Владимир Анин - Западня

Ознакомительный фрагмент

— Черт! Курить охота! — простонал Герман и посмотрел на спутников, но, сообразив, что никто из них не курит, махнул рукой.

— Может, здесь шахта какая-то, — предположил Мишка. — По крайней мере, этот тоннель очень похож на штольню.

— Да какая шахта?! — Герман встал и начал ходить взад-вперед. — Что здесь добывать?

— Янтарь, например.

— В этих местах нет янтаря, — сказал Костя.

— Чего гадать? — вмешалась Таня. — Пойдем и посмотрим.

— Это, пожалуй, самое мудрое решение, — отозвался Мишка, поднимаясь.

— Именно, — согласился Костя, — тем более что эти деревянные опоры мне доверия не внушают, — он кивнул на завал.

Ребята крадучись, держась друг за друга, двинулись по тоннелю. Костя с фонарем шел впереди. Замыкал колонну Герман.

— Смотрите-ка, — Мишка показал рукой наверх, — лампочки.

И действительно, под сводом штольни через каждые десять метров висел небольшой фонарь.

Тоннель плавно уходил вниз. Пройдя около ста пятидесяти шагов, они очутились в просторном помещении.

— Мать честная! — воскликнул Мишка.

Это был небольшой зал площадью примерно метров пятьдесят и высотой никак не меньше трех. Пол, стены и потолок были бетонные. Вдоль левой стены стояли металлические стеллажи и металлические же шкафчики, а напротив располагалось что-то похожее на пульт управления.

— Ребята, — чуть дыша, сказал Мишка, — это какой-то бункер.

— Не какой-то, а самый что ни на есть немецкий, — поправил Вася, показывая рукой на здоровенную свастику над пультом управления.

— Ну и ну, — протянула Таня. — Я думала, здесь давно уже все вдоль и поперек изведано. А про это подземелье, похоже, никто и не знает.

— Это же открытие! — воскликнул Мишка. — Представьте себе: газеты, телевидение — кучка туристов из Калининграда обнаружила доселе неизвестный бункер времен второй мировой войны.

— Ты сначала выберись отсюда, — осадил его Герман.

— Ну, выход-то должен быть. Сомневаюсь, что немцы сюда попадали таким же способом, как мы, — сказал Костя.

Они подошли к пульту управления: несколько тумблеров, кнопки, лампочки, три рубильника и, непонятно зачем, торчащий микрофон, а возле него — небольшой динамик. Все было покрыто толстым слоем пыли. На стене, слева от пульта, обнаружилась закрытая стеклом ниша. Костя смахнул с нее пыль. На стекле был изображен череп с костями и какая-то надпись, а в самой нише виднелся еще один рубильник.

— Ахтунг, дас систем дер зельбстфернихтунг, — прочитал Костя. — Ни фига не понятно! Кто из вас немецкий учил? Что, никто? Танька, ты же у нас будущий педагог.

— Начальных классов, — уточнила та. — И у меня только английский.

— Вот черт! Я тоже только инглиш знаю.

— А как же ты прочитал? — ехидно спросил Герман.

— Машинально. Но кроме «ахтунг» я, к сожалению, ничего больше перевести не могу.

— Ну, про «ахтунг» мы и сами знаем, — фыркнул Герман.

— По-моему, эту штуковину лучше не трогать, — осторожно заметила Таня.

— Да, «ахтунг» с черепом очень многозначительны, — согласился Мишка.

— Давайте посмотрим, что там. — Костя выхватил лучом фонарика небольшую металлическую дверь слева от пульта.

Мишка потянул за ручку, и дверь с лязгом распахнулась. За ней оказалась темная, три на три метра, каморка. На небольшой площадке стоял какой-то агрегат, труба от которого уходила наверх, исчезая в потолке.

— Это же генератор! — воскликнул Мишка и полез разбираться. Он учился на «транспортном» факультете, и техника была его стихией.

— Подумаешь, генератор, — проворчал Герман. — А где для него топливо взять? Если оно и было, то за шестьдесят лет превратилось в бесполезную жидкость.

— Ошибаешься, юрист, — донесся Мишкин голос. — Эта штуковина работает на спирте, и бак почти полный.

— А почему на спирте? — удивленно спросил Вася.

— Потому что у немцев во время войны с нефтью проблемы были. Они даже бензин гнали синтетический, из угля. И старались использовать спирт, где только можно. Спирт при должном хранении практически не теряет своих свойств. Главное, чтобы емкость, в которой его держат, не позволяла спирту испаряться.

— А ты сможешь этот генератор запустить? — спросил Герман.

— Да хрен его знает! — отозвался Мишка, вылезая из каморки.

— Постойте! Ну-ка, Мишка, посвети сюда. — Костя смахнул рукой пыль с панели пульта управления, возле одного рубильника виднелась табличка с изображением молнии. — Может этим?

— А вдруг долбанет? — неуверенно прошептал Вася.

— Да и фиг с ним! — сказал Мишка и дернул рубильник.

Сразу две лампы вспыхнули над пультом, ослепив на мгновение уже привыкших к темноте ребят, но через некоторое время стали медленно затухать.

— Дергай другой! — крикнул Костя.

Мишка рванул второй рубильник, и громкое цыканье вперемежку с хриплым покашливанием донеслось из каморки. Свет заморгал и почти совсем потух, когда генератор, наконец, откашлялся и наполнил зал ровным тарахтением. Лампы над пультом загорелись с новой силой, а следом за ними вспыхнули еще несколько фонарей под потолком, озаряя помещение мягким желтоватым светом.

— Обожаю немцев! — восторженно воскликнул Мишка. — Вот ведь технику делают! Шестьдесят лет простояла, и хоть бы что. Проперделась немного и работает как часики.

Мишка выключил фонарь и прикрыл дверь генераторной, сразу стало тише. Теперь можно было оглядеться. В дальнем конце зала темнели массивные, зеленого цвета, металлические двери, одна справа и одна слева — обе были закрыты.

— Ну что, идем на разведку? — предложил Костя

Они навалились на дверь, ту, что была правее, и она, громко крякнув, впустила их в темный коридор. Прямо перед ними была стена, коридор уходил вправо и затем резко сворачивал налево, словно огибая какое-то большое помещение. На стене была нарисована черная стрелка с надписью «Aufzlug». Слева от двери на стене висел рубильник, Костя потянул рукоятку вниз, и в коридоре вспыхнул свет. Пройдя шагов сто, ребята наткнулись на два здоровенных проема, наглухо засыпанных землей.

— Что это? — спросила Таня.

— По-моему, это были подъемники, — предположил Мишка, — а сейчас просто дырки, заткнутые здоровенной земляной пробкой.

— Ну, почему же так не везет! — тихонько взвыл Герман.

— А там что? — Васёк показал на раздвижные двери напротив подъемников.

— Давайте посмотрим, — сказал Костя.

Но двери оказались заперты. Дальше идти было некуда и, немного потоптавшись, они вернулись в зал, где располагался пульт управления.

Конец ознакомительного фрагмента