Борис Пьянков - Искатель, 2013 № 12

— Одну минуту! — накинув на себя халат, я отпер дверь.

Мне вежливо объяснили, что один из русских туристов ночью совершил самоубийство, бросившись вниз с перехода пятого этажа. Случайные свидетели видели, как я приходил в его номер поздно вечером, и теперь полицейские интересуются, не заметил ли я какие-то детали, которые могут пролить свет на это самоубийство.

Кровь сразу же застыла у меня в жилах.

— Я могу увидеть тело? — спросил я.

— В этом нет необходимости. У нас есть фотографии! — Офицер показал мне снимки, сделанные вскоре после прибытия полиции. Теперь у меня не оставалось никаких сомнений — это был именно Павел.

Путаясь в немецких словах, я объяснил полицейским, что погибший был всего-навсего моим случайным знакомым, а заходил я к нему только потому, что хотел выпить вместе с ним.

— Мне больше нечего добавить!

Мне показалось, что полицейские остались недовольны моими ответами, но что еще я мог им сказать? Когда они уходили, до моего слуха донеслось:

— Эти русские! От них всегда одни неприятности!

Какая нелепая смерть! Но Павел не мог покончить с собой, а это означает, что его убили.

Я никогда не воспринимал нашу миссию серьезной, позволял себе дурацкие шутки в адрес Павла и невнимательно относился к его указаниям. Теперь мой товарищ был мертв, а я чувствовал себя виноватым в его смерти.

Следуя инструкции моего покойного приятеля, я отправил через интернет письмо с докладом о случившемся. Павел говорил, что этим адресом я могу воспользоваться лишь в экстренном случае. Вот он и наступил, этот случай; хорошо, что я не забыл адрес. Теперь мне следовало ждать ответа. Как долго будет думать контр-адмирал?

По пути на первый этаж, я прошел мимо номера, в котором жил Павел. Дверь была опечатана. Кто мог убить его? На этот вопрос у меня не было ответа. За утренней чашкой кофе у меня мелькнула мысль о том, что у моего коллеги могли остаться материалы, которым не следовало попадать в руки полиции. Может быть, мне надо попытаться попасть в его номер? Поразмыслив, я решил, что это не имеет смысла — те люди, которые убили Павла, наверняка прихватили с собой все, что их интересовало.

Надо ждать… Я никогда не умел ждать. Да и чего мне теперь ждать?

Возвращаться в свой номер не хотелось. Я вышел из отеля и направился в центр города. В первом попавшемся баре я изрядно удивил молодого бармена, заказав себе полный бокал русской водки. Выпив его залпом, я жестом показал бармену, чтобы он оставил на стойке бутылку, и вытащил сигареты.

А можно ли здесь курить? Невысказанный вопрос повис в воздухе. Ко мне неожиданно протянулась рука с зажженной зажигалкой.

— В Швейцарии пока нет абсолютного запрета на курение, — сказал Миша, — и в этом баре курить можно!

— Откуда ты здесь?

Миша не спеша уселся рядом со мной и тоже задымил сигаретой.

— Я случайно прознал о случившейся у тебя неприятности!

— Даже так! — Внезапная догадка пронеслась у меня в голове, и я с ненавистью поглядел на своего собеседника. — Это ты убил Павла?

Я взял бутылку за горлышко, намереваясь отбить у нее донышко. Живой эта сука отсюда не выйдет! — в приступе гнева подумал я.

Миша с неожиданной ловкостью выхватил у меня бутылку.

— Нет, Петя, не я… И я пришел сюда как к другу, с деловым предложением!

— Да что ты говоришь… — зло протянул я.

— Хватит пить! Слушай меня внимательно…

— Пошел ты… — Я смачно озвучил, куда именно следует идти моему собутыльнику, и слез с барной табуретки.

— А ты куда пойдешь, обратно в отель? — В Мишином голосе внезапно зазвучала насмешка. — Давай, давай, там тебя уже ждут… В твоем номере. Они ведь решили, что после завтрака ты вернешься к себе!

— Кто там меня ждет?

— Убийцы!

— Откуда ты это знаешь?

— Ты уже перестал сердиться? Я многое знаю и пришел, чтобы спасти тебя. А ты ерепенишься!

Я замер на месте.

— И ты знаешь, как погиб Павел?

— Да, знаю! Сердце твоего знакомого проткнули длинным шилом, а затем сбросили его с лестницы. При таких ранениях бывает очень мало крови, поэтому полиция сразу не разобралась в том, что произошло. Кроме того, владельцы едва ли хотели афишировать то, что в их отеле убили человека.

— Это сделали ваши люди? — навязчивая идея не давала мне покоя.

— Это сделали ваши люди, Петя! Я тебе все объясню… Присядем за столик?

— Ладно, присядем…

— Два кофе, пожалуйста! — Мой собеседник взмахнул рукой, и на нашем столике вскоре оказались две чашки кофе и пепельница.

— На кого ты работаешь, Миша? Это Моссад?

Мой собеседник слегка поморщился.

— Скажем так, я представляю разведку одной могущественной корпорации, тебе пока не надо знать, какой именно. И я намерен сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. У тебя просто нет другого выхода…

— И ты с самого начала следил за мной? — поинтересовался я.

— Да. Информация о вашей подпольной организации не является секретной ни для нас, ни для ваших спецслужб. А нас очень интересуют те документы, которые вы ищете! Имея эти материалы, мы сможем оказывать сильное давление на ваших политиков. Для мае это может иметь большое значение!

— Если паша разведка обладает такими возможностями, как ты говоришь, то зачем вам понадобился я?

— Утечка информации оказалась слишком большой; о базе данных с компрометирующими ваше правительство материалами сообщалось даже в российских периодических изданиях. Сейчас за этой базой охотится не только наша разведка, компроматом на ваших политиков интересуются и другие спецслужбы. А вашим разведчикам, судя по всему, поставлена противоположная задача:, любым путем не допустить, чтобы компромат попал в чужие руки. Думаю, что именно они устранили твоего друга и хотят убить тебя, Петя! Что касается нас, нашим людям выгодно до определенной поры оставаться в тени и перехватить эти документы. в самом конце. Зачем путаться под ногами сильнейших разведок мира?

— Но вы тоже могли бы убить человека из-за этих материалов? — От услышанного я почти протрезвел.

— Убийство — не наш профиль! Обычно все решают деньги, точнее, их количество. Если не удается подкупить заинтересованных лиц, то допускаются и другие методы изъятия информации, например их похищение. К убийству можно прибегнуть лишь в случае серьезной угрозы, исходящей главным образом от всякого рода фанатиков. В любом случае нам не было смысла убивать кого-то из вашей организации, ведь вы еще не получили то, что нам требуется, — спокойно сказал Миша, допивая кофе. — Теперь решать тебе… Ты согласен работать на нас?