Гэвин Лайл - Сценарий схватки

Уитмор улыбнулся Нэду.

– Вы командуете здесь большой эскадрильей, полковник.

Физиономия Нэда была столь же невыразительной, как подвал банка.

Генерал выбросил шестерку.

Джи Би безразличным голосом сказала:

– Если вы выдвинете обвинение, то сделаете свои ВВС посмешищем всюду, где кто-нибудь сможет прочитать газету.

Боско вздохнул.

– Вполне возможно, у людей, незнакомых с тактикой воздушного боя, могут возникнуть неправильные представления. – Теперь он выбросил шестерку и лицо крупье в ужасе застыло. Генерал отвернулся. – Итак – я проиграл. Полковник Рафтер, думаю, нам посоветовали не возбуждать дела против сеньора Карра. Иногда оказывается, что акт милосердия в широком смысле слова оказывается лучше, чем детальное следование букве закона.

Это было очень изящно проделано. Недоставало только другой стороны медали: широкий смысл слова при диктатуре иногда означает, что с таким же успехом слетает голова невинного человека.

Нэд ожесточился.

– Здесь командуете вы, генерал.

Боско улыбнулся своей печальной улыбкой.

– Я понимаю ваши чувства, полковник. И хвалю ваше усердие. Но... – Сигара описала в воздухе изящную фигуру.

– Катастрофа при тренировочном полете, – сказал Нэд.

Боско кивнул.

– Катастрофа при тренировочном полете. Следует также помнить, что Рамирес имел обыкновение нарушать приказы.

Лицо Нэда снова окаменело. Потом он взглянул на меня и медленно произнес:

– Этот будет четвертым. Трое в Корее и один здесь. Еще один, и вы станете ассом. Только не пытайтесь проделать этого здесь, убийца.

– Я – пилот гражданского самолета, Нэд.

– Это, – сказал генерал, – как раз то, что нам еще предстоит обсудить.

В наступившей тишине был слышен только слабый стук костей по столу, потом Луис сказал:

– Так что, игра закончена, или кто-нибудь еще хочет забрать часть моих денег?

Он перебрасывал кости из руки в руку, крупье обеспокоенно поглядывал на него. Но все остальные смотрели на Боско.

Наконец Нэд сказал:

– Вы не можете снова предложить ему летать в эскадрилье – особенно после того, как он...

– Конечно. – Генерал поднял руку. – Едва ли это обстоятельство улучшит моральный климат в эскадрилье. Хотя... сеньор Карр более чем заслуживает ту характеристику, которую вы ему дали, полковник. Так что очень жаль. Но, сеньор, – он взглянул на меня, – насколько я понимаю, ваш самолет довольно стар, не так ли?

– Ему около двенадцати лет, – медленно сказал я. Я не понимал, к чему он клонит.

– Ага, – сказал он так, словно это что-то объясняло. – Официальные лица в аэропорту сообщили мне, что он находится в... довольно плачевном состоянии. Но теперь я понимаю, что это и не удивительно.

Теперь я понял, что это значило и мрачно буркнул:

– Продолжайте, генерал.

Сигара вздрогнула.

– Мы имеем определенные обязательства... перед другими лицами, которые пользуются аэропортом, перед людьми, живущими поблизости. Мы нарушим эти обязательства, если позволим самолету взлететь... попытаться взлететь, самолету, который не находится в соответствующем состоянии. – Он улыбнулся, и на этот раз не печально. – Я уверен, сеньор, что у вас не займет слишком большого времени и не будет стоить слишком дорого привести его в такое состояние, при котором власти аэропорта разрешат вам вылет.

– Глаз за глаз, – мрачно сказал я. – Самолет за самолет. Стало быть, я потерял свою машину.

– Конечно, нет. Никаких проблем. Нужно только, как это называется... ах, да, пройти регламент четвертого уровня, так я думаю.

– Мой самолет не нуждается в нем еще больше сотни часов полета.

Он снова улыбнулся.

– Боюсь, что не следует слишком точно придерживаться правил и считать часы. Нужно руководствоваться здравым смыслом в том, что касается вопросов безопасности в воздухе – думаю, любая газета согласится с этим. Власти аэропорта считают, что проверка необходима, так что...

– Я прилетел на этом самолете, генерал. А теперь вы говорите, что летать на нем небезопасно?

– Я уверен, сеньор Уитмор, что вы хорошо разбираетесь в вопросах, связанных с конструкцией и эксплуатацией самолетов. Но возможно, не в такой степени, как наши квалифицированные специалисты.

– Если вы конфискуете самолет Карра, то катастрофа вашего реактивного истребителя сможет попасть на страницы газет, – сказала Джи Би.

Генерал мягко спросил:

– Какая катастрофа?

Он взглянул на Нэда, затем на Миранду.

– Разве была какая-то катастрофа, капитан?

Миранда показал свои зубы в широкой добродушной улыбке голодной акулы.

– Кажется, я что-то припоминаю, какая-то катастрофа во время тренировочного полета, мой генерал – где-то на прошлой неделе. Лейтенант... лейтенант... – он щелкнул пальцами, пытаясь припомнить, – ...Рамирес. Да, теперь я вспомнил.

Луис неожиданно сказал:

– Кинозвезда сцепилась с собаками. Кажется в это трудно поверить... особенно если вы не можете создать собаку.

Джи Би хотела было что-то сказать, но я положил руку ей на плечо.

– Обычно говорят, что муж узнает последним, дорогая. Только не в этот раз. Я потерял свою машину. – Все выглядело именно так. Может быть это действительно похоже на потерю жены, не знаю. У меня никогда не было жены. Только самолет. А еще я чувствовал в груди холодную ярость.

Обращаясь к Уитмору, генерал сказал:

– Естественно я должен извиниться за те неудобства, которые это обстоятельство причинит вам, сеньор. Но вы же понимаете, что это делается также и ради вашей безопасности... Билеты на самолет компании "Панамерикен", вылетающий сегодня вечером в Сан-Хуан, будут ждать вас в аэропорту.

– Сегодня вечером? – спросил Уитмор.

– Сегодня вечером, – твердо ответил генерал и огляделся вокруг. – Я весьма сожалею, сеньорита, сеньоры, но...

Он повернулся, чтобы уйти.

Миранда подождал немного и буркнул:

– Rebelde![14]

– Единственное, о чем я действительно сожалею, – сказал я, обращаясь к Нэду, – так что в том "вампире" не было капитана Миранды. Если, конечно, не считать, что тогда это была бы всего половина убийства, так как он всего лишь получеловек.

Это было конечно не самым хлестким и свежим оскорблением. Но для такого человека, ка Миранда, другого и не нужно. Он сделал танцующий шаг вперед и замахнулся. Я уклонился и ударил его под ребра. Достаточно сильно. Может быть, недостаточно сильно для того, чтобы отплатить за конфискацию самолета, но по крайней мере я попытался это сделать.

Оба телохранителя быстро отшатнулись назад, нашаривая что-то под пиджаками. Генерал быстро что-то сказал и они замерли на месте. После этого он взглянул на Миранду, сидевшего на полу и пытавшегося оторвать свою голову от колен. Затем еще что-то бросил и телохранители осторожно приблизились, чтобы поднять Миранду.