Мари Бенашвили - С Луны видно лучше (СИ)

-Речь! – немедленно воскликнул космонавт. – Я могу говорить! Наконец-то.

-Говори! Говори, землянин! Я не вынесу более этой тишины!

-Неужели мы выбрались их этого безумного места?

-Невероятно, но мы покинули Черную дыру.

-Мы были в Черной дыре?! – кричал он. – В этом безжизненном месте?! Ты что, не мог предупредить меня, что я, скорее всего, умру в этой Черной дыре?

-Я хотел, действительно хотел, но поверь, я просто не смог.

-Безумие!

-А то, где мы сейчас – еще большее безумие.

-И, правда… Что же это такое? – он протянул последнюю фразу, оборачиваясь.- Если я в своем уме, то я стою на Луне и вижу перед собой Землю. Поверь только, пройдя через столько всего, я снова там, откуда начинался мой путь!

-Я так не думаю…

-Что ты имеешь в виду? Не видишь ли то, что вижу я?

-Вижу, но что-то мне подсказывает, что мы не могли пройти вот так просто через Черную дыру и оказаться на Луне. Вернее, на настоящей Луне.

-Я тебя не понимаю, - понизил он тон.

-Вспомни, я говорил тебе, что есть множество смертельных путей в бездне, которую ты видел. И только несколько тех, в которых можно выжить. И то, не человеку. Насколько я понимаю, ты все еще жив. А это значит…

-Зеркальная Вселенная! Уму непостижимо!

-Скорее всего, мы там, куда невозможно попасть намеренно, и, откуда не возвращаются.

Он все молчал и ходил неуклюже по Луне, всматриваясь в Землю.

-Не верится. Это похоже на чепуху и бредни сумасшедшего.

-Но ведь то же самое я услышал от тебя в день нашей первой встречи. И вот, теперь ты тут. Придется поверить.

-Не могу, подожди, дай мне время.

Космонавт просто сел на Луну, и некоторое время погрузился в свои думы. Раньше он требовал бы странствий и приключений. Сейчас же сидит, пытаясь поверить в реальность. Быть может, это и называю на Земле старостью?

-Знаешь, о чем я подумал,- наконец, обратился он. – Ведь, если это Зеркальная Вселенная, тогда выходит, что должно быть то самое парадоксальное отличие?

-Да, так говорят.

-Я так и не понял, в чем оно заключается.

-Оно и верно – никто точно не знает. Непонятно, существует ли оно в принципе.

-Что же нам делать? Как узнать?

-Вероятно, - задумался я, - нам стоит исследовать планету, которую мы знали в оригинальном виде и такую же планету тут.

-Что же тогда?

-Увидев ее, мы сразу поймем, в чем заключается это отличие.

-Видимо, нам все равно ничего не остается.

По неразборчивым дорогам Зеркальной Вселенной мы опустились на Землю. Тут было достаточно приветливо и симпатично. Разительных отличий не было видно. Очевидно, наше приземление состоялось на неком поле, степи. Мы пока не встретили человека в этих кругах.

-Как думаешь, все по-другому? – я задал вопрос, осматриваясь по сторонам.

Ответа не последовало. Посмотрев на космонавта, я увидел, что он мучительно стягивает с себя скафандр. При этом он выкрикивал: «К дьяволу стеснения! Настала свобода! Свободу телу!». Очень непредусмотрительный шаг в условиях, когда не знаешь, какого подвоха ждать. Но я помог ему стянуть с головы этот большой непроницаемый шар. Когда его лицо освободилось от завесы, я поразился. Передо мной стоял совсем другой, не познанный землянин. Не с ним я знакомился, не с ним пускался в путешествия, не он со мной говорил. Я попросту не знал того, кого только что увидел. А видел я худое существо с белыми редкими волосами, маленькими глазами, ссохшимся ртом, с прорезями на лице. Думаю, сомненья заметно отразились на мне.

-Что-то не так? Скажи немедленно, что с моим лицом! – хрипло говорил он мне.

-Я не знаю, как назвать это…

-Это? – он исказился. – Все так плохо? Я знал, я знал это!

-Погоди… Я знаю! Теперь понятно отличие!

-Говори же!

-На Земле в Зеркальной Вселенной время идет в обратном направлении или же намного быстрее! Вот она: разгадка. Не думал, что смогу так быстро ее найти.

-Но, ведь с Солнцем все в порядке. Никаких изменений в природе. Что-то не похоже на путаницу во времени, - замолчал незнакомец. – Но, думаю, теперь я понимаю.

-Что?

-То, что ты принял за парадоксальное отличие, на самом деле самое банальное явление на Земле.

-Что ты имеешь в виду?

-Старость, дружище, – он, как раньше, опустил руку, уже дряблую руку, мне на плечо. – Это не что иное, как старость. Не стоит ее пугаться. Вспомни, я ведь предупреждал тебя.

И все равно я не понимал.

-Ты все время забываешь, что я не так хорошо знаком со всеми явлениями на Земле.

-Ну, а видел ли ты когда-нибудь, как люди за жизнь меняются, на своей Луне?

-Думаю, я понял тебя… Но, видимо, я не знал, как это назвать.

-О, друг! – космонавт сделал несколько шагов вперед и развел руки перед небом. – Это то, чего боятся и, о чем говорят. О старости спорят, ее уважают, ее ненавидят. Она меняет, всегда меняет. Вот и я это понял. Но, как же боюсь я увидеть свое лицо, если бы ты знал… А сейчас я смотрю на свои руки, на свои костлявые руки, усыпанные морщинами. В них нет больше силы, нет жизни. Смотрю, и сразу на меня рушатся все мысли, которые посещали меня за жизнь. Я переживаю ее вновь с пониманием, что большая ее часть прошла в космосе. Притом, так быстро, что я не успел насладиться. Меня посещают разные сомнения. Я думаю: «Ах, как бы все могло сложиться, если бы…». Этих предположени все больше. Так много, что теряется всякий смысл. И вот мне страшно. А, если хочешь знать, страшно от того, что умирать придется в этом странном и сумасшедшем мире, где даже Земля – лишь иллюзия.

Пока землянин говорил, только одна мысль десятитонным метеоритом давила меня: «Всю его жизнь я был рядом с ним, а оказывается, я и по ныне не знаю природу человеческого яства».

Глава 14: знакомство с людьми

Двое брели вдаль, ступая по траве. То были все еще мы. Я привык уже к своему космонавту. Как бы ни было, мысли и чувства в нем были все от того человека, которого недавно я встретил на Луне. Мы шли в неизвестном направлении, не разбирая пути. Нам не было ведома, куда мы бредем, и, к чему нас приведет эта степь. Но мы предали нашим действиям особую цель: разгадать загадку, ответ на которую и по сей день, не ведом ни одному живому существу во всей космической округе. И, даже если мы никогда этого не узнаем, или, если узнаем, то это не будет иметь значения: мы никогда не сможем выбраться, мы все равно будем пытаться.

-Я тут подумал, - повернул ко мне голову космонавт, - если это отличие не так поразительно, то почему бы не жить тут, как и на реальной Земле?

-Потому, что она не реальна на самом деле.

-Но, я готов, если тут все так же. Я просто закрою глаза на то, что это все не настоящее. В конце концов, кто об этом кроме нас знает?