Дракон из черного стекла - Джим Чайковски

Мучитель встал, наклонился и пожал ему руку. – Фрелль хи Млагифор, добро пожаловать в «Попранную Розу»! – Подняв клеймо, он сунул ему под нос красновато светящиеся лепестки упомянутого цветка. – С этим знаком все связи с государствами, верноподданнические чувства и религиозные воззрения сжигаются и утрачивают свою силу.

Фрелль кивнул, уже дав такую клятву. В этом и заключалась истинная причина, по которой он остался в Азантийе – алхимик намеревался тайно присоединиться к «Попранной Розе». Чтобы получить возможность использовать ее немалые силы и средства. Чтобы заручиться поддержкой ее шпионов и союзников. Но в основном потому, что методы и подходы этой теневой группы подходили ему больше всего. Он чувствовал, что здесь наконец-то окажется на своем месте.

Саймон выпрямился.

– Мы дадим тебе бальзамы, которые помогут излечить ожог, избежав нагноений. Но ничего от боли. Пока он не затянется, пусть каждый шаг напоминает тебе о твоей клятве, которая отныне столь же глубоко выжжена у тебя в сердце, как это клеймо – в подошве твоей ноги.

Покончив с формальностями, Саймон опустился в кресло у камина и принялся набивать трубку.

– Давай-ка обсудим наши дальнейшие действия. «Роза» сознает, что для достижения наших целей у нас наконец-то появилось временно́е окошко, хотя и довольно узкое. Элигор все еще восстанавливается. А группе Никс еще три месяца добираться до Венца. Поскольку местонахождение ключа турубьи уже известно, мы не должны сидеть сложа руки.

Фрелль кивнул.

– Я продолжу свои исследования касательно этой горы. Но никто не осмелится подняться на нее, не обладая полной силой та’вина в ранге Креста или способностью общаться с опасной ордой, населяющей этот огненный пик.

– Не стану это оспаривать. Но мы хорошо знаем, какую угрозу представляет для мира новая Вик дайр Ра. В прошлом она была порабощена Элигором. Если много тысячелетий назад это ему удалось, значит, у него есть знания, чтобы проделать это еще раз. Чего нельзя допустить.

– Что же тогда будем делать? – спросил Фрелль.

– Будем ждать подходящего момента, а если потребуется – приблизим его. – Саймон пристально посмотрел на него. – Хотя знай одно: мы не можем позволить ни одной из сторон завладеть ключом. Он должен принадлежать нам. Мы не вправе доверить судьбу нашего будущего, судьбу всего мира ни сияющей бронзе, ни каким-то там царицам теней.

Фрелль медленно кивнул.

Саймон раскурил свою трубку, поднеся к ней раскаленное клеймо, а затем указал железной розой на Фрелля.

– Если понадобится, оба должны быть убиты.

Глава 96

В рулевой рубке Никс подалась чуть ближе к Джейсу, но держалась на безопасном расстоянии.

– Покажи нам еще раз.

Вокруг них собралась небольшая группа. За их спинами в окна светило солнце пустыни. Корабль был уже готов к вылету, но Никс хотела показать всем, что они с Джейсом успели выяснить.

Джейс поднял руку, слегка прищурился, и прямо из его предплечья возникли полупрозрачные крылья, которые одним взмахом высвободили оттуда извивающееся тело. Кезмек медленно описал в воздухе круг над Джейсом, трепеща крыльями, которые иногда проходили прямо сквозь руку, появляясь с противоположной стороны.

Фенн изучал его, склонив голову набок.

– Он вроде меньше того кезмека, которого отправил убийца, посланный моим дядей.

– Примерно на четверть меньше, – согласилась Никс.

Тело этого существа было чуть длинней предплечья Джейса, а размах крыльев – раза в два побольше. Кезмек описал еще один круг, а затем опустился Джейсу на плечи, апатично повиснув на них, когда сложил крылья. Он покоился вроде как и на теле Джейса, так и внутри него.

Райф, стоявший рядом с Шийей, скривился.

– Ну и каково это? Когда такая вот тварь то входит в твою плоть, то выходит обратно? Как ты ее ощущаешь?

– Как теплый дым из очага. Иногда он становится настолько плотным, что я могу дотронуться до него и почувствовать его на ощупь. – Джейс поднял палец и потер маленькие рожки, торчащие из змеиной головы. Зверь подался навстречу его прикосновению, как будто тоже почувствовал его. – Я все еще сам пытаюсь это осмыслить.

Крайш потер подбородок.

– Интересно, не связано ли такое уменьшение размера с ограниченным количеством дисмельда, питающего это чудо… – Он повернулся к Никс. – И ты больше не ощущаешь в Джейсе той великой пустоты. Это полностью прошло?

Она кивнула.

– Полностью. Я прощупала его обуздывающим напевом. Когда он выпускает кезмека, я больше ничего внутри у него не чувствую.

Фенн нахмурился.

– Но как этот остаток дисмельда проник в него? Почему он все еще с ним?

Никс переглянулась с Джейсом. Они обсуждали это в его каюте, пока он приходил в себя, беседуя до поздних колоколов. Как в старые добрые времена. Он кивнул, позволяя ей объяснить.

– Там, под Драконом, когда я поразила демона своим копьем, последующая аннигиляция, должно быть, уничтожила бо́льшую часть дисмельда. Но поскольку воля Джейса была все еще привязана к некоторой его части, принявшей форму кезмека, этот остаток уцелел и был заброшен вместе с Джейсом обратно в его тело. Где и остался привязанным к его воле, позволяя Джейсу контролировать этот остаток.

Грейлин нахмурился, явно не слишком довольный этим новым пополнением в команде.

– Ты уверен, что полностью контролируешь его, Джейс?

– Да. Хотя, если я слишком отвлекаюсь, у него вроде появляется некоторая свобода передвижения. Не знаю, отражают ли такие моменты независимости его собственную скрытую волю или же какие-то более глубокие слои моих собственных мыслей.

Грейлин нахмурился еще сильнее.

– Это опасно?

Теперь настала очередь Джейса посмотреть на Никс. Он явно не хотел признаваться в том, с чем они вдвоем экспериментировали наедине.

Никс взяла это бремя на себя.

– Мы узнали об этом совершенно случайно. Когда я искала хоть какие-то признаки пустоты, нить обуздывающего напева коснулась кезмека.

Джейс поморщился. Грейлин заметил это, и следующие его слова прозвучали достаточно резко:

– И что произошло?

Никс повернулась к Джейсу.

– Может, нам лучше показать им?

– Ты уверена?

– Лучше пусть они знают.

Никс протянула к кезмеку руку, а затем выставила палец. Кезмек дрогнул на своем насесте. Его будто увенчанная короной голова поплыла к ней, словно вынюхивая ее запах. И как только оказалась достаточно близко, из нее выскочил длинный язык, сверкнув своим острым кончиком, и коснулся пальца Никс.

И в этот момент между языком и пальцем с отрывистым хлопком проскочила яркая вспышка света.

Забрав с собой язык.

Никс отступила назад, потряхивая обожженным пальцем, и нацелилась другой рукой в сторону Даала.

– Очень похоже на то, что ты тогда описывал в лесу под Драконом. Холод. Ледяной ожог. Но вместо того, чтобы забрать у меня какую-то частичку обуздывающего напева, этот контакт просто аннигилировал ее – и,