В. Пашинин - Мир приключений № 14, 1968

Борьба двух систем — социалистической и капиталистической — находит свое отражение и в фантастике еще задолго до второй мировой войны. В преддверии ее появляется военно-утопический роман. Но еще раньше писатели-фантасты в различных аспектах стремились показать столкновение старого и нового, попытки помешать строительству первого в мире социалистического государства. Поэтому в фантастике того времени часто встречается детективно-шпионская линия, особенно в тридцатые годы. Далеко не всегда, однако, литературный уровень этих произведений соответствовал их идейному содержанию.

В двадцатые годы издавались многочисленные переводные произведения, качество которых заставляло зачастую желать лучшего. Книжный рынок наводнялся продукцией различных многочисленных частных издательств; они поставляли развлекательное чтение, не слишком требовательному читателю. Это относится и к периодике, в которой часто помещались псевдофантастические авантюрные произведения зарубежных авторов.

Вместе с тем в те же годы выходило немало интересных переводных книг. Советский читатель мог прежде всего познакомиться с творчеством классиков мировой фантастики — Жюля Верна, Герберта Уэллса, Эдгара По, Артура Конан-Дойля, Карела Чапека, с лучшими образцами произведений современных английских, французских, немецких, шведских и других авторов.

В знакомстве с иностранной фантастикой значительную роль сыграли журналы «В мастерской природы», «Вокруг света» (московский и ленинградский), «Всемирный следопыт», «Мир приключений».

Фантастика пользовалась в двадцатые и тридцатые годы большой популярностью. Тяга к знаниям была очень велика. И литература, рассказывающая о перспективах развития науки и техники, — литература мечты находила широкий круг читателей, особенно среди детей и молодежи. В стране шло грандиозное строительство, и стремление заглянуть в будущее, увидеть свершенными еще более смелые замыслы отвечало читательским запросам. Фантастика выпускалась в двадцатых годах многими издательствами, например: «Земля и фабрика», «Молодая гвардия», Госиздат, «Пучина», «Прибой» и др.

С 1927 года в Ленинграде возобновилось издание журнала «Вокруг света». До 1930 года он выходил в издательстве «Красная газета», а с 1931 по 1941 год в издательстве «Молодая гвардия».

С 1925 по 1930 год в Москве выходит новый журнал — «Всемирный следопыт» с приложением, которое также называлось «Вокруг света» (с 1927 по 1930 год). В 1927 году была выпущена «Библиотека „Всемирного следопыта“. Путешествия. Приключения. Научная фантастика».

Возобновилось издание журнала «Мир приключений», выходившего в издательстве П. П. Сойкина с 1922 по 1930 год.

Во всех этих журналах, а также детских — «Еж», «Юный пролетарий», «Знание — сила», «Пионер» — печатались научно-фантастические романы, повести, рассказы и очерки советских и зарубежных писателей.

На страницах периодики впервые увидели свет такие произведения, как, например, «Голова профессора Доуэля», «Человек-амфибия», «Продавец воздуха», «Подводные земледельцы», «Звезда КЭЦ», «Лаборатория Дубльвэ» и многие рассказы А. Беляева, «Сказание о граде Ново-Китеже» М. Зуева-Ордынца, «Московские факиры» С. Григорьева.

Фантастике уделяли внимание даже и специальные журналы. Так, журнал «В бой за технику» поместил роман А. Беляева «Под небом Арктики» и ввел отдел «Транспорт в научной фантастике», в котором печатались и разбирались отрывки из научно-фантастических произведений.

Свою роль сыграл журнал «В мастерской природы» (1922–1929), организатором и вдохновителем которого был Я. И. Перельман. В нем систематически публиковались произведения советских и зарубежных фантастов. Проблема межпланетных путешествий, столь близкая Я. Перельману, была широко представлена в журнале.

В ранней советской фантастике нередко встречались подражания авантюрным романам Запада, далекие от науки и настоящей литературы. Голое фантазирование, беспочвенные вымыслы, нагромождение приключений — таковы характерные черты этих эпигонских произведений. Так, например, в одном из ранних космических романов, спекулирующем на революционной романтике, встречались самые вздорные измышления, вроде межпланетных кораблей, использующих в качестве источника энергии психическую энергию человека, слоноподобных селенитов, двойников Земли и тому подобное. Художественная ценность таких произведений была крайне низка, и, естественно, они не оставили никакого следа в истории нашей фантастики.

Появлялись и произведения небезынтересные с художественной стороны, но тоже подражательные и проповедовавшие чуждые нам взгляды на будущее.

Мутному потоку переводной фантастической и приключенческо-фантастической литературы, а также откровенному эпигонству и халтуре следовало противопоставить другую фантастику. Опираясь на реальные достижения науки, надо было создать произведения, воспитывающие молодое поколение в духе идей социализма и рассказывающие о грядущем прогрессе. Разоблачение капиталистической идеологии становилось и в фантастике одной из главнейших задач. Вот почему с интересом восприняты были произведения первых советских фантастов, в числе которых были такие крупные писатели и ученые, как К. Циолковский, В. Обручев, А. Толстой, С. Григорьев, А. Беляев.

Автор широко известных романов «Петр I», трилогии «Хождение по мукам» и многих других шедевров реалистической прозы, А. Н. Толстой вошел и в историю советской научно-фантастической литературы.

В 1923 году в журнале «Красная новь» начал печататься его фантастический роман «Аэлита» (отдельное издание вышло в том же году в Госиздате). «Аэлита» была обработана А. Толстым для детей старшего возраста и вышла впервые в Детиздате в 1937 году, а затем многократно переиздавалась.

Действие романа происходит на Марсе. Но не полет на Марс и не марсиане находятся в центре внимания писателя. В отличие от К. Циолковского и В. Обручева, А. Толстой не стремился популяризировать науку или придавать научную достоверность своей фантазии. Он лишь бегло объясняет устройство корабля, на котором инженер Лось и красноармеец Гусев отправились на Марс. И марсиане — тоже плод свободной фантазии автора.

Для А. Толстого перенесение действия на Марс лишь прием, и в истории марсианской революции мы легко узнаем отзвуки событий, разыгравшихся на Земле. Недаром Лось и Гусев — живые образы петроградцев двадцатых годов, и недаром в повести точно указана дата полета — 18 августа 1921 года. Автор хочет, чтобы читатель поверил в правдивость описываемых событий, и достигает своей цели. Марсиан А. Толстой показывает похожими на людей, и оттого взволнованно и поэтично звучит рассказ о любви Аэлиты и Лося.