Эрл Гарднер - Показания одноглазой свидетельницы

– Откуда вы знаете, что они там обнаружат?

– Знаю потому, что полиция уже начала искать женщину, которая замешана в этом преступлении.

– То есть меня?

– Да, вас. Когда они найдут машину, они всю ее обшарят в поисках отпечатков пальцев.

– Очень хорошо!

– И если вы, – продолжал Мейсон, – действительно убили Артмана Фарго, вам, наверное, лучше прямо об этом сказать, объяснив, что вы убили его в целях самозащиты, после того, как он сознался вам в убийстве жены, а не скрывать это, так как в конце концов вам все равно не отвертеться. Мне не хотелось бы быть вашим адвокатом, и я вовсе не обязан давать вам советы, но я рекомендую вам подумать над тем, что я сказал. В том, что я советую, есть здравый смысл.

Она соскользнула с кровати, халат при этом слегка распахнулся, и мелькнули голые ноги. Потом Селинда выпрямилась, одернула халат и сказала:

– Посмотрите на меня, мистер Мейсон.

– Смотрю.

– Вы думаете, что я прошла огонь и воду. Вы думаете, если я работаю в ночном клубе, значит, я авантюристка. Думайте себе на здоровье, что хотите. Мне двадцать семь. Я и правда многое повидала. Никто и никогда не подходил ко мне без задней мысли. Все старались обжулить. Я сто раз себе говорила: «Что ж ты теряешься, Селинда? Давай и сама не зевай». Но что-то меня удерживало. Я всегда старалась играть в открытую. Мне нравится Артман Фарго. Если он и правда умер, это большое потрясение для меня. Но я переживу. Я уже многое пережила в своей жизни. У меня не раз уже выбивали почву из-под ног как раз тогда, когда я думала, что стою крепко. Вот вы уйдете, а я сяду здесь и буду реветь, и к тому времени, как соберусь на работу, буду на всех чертей похожа. Но пока я стараюсь держать голову выше и не хлюпать при вас. Я знаю, вам не интересны ни мои мысли, ни мое горе. Вам, наверно, для чего-то нужно было прийти ко мне. И конечно, вы стараетесь не для меня, а для вашей клиентки. Для меня же вы скорее всего враг. Но вы, кажется, человек порядочный, да и слышала я о вас только хорошее. Так вот, теперь вы знаете мою историю и...

Резкий настойчивый звонок прервал ее на полуслове.

– Что это? – спросил Мейсон.

– Кто-то звонит.

– С улицы?

– Нет, здесь, у двери. Это, наверное, что-то принесли из магазина. Не обращайте внимания. Постоит и уйдет...

Снова звонок. Потом в дверь постучали.

– Эй вы там, открывайте, – сказал громкий голос.

Мейсон встал.

– Ну что ж, спасибо. Думаю, что вам лучше открыть. Этот голос мне знаком.

Селинда открыла дверь.

В коридоре стояли лейтенант Трэгг и одетый в штатское детектив.

– Селинда Джилсон. Лейтенант Трэгг, – представил их друг другу Мейсон. – Селинда, это лейтенант Трэгг из Отдела по раскрытию убийств. Он хочет задать вам несколько вопросов по поводу Фарго.

Трэггу не удалось скрыть удивление, как он ни старался.

– Черт возьми, опять он меня обошел! Это и есть ваша клиентка?

Мейсон отрицательно покачал головой.

– Что ж, – с подчеркнутой вежливостью произнес Трэгг, – в таком случае, нам не хотелось бы отнимать время у занятого человека. И именно сейчас-то мы не будем вас задерживать.

– Благодарю, – насмешливо ответил Мейсон и вышел.

13

Было уже почти три часа, когда Мейсон, открыв дверь своего кабинета, увидел Пола Дрейка и Деллу Стрит, которые, усевшись рядышком, о чем-то тихо разговаривали.

– Привет! – бодро проговорил Мейсон. – Вы похожи на заговорщиков.

– А мы и есть заговорщики, – отозвалась Делла Стрит.

– Я думаю, что мы попали в точку, Пол, – сказал Мейсон. – Насчет Селинды Джилсон. Она пыталась притвориться, что я ее разбудил, – терла глаза и тому подобное, но выдала себя. Она завзятая курильщица, судя по пепельнице, а ведь курильщик, как только проснется, прежде всего хватается за сигарету. А она, сделав вид, что только проснулась, даже не вспомнила о ней. Что там у вас случилось?

– Твоя теория провалилась, Перри, – сказал Дрейк.

– Какая теория?

– Что Фарго убил жену.

– Почему?

– Он этого не делал.

– Выкладывай-ка свои новости.

– Мы получили кое-какие сведения о Фарго, как следует порывшись в брачных документах, – начал Дрейк. – Узнали имя и адрес матери миссис Фарго. Она живет в Сакраменто. Мы ей позвонили.

– О, черт, – буркнул Мейсон. – И что же она сказала?

– Сказала, что ее дочь сейчас едет в Сакраменто автобусом Пасифик грейхаунд и прибудет сегодня вечером.

– Очень в этом сомневаюсь, – ответил Мейсон. – Но если это все же так, нам предстоят большие неприятности.

– Почему? Если она и впрямь твоя клиентка и сейчас цела и невредима...

– И ее супругу только что перерезали горло... Когда отсюда отошел этот автобус?

– Очевидно, в восемь сорок пять утра.

Мейсон встал и принялся расхаживать по комнате.

– Нам необходимо как-то с ней связаться, – сказал он.

– Зачем? – спросил Дрейк.

– Ей нужно алиби, Пол, – ответил Мейсон.

– Но если она сейчас в автобусе, то это хорошее алиби.

– Ей необходимо очень хорошее алиби, – сказал Мейсон. – Это убийство. Как знать, а вдруг Трэгг вздумает обвинить ее. На этот случай нужно выяснить имена ее попутчиков, которые смогли бы подтвердить, что она ехала в этом автобусе. Делла, закажи частный самолет. Самый быстрый. Пол, ты достанешь мне расписание этого автобуса и сообщишь приметы миссис Фарго. Делла, ты поедешь со мной. Захвати с собой все данные: отчеты Дрейка, адрес матери миссис Фарго, в общем, бери все, что у нас есть. Нужно собрать доказательства ее алиби и сделать это как можно скорей.

Делла Стрит подняла трубку и попросила телефонистку:

– Герти, свяжи нас с бюро заказов аэропорта. Скажи им, что нам нужно как можно быстрей попасть в Сакраменто...

– Стоктон, – поправил Мейсон. – Мы полетим в Стоктон.

– Стоктон, – сказала в трубку Делла Стрит.

– Почему в Стоктон? – спросил Дрейк.

– А потому, – ответил Мейсон, – что ты сейчас свяжешься со своим филиалом в Сакраменто и велишь им послать людей к матери Миртл Фарго, вместе с которой они встретят меня в Стоктоне. Автобус мы будем ждать там. Она покажет нам свою дочь. Тогда твои оперативники начнут шнырять среди пассажиров, собирая имена и адреса. Нам нужны свидетели, много свидетелей.

– Ты думаешь, все это так серьезно? – спросил Дрейк.

– Почем мне знать, – ответил Мейсон. – Может быть, и серьезно, а если так, я не хочу, чтобы доказательства ее алиби расползлись на все четыре стороны. Предпочитаю обзавестись свидетелями, пока они все под рукой.

14

Диспетчер только начал объявлять прибытие автобуса, рейс триста двадцать до Сакраменто, как к Мейсону подошел худощавый мужчина лет пятидесяти пяти, одетый так консервативно, что казался почти старомодным. Неприметно окинув Мейсона взглядом, он спросил: