Владимир Рыбин - Искатель. 1974. Выпуск №5

Бэкстер обернулся и увидел, что рядом стоит Эдвард Фрейхофф Сент-Джон, его малоприятный сосед по Ларчмонту. Сент-Джон, чьи бегающие глазки частенько посматривали на Адель. Сент-Джон, который намекал, что располагает сведениями, якобы в огромной степени повышающими его шансы на победу в Бегах по Манхэттену, самому опасному месту в мире.

— Тебе не прорваться. Останься в сторонке, — сказал Сент-Джон своим противным, скрипучим голосом. — Будь хорошим мальчиком, а за мной не заржавеет. Ну так как, мой сладенький?

Бэкстер отрицательно покачал головой. Он не причислял себя к храбрецам, но он скорее умрет, чем уступит Сент-Джону или примет от него что-нибудь. Он отогнал все свои прежние мысли прочь. Какой бы оборот ни приняли дальнейшие события, он не может жить как прежде. Согласно принятой в прошлом месяце Поправке к Закону о местожительстве увеличенных семей Стив был обязан принять под свою крышу трех незамужних двоюродных сестер и вдовствующую тетушку, чья полуподвальная однокомнатная квартирка в Лейк-Плэсидском индустриальном комплексе оказалась сметенной с лица земли новым туннелем Олбани — Монреаль.

Даже при противошоковых уколах десять человек в одной комнате многовато. Он просто обязан выиграть земельный участок!

— Я побегу, — спокойно сказал Бэкстер.

— О'кэй, щенок, — проскрипел Сент-Джон, и злое выражение исказило его жестокое, сардоническое лицо. — Пеняй на себя!

— Господа, на старт! — выкрикнул Главный Судья.

Претенденты замолчали и выстроились на Стартовой Черте, прищурив глаза и плотно сжав губы.

— Внимание!

Мышцы сотни ног напряглись, когда пятьдесят полных решимости соискателей подались вперед.

— Марш!

И Бега взяли старт!

Ультразвуковой гудок временно парализовал окружающую толпу. Претенденты протиснулись между застывшими телами и с максимально возможной скоростью прошли вдоль длинных рядов застрявших в пробке автомобилей. Затем участники Бегов разделились, но большинство направилось на восток, к реке Гудзон и зловещего вида городу, который лежал на ее противоположном берегу, полускрытый грязной дымкой.

Только Стив Бэкстер не повернул на восток.

Единственный среди претендентов, он двинулся на север, к мосту Джорджа Вашингтона.

В далеком Ларчмонте Адель Бэкстер следила за Бегами по телевизору. Она непроизвольно ахнула.

— Мам, мам! — закричал ее восьмилетний сын Томми. — Он пошел на север, к мосту! А мост-то закрыт, он там не пройдет!

— Не беспокойся, милый, — сказала Адель. — Твой папа знает, что делает.

Она говорила с уверенностью, которой не чувствовала. И когда фигура ее мужа затерялась в толпе, она устроилась у телевизора, чтобы ждать… и молиться.

Семена этой проблемы были посеяны еще в двадцатом веке, но страшный урожай был собран сто лет спустя. Произошел демографический взрыв — население удвоилось и еще раз удвоилось. Ничто не могло остановить развитие этого процесса. И люди плодились, все больше и больше теснясь на земле, загрязняя воздух и отравляя воду.

Увеличение численности населения повлекло за собой качественные изменения в жизни людей. В прошлом приключения и опасности большей частью были связаны с незаселенными территориями — высокими горами, суровыми пустынями, выделяющими испарения джунглями. Но к началу двадцать первого века приключения и опасности в избытке водились в чудовищных, неуправляемых сверхгородах. Экспедиция в Нью-Йорке или Чикаго сопровождалась большим риском, чем, например, в далеком прошлом восхождение на Эверест или путешествие к истокам Нила.

В этом мире — консервной банке — драгоценнейшим из сокровищ была земля. Правительство сочло целесообразным делить ее посредством региональных лотерей, кульминацией которых стали Земельные Бега. Считалось, что Земельные Бега справедливы и интересны.

Помимо того, их ценной особенностью считалась высокая относительная смертность среди претендентов. Хотя она не выражалась значительными абсолютными цифрами, для задыхающегося от перенаселения мира и это было отдушиной…

С момента старта прошло три часа. Стив Бэкстер включил транзистор и слушал сообщения с дистанции. Первая группа претендентов достигла Холланд-туннеля, где вооруженные полицейские дали им от ворот поворот. Другие, похитрее, избрали окольную дорогу к Стейтен-Айленду и теперь были на подступах к мосту Верразано. Эдвард Фрейхофф Сент-Джон, пробивающийся в одиночку, совал в нос каждому встречному значок представителя мэрии и прошел-таки через баррикады Линкольн-туннеля.

Пришло время Стиву Бэкстеру сыграть ва-банк. С решительным видом он отважно ступил на территорию дурной славы вольного порта Хобокен.

Над хобокенским берегом сгустились сумерки. Перед Стивом в свете лунного серпа один к одному стояли аккуратненькие быстроходные кораблики хобокенского флота контрабандистов. Кое-где на палубах уже был принайтован груз — блоки сигарет из Северной Каролины, ликер из Кентукки, апельсины из Флориды, наркотики из Калифорнии, оружие из Техаса. Каждый ящик имел официальное клеймо «Контрабанда. Налог уплачен». Да, в этот злосчастный век зажатое в тиски правительство было вынуждено облагать налогом даже нелегальные предприятия, придавая им тем самым полулегальный статус.

Тщательно выбрав момент, Бэкстер шагнул на палубу суденышка с острыми обводами и залег между душистыми тюками с марихуаной. Катер был готов к отплытию в любую минуту; только бы его не нашли во время короткого рейса через реку…

— Эй ты! Какого дьявола тебе здесь надо?

Изрядно накачавшийся помощник машиниста, некстати вылезший из кубрика, застал Бэкстера врасплох. Услыхав его крик, на палубу высыпала вся команда. Перед этой жестокой, развязной оравой трепетали — убийство было для них плевым делом. Они были из той породы уголовников, которые разграбили Уихокен несколько лет назад, предали огню Форт-Ли и мародерствовали на всем пути до Инглвудских ворот. Пощады от таких не жди, Стив Бэкстер знал это. И тем не менее с великолепным хладнокровием сказал:

— Господа, мне очень нужно на тот берег Гудзона, с вашего позволения.

Капитан контрабандистов, здоровенный метис с обезображенным шрамами лицом и стальными мускулами, откинулся назад и захохотал.

— Перекинуть его на тот берег! — проревел он на грубом хобокенском наречии. — Ты, паря, спутал нас с паромом Кристофер-стрит!

— Что вы, сэр. Я надеялся…

— В могилу тебя сведут твои надежды!

Команда оглушительно захохотала, гордясь своим остроумным капитаном.

— Я готов заплатить за переезд, — сдержанно и с достоинством сказал Стив.