время.

— Ты не подумай плохого, Дирик. — тут же поднял руки Барис. — Ты парень хороший и гнать тебя никто не будет. Но правильно заметил, что у нас живут простые люди. Мы к земле близкие, за урожай и скотину болеем. А ты, первым делом, пошёл работы на страже искать, а не в поле за инструментами. Да и в разговоре чувствуется, что скучно тебе у нас будет. Говоришь хорошо и складно, мечом вроде орудовать умеешь. Самая дорога тебе на Рубеж, а потом в войско аристократа какого-нибудь. Глядишь, лет через пятнадцать и станешь большим офицером.

Я внимательно смотрел на старосту и отчетливо понимал, что он говорит от чистого сердца. Во все времена, для простого народа, служба при аристократах считалась почетной и сытой. Мало кто думал о том, сколько дерьма и грязи эти слуги видят. Обычные