Хайнц Конзалик - Смерть и любовь в Гонконге

– А если это действительно был несчастный случай?

– И вы поверите в это, если я добавлю, что Маклиндли получил от Янг пощечину? Маклиндли предложил ей моторную яхту с экипажем в десять человек – как постоянное место жительства… а она плюнула ему в лицо! Три дня спустя ее любовник упал с небоскреба как подстреленная птица.

– Вы считаете, что Маклиндли способен… – Меркер был ошеломлен.

Тинь махнул рукой.

– Я просто рассуждаю вслух, Флиц. Как и водится между добрыми друзьями. Официально нет ни малейшего подозрения в причастности Маклиндли к этому несчастному случаю. Миллиарды делают его персоной неприкосновенной.

Доктор Меркер уставился на экран. Световое табло показывало, что начинается шоу и в ореоле звезд появилось имя Янг Ланхуа.

– А вот и она! – хрипловатым голосом проговорил Меркер.

– Да, она. – Тинь наклонился к нему. – Хотите познакомиться с Янг?

Меркер даже вздрогнул.

– Тинь! Вы говорите это так, как бы между делом! Разве это в ваших силах?

– В известном смысле в моих силах сделать в Гонконге все.

– Где она живет?

– Сейчас? В плавучем городе Яу Ма-теи. На одной из джонок. Там их тысячи – это целое царство.

– Меня там никогда не примут. Не допустят.

– Если Янг пригласит вас на свою джонку, все закроют глаза на то, что вы не китаец.

– Сказки сказываете, Тинь.

Тинь улыбнулся и с распростертыми объятиями снова повернулся к телевизору.

– Вот она – сказка! Пест… молчу, молчу! Да, но серьезно: если вы не против, вам могут уже послезавтра показать Плавучий город.

На экране появилась Янг Ланхуа. И снова у доктора Меркера возникло чувство, будто она улыбается ему одному. «Такими дураками бываем только мы, мужчины», – подумал он.

Тинь Дзедун ничего не преувеличил, он свое слово сдержал. Уже на другое утро комиссар позвонил в клинику «Куин Элизабет». Доктора Меркера вызвали из подвала, где тот занимался своими подопытными животными. Тиню пришлось подождать, пока он не осмотрит всех инфицированных крыс, снимет наконец халат и тщательно помоет руки специальным стерильным средством.

– Ну что? Взорвали наконец из-за вашей нелепой затеи полицейское управление? – не без сарказма спросил Меркер. – Или вы сумели обезвредить бомбу?

– Она еще тикает, мой дорогой Флиц, – весело откликнулся Тинь. – И вы сидите на ней верхом! Завтра в двадцать один час за вами заедет рикша, доставит в китайский квартал, где вы пересядете на джонку и вас повезут в Яу Ма-теи. Янг вас примет…

– Шутить изволите, Тинь! – обескураженно воскликнул Меркер.

– С вами шутить не приходится. То вы чересчур легковерны, то слишком мнительны. Однако вам пора привыкнуть к мысли, что слово Тиня верное. Я поговорил с Янг. И, знаете ли, даже удивился: она вас запомнила. Во время ее выступления у Маклиндли вы сидели и стояли рядом с Бэтти Харперс, не правда ли?

– Да.

– Смотрите не лопните от самодовольства! Янг обратила на вас внимание не из-за вашей несказанной красоты, а потому, что вы довольно неловко вели себя в таком обществе. Помимо этого она утверждает, будто у вас красивые глаза. Это меня просто сразило. Насколько зрение у женщин все-таки отличается от нашего, мужского…

– Ядовитая вы штучка, Тинь! – только и нашелся Меркер. Рассказ Тиня несколько смутил его и заставил сердце биться учащенно. – Вы ставите меня в крайне сложное положение.

– Каким образом?

– А что мне сказать Янг? По какому такому поводу я к ней приехал?

– Она женщина, вы – мужчина… разве одного этого не достаточно?

– И вы еще упоминали о моей неловкости и неуклюжести?

– Да не ломайте вы по этому поводу вашу ученую голову. – Тинь тихонько рассмеялся. – Разговор наладится сам собой. Или вы такой зеленый новичок, Флиц?

– Вроде бы нет… Но с такой женщиной, как Янг, мне до сих пор сталкиваться не приходилось.

– Ну, тут полиция вам и не указ, и не помощник. Значит, завтра, около девяти вечера…

– Я надену мой новый костюм! – проговорил Меркер с чисто юношеской пылкостью.

– О чем это вы? Какой такой новый костюм? – В голосе Тиня впервые прозвучали металлические нотки.

– Суперклассная вещь! Серый в белую полоску, мохеровая шерсть с шелком, легкий, как пух… и сидит на мне как влитой!

– И где же вы этот чудо-костюм купили?

– Мне его – как говорится – «построили»!

– Кто? Портной-китаец?

– Разумеется.

– Вы были знакомы с ним раньше?

– Нет. Его ко мне прислала Бэтти Харперс. У меня ведь не было смокинга… Ну и этот портной, обязательный, как все китайцы, и, как все они, услужливый, он заодно принес и несколько образцов материала для костюма.

– Куда вы в нем уже выходили, Флиц?

– Пока никуда. Пусть у Янг будет его премьера.

– Вы сегодня располагаете временем?

– После обеда.

– Тогда положите ваш смокинг и новый костюм в пластиковый пакет и привезите ко мне в полицейское управление. И не произносите при этом смокинге и вашем новом костюме ни слова. Даже в моем кабинете! Ни полслова. Да, и вот еще что… Положите в тот же пакет портативный магнитофон и включите его. Лучше всего найдите джазовую музыку. Включайте не на полную мощность, но на вполне приличную, чтобы она перекрывала все остальные звуки.

– Вы случайно не рехнулись, Тинь? – Доктор Меркер не знал, что и подумать. – Чтобы я «озвучил» свои носильные вещи джазовой музыкой и принес вам? Это еще зачем?

– Это я вам продемонстрирую, ангел вы мой! – невозмутимо ответил Тинь. – Может быть, я ошибаюсь, но… До скорого!

Доктор Меркер повесил трубку. Поднялся на лифте в свою комнату, открыл шкаф и долго молча смотрел на висевшие на плечиках смокинг и элегантный костюм. Следуя совету Тиня, включил приемник почти на полную мощность и для начала осторожно осмотрел костюмный пиджак. Чуткими пальцами врача прошелся по швам, по карманам, по лацканам, по воротнику. Ему показалось, что в левой части воротника он под подкладкой нащупал какое-то утолщение.

Предельно осторожно, словно препарируя нерв, вспорол воротник и наткнулся на крохотную металлическую кнопку величиной с булавочную головку. Проводком тоньше человеческого волоса эта кнопка соединялась с другой, чуть-чуть побольше, тоже спрятанной под подкладкой.

Даже не будучи специалистом в электронике, доктор Меркер понял, что это передатчик с батарейкой. Высокочувствительный микрофон, который будет воспринимать и передавать все, что он говорит, если на нем этот костюм.

Смокинг Меркер трогать не стал, повесил вспоротый пиджак обратно в шкаф и сел подальше от него, на подоконник. Это открытие его просто потрясло. Мозг буравил один вопрос: знала ли Бэтти, посылая к нему портного, что тот вошьет ему микрофоны? И есть ли в его кабинете и лаборатории другие подслушивающие устройства? Неужели его ни на секунду не упускают из вида?