Борис Барышников - Искатель. 1985. Выпуск №6

Юрий Георгиевич Козуб поднялся, поправил прядь волос.

— Уважаемые коллеги. Несколько дней назад мы заметили на околоземной орбите объект, замаскированный искривленным пространством. Посмотрите на фотографии, спектрограммы и гравитограммы одного и того же квадрата. Вот гравитограммы, сделанные с борта «Роляра». Думаю, ни у кого не вызовет сомнения то, что объект искусственного происхождения. — Юрий Георгиевич медленно обводил лучом световой указки наиболее важные места на большом экране, где проецировалось изображение. — Можно, конечно, допустить что-либо сверхфантастическое, к примеру, неведомый науке фактор, приводящий к подобному искривлению пространства, но придется отбросить эту мысль. При нашей попытке приблизиться к нему и неизвестный объект сначала перешел на более удаленную от Земли орбиту, а потом и вовсе умчался в открытый космос. Есть основания утверждать, что массовые психозы, наблюдаемые на Земле, связаны с пребыванием на орбите неизвестного космического объекта. За последнюю неделю я посетил видных психиатров и сопоставил истории болезни многих людей. Имею в виду именно те психозы последних лет, которые у разных больных схожи, как две капли воды. Сейчас познакомлю вас с одной из фонозаписей. Это копия разговора врача с молодым инженером, обратившимся за помощью.

Козуб нажал на пульте клавишу. В зале необычайно живо послышались голоса:

«Сколько вам лет?»

«Двадцать восемь исполнится через три месяца».

«А вид у вас — восемнадцатилетнего».

«Это меня не утешает, доктор. Мне нужно с вами посоветоваться. Можно иметь вид восемнадцатилетнего и выбиться из колеи, спятить с ума».

«Вы женаты?»

«Нет. Мы с Луизой собирались еще в прошлом году… Но после того, как со мной началось… Я боюсь…»

«Слушаю вас».

«Впервые он пришел ко мне года полтора назад. Точно не помню. Тогда я не придал этому значения. Сон, да и только. Но на другую ночь он снова пришел. И сказал то же самое, слово в слово».

«Что именно?»

«Он сказал: «Привет! Ты меня хорошо слышишь?»

«Как выглядел ваш ночной визитер?»

«Худощавый мужчина в респектабельном костюме неопределенного цвета, землистое, морщинистое лицо. Во вторую ночь я тоже не испугался, но помню, что и во сне удивился. Это надо же, думаю, чтобы сны так повторялись. Ничего не ответил тому худющему. Проснулся, выкурил сигарету. И в третью ночь… Вроде бы шел я по степи, а он выходит из густой травы навстречу: «Привет! Ты меня хорошо слышишь?» Я взорвался: «Какого черта ко мне пристал?!» А тот заулыбался: «Наконец-то ты заговорил. А мне казалось, что ты и впрямь мена не слышишь». Положил мне руку на плечо и спросил: «Как тебе живется?» — «Спасибо, — говорю. — Кто вы такой?» — «Твой друг».

«Тот человек похож на кого-то из ваших родных, знакомых?»

«Нет! Нет! Он вообще не похож на живого человека. Он искусно изготовленный манекен».

«Понятно. Рассказывайте дальше».

«Понимаете ли, доктор, мне больше не о чем рассказывать».

«Он не сказал, как его зовут?»

«На мой вопрос об этом он ответил: «Называй меня маргоном».

«Называйте его маргоном, так будет проще».

«Я его маргоном не назвал ни разу. И не назову!»

«Вот как? Простите».

«Тот человек начал со мной разговор о Луизе. Я спросил, откуда он знает о моей дружбе с ней. А он заявил, что знает обо всем, что происходит и что произойдет в будущем. А потом сказал: «Кстати, она больна, у нее спарасис». — «Она мне не говорила об этом». — «Скажет, когда уже не сможет скрывать». Я отвечал ему что-то, а сам, понимая, что это сон, силился проснуться. А потом тот говорит: «Я знаю, что тебе нужно от жизни. Оставь свою Луизу. Мы дадим тебе все. Без Луизы… Ты сможешь иметь сына или дочь, кого захочешь. Скажи только, что ты их полюбишь и воспитаешь сам, и завтра же утром станешь счастливым отцом. Не волнуйся ни о чем, ни у кого не возникнет даже вопроса, откуда у тебя появились… появился младенец».

Юрий Георгиевич выключил фонозапись,

— Это лишь небольшой фрагмент. Но достаточно красноречивый. Для всех этих странных психозов характерно то, что воображаемый человек неопределенного возраста, худощавый, называет себя маргоном и так или иначе предлагает «взять на воспитание», «усыновить», «родить», «найти» ребенка. Следует отметить, что каждый раз маргоны играли на самых лучших человеческих чувствах. За прошедшую неделю я познакомился с бесчисленным множеством людей, пересмотрел множество видео- и фонозаписей и сейчас демонстрирую вам самые характерные, типичные. Сейчас приведу несколько страничек-копий из одной, не случайной, истории болезни.

На экране появился текст:

«Санитарной машиной СГ-16-д-5 больная доставлена в стационар. Возбуждена, делала много лишних движений, бредила, о себе ничего конкретного рассказать не сумела, много рассуждала на общие темы, от осмотра категорически отказалась.

При дальнейшем обследовании соматических отклонений не выявлено. Больная много времени проводит в постели. Неспокойна, с подозрением оглядывает окружающих, В первый день лежала спокойно, шепча что-то неразборчивое, потом вскочила с кровати, надавала пощечин соседке и затем умиротворенная возвратилась на место. Правильно называла дату, когда ее привезли к нам, однако не могла долго понять, где она.

По словам самой больной, она может «вызвать» для беседы любого человека на планете, может «лечить гипнозом на расстоянии», может предсказывать будущее и тому подобное. То и дело к чему-то прислушивается, что-то шепчет. Сама себя считает исключительно одаренной личностью, но, «к сожалению, не может спасти планету от надвигающейся катастрофы. Гибель близка». На вопрос, о какой катастрофе она говорит, отвечает: «Увидите сами. Изменить ничего уже нельзя. Мы проиграли». На втором месяце болезни они имитировала роды: принимала характерные позы, требовала, чтобы весь персонал приготовился, и кричала: «Я должна родить маргона!»

Юрий Георгиевич отключил проектор, экран погас.

— Если бы не последняя фраза о маргоне, эти строки можно было бы принять за выписку из обычной истории болезни. Шизофрении. Произошла уникальная случайность, что среди сотен историй болезни, в основном однотипных, я натолкнулся как раз на эту и интуитивно заинтересовался личностью больной. Скажу сразу — это Луиза Хенкель. Да, та самая Луиза, о которой говорилось в предыдущей фонозаписи. Санитарную машину за Луизой вызвали случайные люди, которых удивило поведение молодой женщины; она стояла на берегу реки и кричала: «Алло! Алло! Говорите громче! Я вас плохо слышу!» Когда Луизу насильно привезли в больницу, у нее нашли записную книжку, а в ней — что-то вроде дневника. Записи ее оказались для врачей лишним подтверждением ее болезни, а для меня… Вот посмотрите хотя бы одну страничку: