Люциан Воляновский - Бесшумный фронт

Затем, после того как из Врукка были выжаты все необходимые сведения о Польше, к делу при-116

ступила уже французская разведка. Но тоскую­щий по роскошной жизни Конрад Врукк боялся французской разведки: кто-то сказал ему, что от­ходы своей работы «второе бюро» посылает прямо в Иностранный легион — на фронт во Вьетнаме.

Каждая из этих трех шпионских организаций держала Врукка на пропитании ровно столько, сколько он был ей нужен — то есть, пока еще могло казаться, что он кое-что знает. Но насту­пил день, когда Конрад Врукк уже не сумел ска­зать ничего нового. И тут он немедля очутился в лагере для «беженцев» на Роттенбургерштрассе. Обитатели такого типа лагерей ведут безнадеж­ный образ жизни, так как на территории Запад­ного Берлина очень трудно получить работу, а чтобы добраться до Западной Германии, необхо­димо быть признанным в качестве «политического эмигранта» (читай: заслуженного перед Гитлером или его наследниками).

Врукк оказался без работы. Он силится полу­чить западногерманское подданство на основе своей принадлежности к СС. И вот 4 апреля 1953 года лагерное начальство связывается с не­ким господином, «имеющим большие возможно­сти в этом деле». Мы уже знаем его — это Нентвих. Он забирает Врукка на частную квартиру в район Фриденау. Там Нентвих открывает перед Врукком чудесные перспективы будущего:

— Одна поездка в Польшу, небольшая рабо­тенка, возвращение и... тогда уже спокойный выезд в Западную Германию, в край, где для та­ких заслуженных эсэсовцев, как герр Врукк, те­кут реки молока и меда...

Дальнейшее пребывание Врукка в Германии ни­чем не отличается от шаблонного образа жизни слушателя шпионской школы: она показана на примере Адольфа Махуры. Сначала Врукк при­бывает во Франкфурт-на-Майне. Он не платит за билет даже и ста тридцати восьми марок (по льготному ночному тарифу), а пользуется самоле­том курьерской службы ВВС Соединенных Шта­тов. Он получает от Нентвиха так называемый «Travel-Order», или «приказ о выезде», какой обычно выдается американцам для служебных разъездов. Врукк стартует с военного аэродрома Берлин-Темпельгоф и приземляется на другом американском военном аэродроме Рейн-Майн во Франкфурте-на-Майне. Позднее мы встречаем его уже в разных «постоялых дворах», как на жар­гоне организации Гелена называются учебные центры для агентов разведки. Основная учеба проходит в Шондорфе на Аммерзее, где вскоре будет ходить на прогулки из Диссена агент той же сетки—Адольф Махура. В Ульме на Дунае новый агент—Врукк — получает свой опознава­тельный номер «ОДТ-738-18». В Ландсберге Кон­рад Врукк искренне взволнован, когда ему гово­рят, что там еще сидит за решеткой его бывший командир по «Leibstandarte»[17] — пресловутый С. Дитрих, прообраз «настоящего европейца» от свастики.

12 августа 1953 года Врукк снова летит по трассе Франкфурт-на-Майне — Берлин, но на этот раз в восточном направлении. Продукт шпион­ского обучения уже сходит с конвейера. Послед­няя шлифовка — и он будет готов к «работе». Од­нако пока что Врукк ходит по берлинским кабач­кам и увеселительным заведениям Иногда один, иногда со своими начальниками.

Известно же — надо пользоваться жизнью... При случае можно также и подработать кое-что к своему шпион­скому жалованью. Говоря по правде, только чи­стая случайность привела его на путь таких воз­можностей.

Это было так. Еще в Баварии Конрад Врукк как-то собрался пойти на танцы. Пригожий, стат­ный, он без труда раздобыл себе партнершу для развлечений на один вечер. Неожиданно, когда они сидели за столиком, к Врукку наклонился кельнер:

— Вон те господа хотят поговорить с уважае­мым господином. Всего несколько слов... — кель­нер показывает на группу американских военных, сидящих в углу зала.

«Что ж, поговорить всегда можно»... Ломаным немецким языком один из американцев объясняет Врукку, что его фрейлен совсем неплоха...

— Не будете ли вы любезны представить нас как сослуживцев, а потом оставить ее одну за столиком? Вы ведь местный, вы скоро найдете себе другую, а за эту — как бы вам сказать... мо­ральную уступку... хе-хе-хе... будьте любезны при­нять этот пустячок на память...

Под столом из рук в руки переходит смятый банкнот. Довольные свершенным бизнесом аме­риканцы благодушно похлопывают бывшего эсэсовца по широкой Спине. Обе стороны рас­стаются вполне довольные друг другом. Позднее Конрад повторяет эти сделки несколько раз. Он уже набил руку и теперь не примет какую-нибудь мелочь... В Баварии он никогда не получал больше двадцати марок, а тут, в Берлине, пьяный пехот­ный сержант вынужден был во время танцев в «Пикадилли Бар» на Курфюрстендамм, 217 вытащить из кармана сорок марок, чтобы вручить их «покровителю» одной молодой блондинки, ко­торая очень понравилась американцу.

В «Сплендиде», где мы оставили Врукка с его начальниками, конечно, и речи быть не может о таких делах. Здесь его окружает исключительно мужская компания. Тут пьют за быстрое и успеш­ное возвращение Врукка, тут выкапываются из кладовой эсэсовской идеологии старые бредни о неполноценности тех людей, среди которых Кон­рад Врукк будет проводить свою шпионскую ра­боту. Как приятно помечтать, слушая красивую музыку и потягивая вино! Пожалуй, никто чз развеселившихся гостей не представляет себе, о чем думает седоватый высокий мужчина, кото­рый говорит сидящему рядом плечистому моло­дому человеку:

— Много камешков весит ровно столько же, сколько один большой валун... Эти камешки мы и бросаем в их огород.

14 августа Конрад Врукк узнает, что ему пред­стоит организовать в северо-западной части Польши шпионскую сеть для собирания разведы­вательной информации о Войске Польском, его численности, вооружении, размещении, а также о работе портов Гданьск и Гдыня. Кайзер вручает Врукку на дорогу сорок одну пару ручных часов, химикалии для тайнописи и четыре тысячи зло­тых. В Польше Врукк должен выступать под име­нем Генрика Сухановича, на территории же ГДР свободу передвижения ему обеспечат документы на имя Отто Вейганда. Разумеется, Врукк воз­вращает Кайзеру паспорт (тоже фальшивый) на имя Конрада Горна, которым он пользуется на территории аденауэровского государства. Теперь остается взять только пистолет калибра 7,65 мил­лиметра, марки «Астра», номер 13394 вместе с за­пасом патронов, и... агент «ОДТ-738-18» отправ­ляется в Польшу. В наш огород брошен еще один камешек.

Глава восемнадцатая Флажок путешествует по карте

В одном из польских городов на тихой улице стоит дом, всегда охраняемый солдатами. Там наверху по одному из коридоров можно подойти к комнате с широкими несгораемыми дверями, перед которыми всегда стоит часовой. Достаточно пальцев одной руки, чтобы пересчитать людей, имеющих право войти сюда. Здесь всю стену за­нимает огромная карта Польши, освещенная люминесцентными бестеневыми лампами. На этой карте отмечены все стычки и битвы, разыгрываю­щиеся на бесшумном фронте. В один из августов­ских дней 1953 года на этой карте был воткнут маленький флажок с надписью: «Конрад Врукк». Сначала этот флажок появился на территории Поморья, но в течение ближайших дней и недель наблюдались его передвижения по разным горо­дам и поселкам северной части Польши. Иногда флажок на несколько часов остается на какой нибудь узловой железнодорожной станции, в дру­гой раз он упорно торчит несколько дней на од­ном и том же месте. Потом беспрерывно прихо­дят сообщения, касающиеся человека, который тут, на карте нашей страны, представлен малень­ким картонным флажком с именем и фамилией. Дальше всего на восток этот флажок продви­гается до Ольштына, дальше всего на запад — до Щецина.