akchiskosan - Гарри Поттер и Обитель Бессмертия

Возможно, Серый Кардинал предупредил Нарциссу Малфой о случившемся, или же у нее были свои каналы в школе, но только в кабинет она ворвалась через десять минут.

Долорес Амбридж поглядела на нее поверх чашки, выражая вежливый интерес. Гарри, как и другие, отложил перо, спрашивая себя, что же теперь будет. Его крестная мать источала решительность и — абсолютно никакой учтивости. По пятам за ней следовали обескураженный директор Фадж и заспанная профессор Мириам Строут в халате. Гарри привстал.

— Мерлин! — леди Нарцисса подскочила к нему и, обхватив его ладонь своей, аккуратно повернула на обозрение бывшего министра. — И это у вас называется наказанием! Хорошо же здесь воспитывают Гарри Поттера! Наверное, в порядке вещей мучить сироту, если знаете, что никто не вмешается. Так вот, я обладаю всеми необходимыми полномочиями…

— Это, интересно, какими? — поинтересовалась Амбридж.

Фадж посмотрел на свою подчиненную так, как будто совсем ее не знает и не уверен, что хочет знакомиться. Профессор Строут глядела на происходящее так, словно глазам своим не верит.

Гарри не без злорадства отметил, что расчет Амбридж не удался. Его рука не особенно болела, и все же кровожадные намерения своей крестной матери он разделял вполне.

Между тем она отпустила его и, что вполне понятно, бросилась к своему сыну. Вид такого же пореза на ладони Драко исторг из ее горла раненый вопль.

— Прошу Вас, успокойтесь! — бормотал Фадж, не в силах решить, как лучше показать несогласие со своей подчиненной.

— Успокоиться?! — полубезумно развернулась к нему разгневанная родительница. — Я вызову корреспондентов из всех газет!

— Не в ваших интересах предавать это огласке, — медовым голоском напомнила Долорес Амбридж.

— В самом деле, ну зачем они? — успокаивающе произнес Фадж, причем совсем растерявшийся.

Но Нарцисса их не слушала.

— Я лично напишу всем знакомым родителям! — пообещала она и огляделась, как будто бы в поисках бумаги. — И можете не сомневаться, директор, я уведомлю Министерство о том, что здесь происходит! Дети, вы еще тут?!! Немедленно в больничное крыло!

— Идемте, — попросила профессор Строут. Было видно, что ей не терпится взяться за дело, но при этом она не решалась оставить без присмотра миссис Малфой, чье душевное состояние и в самом деле вызывало опасения. — Мэм, может быть, вам тоже стоит…

— Да! — вскинулась мать Драко. — Я хочу лично проверить, что будут делать с ними в этом странном, прямо скажем, заведении.

В душе Гарри некстати шевельнулась обида за школу.

— А завтра здесь будут родители! — пообещала миссис Малфой, выпихнула его и вышла последней, специально для того, чтоб хлопнуть дверью.

И всю дорогу до больничного крыла почтенная дама разорялась, грозя обрушить на голову Амбридж и руководства школы всевозможные кары. А Гарри, наконец, поверил, что с полетом на машине, пожалуй, обойдется. Из виноватых они превратились в обиженных, ведь, судя по всему, никакие прегрешения в глазах магической общественности не могли оправдать методов Амбридж.

Мадам Помфри целиком и полностью разделяла чувства миссис Малфой. Она была вне себя от гнева, и настояла, чтобы пострадавшие провели ночь в ее владениях. Гарри же вспомнил пятый курс, и происходящее показалось ему ужасно несправедливым. Никто и не думал хлопотать над ним, а между тем тогда ему было куда хуже.

— И я ничего не могу рассказать Джинни, — переживал Рон. — Ничегошеньки! Подумать только, а она в этого Кардинала вареным пастернаком кидалась!

— Ну, теперь ты хотя бы понимаешь, что я чувствовал все это время, — сказал Гарри.

Завтракали они уже в Большом зале. Амбридж нигде не было видно, а Фадж, похоже, ссорился с МакГонагол. Их с Роном второй полет на летающей машине, как ни странно, не стал столь же известным среди соучеников, как первый.

С утра Гарри, о чем ему позднее сообщили, пропустил, как и почти все ученики, небольшое скандальное происшествие. Миссис Малфой действительно воплотила свою угрозу и проинформировала родителей, во всяком случае, некоторых. В связи с этим уважаемая мама старосты Забини не преминула появиться в замке и устроила сцену не только директору, но и своему сыну.

— Я понимаю, что ей очень хочется увезти его в горы Тибета и сдать там в монастырь для пущей безопасности, — поделилась впечатлениями встрепанная Гермиона, которую Фадж попросил присутствовать и убеждать паникующую женщину, что в школе вовсе не так плохо. — Но, честно говоря, мне стало жалко парня. Она и в самом деле всего боится.

— Забини, наверное, было ужасно стыдно? — с неожиданным сочувствием спросила Лаванда Браун.

— Не знаю, да, конечно, но он привык, — ответила Гермиона. — Нет, ее, конечно, понять можно, и Амбридж она порывалась разыскать, чтобы объяснить, как надлежит обращаться с детьми и что ей будет, если она ослушается. Сколько разных слов знает эта почтенная ведьма… Но Забини не упустил случая произвести впечатление на директора! Заявил, что он — староста, понимает, какая на него возложена ответственность, и ни за что не бросит школу в такие трудные времена.

— Слизеринец, — хмыкнуло сразу несколько гриффиндорцев.

Эта история заставила Гарри ощутить жгучий приступ вины, но не только из-за неприятностей Забини. Более всего его мучило то, что неприятности могут возникнуть у Серого Кардинала после того, как тот разоблачил себя, прикрывая их. Неудивительно, что они с Роном дали не слишком внятные объяснения Гермионе по поводу того, как так могло получиться. И не имело значения, что свою роль в глупой браваде сыграл дрянной язык Драко Малфоя. Им и в самом деле следовало тысячу раз подумать, прежде чем решаться на безрассудство.

— Зато теперь мы знаем, что машина отлично работает, — промямлил, неуклюже оправдываясь, Рон.

«Что же, хоть какая-то польза», — подумал Гарри. Во всяком случае, он сумел почувствовать цену ошибки.

Глава 33. В ожидании

Прошло уже два дня, и никто больше не пытался напоминать Гарри о событиях той ночи. Долорес Амбридж сняли с должности и лишили всяческих полномочий, но она все еще жила в замке. По этой причине Гарри не решался открывать Комнату необходимости. После всего случившегося он стал осторожнее и считал, что для этого должен быть достаточно серьезный повод.

В ту ночь Гарри спал спокойно. Он даже ни разу не заворочался, зато, одеваясь, отлично помнил свой сон.

— Гарри, ты что-то плохо выглядишь, — обеспокоено заметил Рон.

Гарри закончил завязывать шнурок, и лишь затем медленно повернулся к другу.