Владимир Лошаченко - Хранители равновесия (дилогия)

Ознакомительный фрагмент

С казнозарядной пушкой ничего, к сожалению, не получилось - не мог Пашка вспомнить устройство затвора. Да и с бездымным порохом осечка - не смогли они с Лавалем произвести нитроцеллюлозу. Пришлось довольствоваться старинным рецептом изготовления дымного пороха - пять частей селитры, две части древесного угля и одна часть серы. Слабоватое ВВ, а что делать. Хлопок, лежащий бесполезным грузом на складах, Павел приказал отдать ткачам для изготовления тканей. Наконец, все приготовления закончились, народ гурьбой ссыпался в приготовленный окопчик - на всякий случай. Оставшийся канонир поджег фитиль, и резвым зайцем прыгнул в укрытие.

- Открыть рот, - вдруг скомандовал Чернота.

- Ась? - инженер непонимающе вскинул глаза.

Раздался гулкий выстрел. Лаваль затряс головой, пытаясь выбить "пробку" из ушей.

- Тьфу, балбес, теперь ходи глухой полдня.

Канониры, взятые из дружины воины, и привыкшие беспрекословно подчиняться приказам командиров, отделались лишь легким испугом от стрельбы - дело-то новое. А вот инженер ходил глухим тетеревом - штафирка, гражданский шпак, что с него взять.

Первый же результат порадовал - ядро улетело на лигу с небольшим, причем пороховой заряд сделали с недовесом. За день стрельб выяснили норму заряда, большую дальность полета ядра - около двух километров -- и скорострельность. Мишени канониры валить научились к концу стрельб. Пятьдесят процентов попаданий - неплохо для начала. Сам ствол прошел испытания на ура, что и требовалось доказать.

***

В большой трапезной собрались все, кто имел отношение к появлению нового, но в приказном порядке забытого старого оружия. Кузнецы, оружейники, подмастерья, образовавшиеся пороховщики, ну, конечно же, Жозеф Лаваль - куда ж без него. Рядом с ним, на скамье - канониры, все пять человек.

Чернота зря опасался зажатости своих подданных - в те времена не редкость, когда знатная особа пировала со своей дружиной. Урона чести никакого, не с крестьянами же за одним столом сидел граф. Мастеровые и ремесленники, а тем более воины всегда стояли выше пейзан по социальной лестнице.

Графиня Беата Чернота д? Лоредан, просидев час рядом с любимым супругом, тактично удалилась - молодой женщине скучно созерцать чисто мужское веселье.

Графский стол заслуживал внимания. Посреди него, на огромном блюде, лежала зажаренная тушка лесного вепря. На серебряных подносах - разнообразная дичь и рыба. Много зелени, овощей и фруктов. В кувшинах и новомодных бутылках - виноградное вино. Из пузатых бочонков, стоящих у стены, слуги черпали домашнее пиво - ну это на большого любителя. В Тарагоне пиво не уважали, даже пейзане предпочитали бражку. Замковый оркестр из трех музыкантов на щипково-струнных инструментах пытался изобразить нечто бравурное.

Народ, опростав по паре кувшинов, несколько раскрепостился, по трапезной плыл гул голосов, вкусно пахло жаренныммясом, приготовленным на открытом огне, и молодым вином.

- Эх, хорошо сидим, - Пашка с умилением смотрел на пирующих. - Все-таки замечательные у меня люди, трудяги, да и с мозгами все в порядке.

Веселье катилось плавно, без эксцессов. Граф попросил спеть музыкантов, те отказались по причине отсутствия голоса. Неожиданно встрял инженер Лаваль - просто-таки поразил народ сочным баритоном. Исполнив несколько народных песен, спел студенческие частушки. Пирующие животы надорвали от смеха. Веселились до глубокой ночи, потом пришла хозяйка и всех разогнала.

- Отдохните, муж мой любимый, завтра опять весь в делах и заботах.

- Ты как всегда права, дорогая, - пролепетал уставший Пашка, еле ворочая языком. Коснувшись подушки, мгновенно заснул мертвым сном.

***

За три осенних месяца умудрились изготовить двенадцать полевых пушек на шестьдесят миллиметров и десять крепостных - на сто пятьдесят миллиметров. Кроме того, бронебойные ядра, фугасы и шрапнели. Лаваль заходился от восторга - новые боеприпасы и их возможности поражали воображение. Шрапнель - чугунное ядро с фитильным запалом, наполненное порохом и по внутреннейоболочке - чугунной дробью, взрываясь, выкашивало живую силу противника в радиусе пятидесяти метров. От размера фитиля зависело многое - шрапнель могла разорваться в воздухе, над головой неприятеля или в его рядах.

Цех по изготовлению пороха пришлось выстроить заново за пределами замка. От прежнего остались обгорелые доски, раскиданные во все стороны - случился взрыв. Погибло трое подмастерьев, контузило двоихстражников и обломком доски сломало руку одной из служанок. Опасное производство удалили подальше, хорошо, хоть Лаваль не пострадал - он в это время руководил заливкой стали в форму.

За пушечными делами Пашка совсем забыл о стекольном деле, но в одно прекрасное утро нарисовался главный стекловар и стеклодув Нильс Петек. Приперся не просто так, а с образцом новой продукции - искусственным хрусталем.

- Ваша светлость, у нас проблемы с обработкой, что делать?

Чернота задумался, собирая мысли в кучу.

- Вот что Нильс, сейчас я не готов ответить. Жди в мастерской завтра утром, думаю, проблему решим.

Петек поблагодарил графа и умотал заниматься любимым делом. А Пашка засел в кабинете думу думать. Особых знаний по данному делу у него не было - так всплывало в памяти кое-что. Следуя логике, обработка искусственного хрусталя должна вестись абразивными кругами различной зернистости, но не с данным материалом. Да, для грубой обработки и такой метод годится, а дальше... Что-то мелькало в голове, никак не ухватить мысль. Пашка глубокомысленно уставился в потолок, словно на нем пытался увидеть ответ. Не-а, не увидел. Потом перевел взгляд на стол, взял из небольшой вазы два разноцветных шарика, принялся перекатывать между пальцами. Луч света упал на большой бриллиант в массивном перстне - камень заиграл завораживающим цветом. Чернота долго смотрел на него, потом хлопнул себя по лбу:

- Тьфу ты, все просто, чего я туплю, - рывком встал с кресла и побежал в сокровищницу.

Следующим утром вручил стеклодуву два необработанных алмаза и объяснил технологию обработки хрусталя. Посоветовал один алмаз расколоть на несколько частей для маленького бура от ножного привода.

- Это для художественной обработки - рисунки или что-то другое. Закажу кузнецам - сделают несколько штук. Другой алмаз растолките в порошок, им покроете самый мелкий абразив.

- Еще раз убеждаюсь в вашей гениальности, Ваша светлость, - заорал радостный Петек.

По дороге в покои его перехватил секретарь:

- Ваша светлость, прибыл капитан Орест.

У Пашки неприятно екнуло сердце. Не иначе беда.