Фома Неверующая - Свет звезд

Все сделали дружный шаг назад! Кроме Серого, которому отступать было некуда. У него задергался второй глаз! Внимательно оглядев довольно хрупкую невысокую девушку, он не рискнул попасться в ту же ловушку во второй раз. Кивнув рыжему, он сказал:

— Зови Кэпа, Лис! Никуда она не денется!

Теперь Надин можно было брать тепленькой! Истерично смеясь, она сползла по стенке:

— С-с-серый! С-серый волк! Р-рыжий Лис! А других как зовут? Кивнула на громилу — Мишка кос-с-солапый, да еще од-дин Р-р-рыжик?

— Надина, ты где? Что с тобой? Почему плачешь? Или это ты смеешься? Я не пойму! — раздался взволнованный голос Джедая. — Я пытался связаться с тобой раньше, но кольцо опять делает по-своему. Что с тобой?

— Я…в гостях… у сказки… — пытаясь остановить истерику, судорожно хватая ртом воздух, ответила девушка.

— Не понял. Скажи нормально, я чувствую, что у тебя проблемы! Мы все решим!

— Поздно! Слишком поздно… — прошептала она, глядя в непроницаемые черные глаза бесшумно появившегося в дверях Кэпа.

Кровь отлила от лица, а ладони стали противно мокрыми от страха, но она старательно делала вид, что не слишком испугалась его присутствия. Надин неловко поднялась и, выставив перед собой единственное оружие, в виде с трудом удерживаемого обеими руками гаечного ключа, осипшим голосом спросила:

— Что вы со мной сделаете?

Он неспешно осмотрел комнату, вентиляционный люк, ее испачканные при ползании в шахте и поцарапанные при падении руки… Показалось… или в глубине его глаз мелькнуло сочувствие? Оглянулся на переминающуюся с ноги на ногу бравую четверку сказочных персонажей, задержал взгляд на разбитом носе громилы, удивленно приподнял бровь и присвистнул:

— Я вижу, тут весело было! — и задумчиво добавил. — Странные дела творятся на этом судне. Незаметно пропадают катера… Бегает неуловимая девица… И, стыдно сказать, нагоняет панику на профессиональных воинов… Я нигде не ошибся? Может, мы по ошибке попали на «Летучий голландец» или нас прокляли?

Лица мужчин сначала стыдливо потупились, а в конце его речи испуганно вытянулись. Наказав их такой тирадой, сказанной совершенно серьезным тоном, капитан ухмыльнулся и хлопнул громилу по плечу:

— Сам виноват! Наверняка был недостаточно ласков! Всему вас учить надо! — и сделал шаг к едва стоящей на ногах девушке. Оказалось, она макушкой даже до его плеч не может достать — такой он был высокий. А из-за массивной фигуры, нависающей над ней, остальной мир словно переставал существовать. Продолжая удерживать перед собой бесполезную в данном случае железку, Надина старалась сохранить хоть какую-то дистанцию. Уперевшись в нее не менее железным прессом, капитан опустил взгляд, скептически хмыкнул и властно посмотрел прямо в глаза, парализовав ее волю. Так же, не разрывая зрительный контакт, осторожно, даже нежно, чтобы не сделать девушке больно или не напугать, медленно разогнул ее пальчики и вынул орудие. Такая гремучая смесь нежности и сильной воли заставила послушно опустить руки. Вихрь противоречивых чувств захватил и натянул нервные окончания. Собственный пульс громко стучал в висках. И почему-то было очень важно, что на шее капитана так же сумасшедше бьется жилка. И не сразу стал слышен прозвучавший от него вопрос.

— А? Что? — хрипло переспросила она с пересохшим от волнения горлом.

— Как зовут столь очаровательное неуловимое создание? — хрипотца в его голосе была несомненно привлекательнее ее карканья. Эта деталь и привела девушку в чувство, ведь никто не любит быть посмешищем. Поэтому она решительно выдернула руки из его огромных ладоней и четко, по-военному, отрапортовала:

— Меня зовут Надина Фотэ. Работаю поваром на «Крабе». Никаких катеров не угоняла, другого вреда не наносила, даже наоборот, добровольно вам поесть приготовила. Поэтому прошу оградить меня от оскорблений и посягательств! — и с трудом сдержалась, чтобы не отвести взгляд и не отшатнуться.

— Ого! У Дюймовочки есть зубки! — практически выдохнул ей в лицо Кэп, делая последний шаг и оказываясь так близко, что при дыхании они грудью касались друг друга. Решив, что пропадать, так с музыкой, из последних сил сохраняя твердость в голосе, добавила:

— Также попрошу не включать меня в ваши ролевые игры! Я не Дюймовочка, не Золушка, — выглянула из-за капитана и значительно посмотрела на Серого, — и даже не Красная Шапочка! У меня есть имя, Надин!

Капитан сделал глубокий вдох, видимо набираясь терпения с несговорчивой пленницей. И сбросив маску героя-любовника, также твердо, но значительно более внушительно, отчеканил:

— Меня зовут капитан Кэп. Я всегда сам решаю, в какие игры мне играть и как кого называть! А женские истерики и капризы ПОПРОШУ… — сказал, выделив последнее слово. — …навсегда забыть! У меня на них одна реакция и, надеюсь, Дюймовочка, ты с ней не столкнешься! А сейчас, прошу за мной.

И, развернувшись, направился к выходу. Серый со своей командой почтительно расступились, освобождая проход. Надин не шелохнулась. Капитан остановился, медленно развернулся и, прищурившись, поманил ее пальцем… Она, сглотнув, отрицательно замотала головой, с опаской глядя сквозь упавшие на лицо пряди… Он грозно сдвинул брови… Она сделала шаг назад… Он вздохнул:

— Ну, ладно! Не съем я тебя! Мы всего лишь идем на кухню, будешь и дальше на ней трудиться! Или тебе больше нравиться с ними? — кивнул на замерших статуями мужчин. Надина чуть было не кивнула, но решила, что на кухне, если что, сможет опять спрятаться, да и в легальном положении есть свои плюсы. Она же сама говорила, что не может сидеть в четырех стенах! Поэтому сделала осторожный шаг в сторону капитана, который удовлетворившись таким признанием, опять развернулся на выход. Идти за ним по извилистым коридорам «Краба» оказалось непросто. Он двигался стремительно и бесшумно, а девушка сзади чувствовала себя охотницей за неуловимым приведением. Вот она догнала его и вот он снова уже в конце коридора и снова она бежит следом. В принципе, она могла бы и сама дойти до кухблока, но боялась встретиться с другими пиратами, пока он не представит ее им. От мелькнувшей мысли, что это на него она надеется в случае беды, Надина в ступоре остановилась. Когда прошел испытываемый ею ужас? Когда он нежно держал ее руку? Когда назвал ее, как отец Дюймовочкой? Или когда пошел ей навстречу, видя, как она боиться идти с ним? Нет, она все так же боялась его. Но это был простой человеческий страх, а не животный ужас! И почему то зрела уверенность, что он не будет издеваться над женщиной, несмотря на свои угрожающие слова. Но дергать тигра за усы никогда не стоит, и нужно быть паинькой! Очнувшись от раздумий, Надина бросилась догонять Кэпа, не замечая, что улыбается непонятно чему…