Эрл Гарднер - Встревоженная официантка

Адвокат снова нажал на кнопку звонка и стал ждать ответного сигнала.

– Здесь есть громкоговоритель, – сказал адвокат. – Она ведь может спросить, кто это, а потом нажать на рычаг, отпускающий замок на входной двери, чтобы впустить человека, которого хочет пригласить к себе. А если собирается только немного поговорить – то спуститься и открыть вот это окошечко в двери, и общаться через него.

– Или не делать ни того, ни другого и просто тихо сидеть у себя в квартире, – сухо прокомментировал Дрейк. – Как бы ты поступил, если бы ослеп и жил один в большом городе?

Мейсон обдумал слова детектива и ответил:

– Скорее всего, тоже не стал бы открывать дверь.

Мейсон чуть ли не прижался губами к микрофону и закричал:

– Миссис Джиллман! Миссис Джиллман, нам нужно встретиться с вами по важному делу!

Внезапно дверь приоткрылась дюйма на два-три – ровно настолько, насколько позволяла цепочка. Властный, взволнованный женский голос гневно спросил:

– Что здесь происходит? Я – управляющая. Что вам нужно?

– Простите, – извинился Мейсон. – Мы хотели бы встретиться с миссис Джиллман по важному делу. Я думаю, что она дома, но не отвечает на звонок.

– Конечно, не отвечает. Зачем ей? У нее нет друзей, которые могли бы прийти к ней в гости. Зачем ей ходить вниз и вверх по лестнице ради людей, которые хотят обсудить с ней что-то, что ее абсолютно не интересует? Кстати, она слепая и живет одна. А теперь, господа, уходите и прекратите нарушать тишину.

– Простите. Моя фамилия – Мейсон. Я – адвокат.

– Перри Мейсон? – удивилась женщина.

– Да.

– Ничего себе! – воскликнула она.

– А это – Пол Дрейк, – представил Мейсон. – Он вместе со мной занимается одним расследованием.

– Что вы имеете в виду под «расследованием»? – резким тоном спросила женщина. – Он – частный детектив?

– Да, – кивнул Дрейк.

– И что, Бог мой, вам могло понадобиться от миссис Джиллман?

– Мы хотим переговорить с ней. Это жизненно важно.

– Для кого важно – для нее или для вас?

– Может оказаться чрезвычайно важно для нее, – сообщил Мейсон.

– Да, происходит что-то странное и таинственное. Вы ходите взад и вперед по улице, разговаривали вон с тем мужчиной в машине. Кто он?

– Один из помощников мистера Дрейка, – объяснил Мейсон. – Мы считаем, что миссис Джиллман угрожает опасность, и хотели бы предупредить ее.

– Предупредить ее! – голос управляющей стал еще более пронзительным. – А какая польза слепой женщине от предупреждения? Как ей это поможет?

Мейсон молчал.

– Поставьте себя на ее место, – продолжала женщина. – Она совершенно ничего не видит, живет в полной темноте в большом городе. Тут приходите вы двое и сообщаете ей, что она в опасности. Что ей от этого? Если она в опасности, отправляйтесь в полицию.

– Не исключено, что мы сможем ей помочь, – ответил Мейсон. Например, поставить охранника.

– А кто будет ему платить?

– Мы.

– Понятно, – задумчиво сказала женщина.

– Как нам лучше всего с ней связаться? – спросил Мейсон с обезоруживающей улыбкой.

– Я сама свяжусь с нею для вас.

– Прекрасно. У вас есть ключ?

– Мне не нужен ключ. Я ей позвоню.

– У нее установлен телефон? – поинтересовался Мейсон.

– Конечно. Живущая одна слепая женщина не могла бы обходиться без телефона, но ее номер не значится ни в одном справочнике. Я, наверное, единственная, кому он известен. Пожалуйста, подождите здесь. Я сейчас схожу, позвоню ей и спрошу, хочет ли она видеть мистера Перри Мейсона и... Как зовут второго господина?

– Пол Дрейк.

– Ладно, сейчас узнаю, будет ли она с вами разговаривать. – Она с минуту помедлила, а потом добавила: – Я – Минерва Гудинг, управляющая. Я живу на нижнем этаже и сдаю два верхних. Квартиры, конечно, не самые роскошные, но это неплохой, комфортабельный дом. Подождите здесь, я переговорю с ней.

Миссис Гудинг отсутствовала минуты три, затем вернулась к двери.

– Мне очень жаль, но миссис Джиллман не подходит к телефону.

– Не подходит к телефону! – повторил Мейсон.

Миссис Гудинг покачала головой.

– Она также не отвечает на звонок в дверь, – заметил адвокат.

– Это обычное дело, – ответила миссис Гудинг. – Но она всегда отвечает на телефон, когда дома, потому что знает, что я практически единственная, у кого есть ее номер. Ей, по-моему, звонит еще одна женщина, но я не представляю, кто это.

– Миссис Атвуд? – подсказал Мейсон.

– Атвуд... Атвуд... Где-то я слышала эту фамилию. Мне кажется, она что-то говорила о какой-то Атвуд. Ее случайно зовут не София?

Мейсон кивнул.

– Она много говорила о Софии, но я не знаю, о Софии Атвуд или нет. Но, в любом случае, она не берет трубку.

– Значит, что-то случилось, – сделал вывод Мейсон, – потому что она дома.

– А откуда вам известно, что она дома?

– Мы абсолютно уверены. Вон тот мужчина, что сидит в автомобиле, держал дом под наблюдением. – Мейсон замолчал, а потом поспешно добавил: Чтобы миссис Джиллман не попала в беду, пока мы ее не предупредили.

– Вы можете объяснить, о какой опасности говорите? – спросила Минерва Гудинг.

– Если честно, мы сами точно не знаем, – сказал Мейсон. – Но у нас есть все основания считать, что у нее имеется что-то, что нужно другому лицу – беспринципному, неразборчивому в средствах и готовому вломиться в дом, чтобы получить то, что требуется.

Миссис Гудинг обдумала услышанное.

– Ладно, я возьму ключ, поднимусь к ней и посмотрю, все ли в порядке, – наконец решила она. – Ждите здесь.

– Мы хотели бы составить вам компанию, – предложил Мейсон. – Если что-то произошло, для вас будет неплохо иметь свидетелей.

– Свидетелей чего?

– Того, что вы обнаружите.

– Хорошо, – согласилась миссис Гудинг, с минуту поколебавшись. Пойдемте, только ни к чему не прикасайтесь. И я не желаю слышать никакой критики. Боже милостивый, вы только представьте себя слепыми и живущими в одиночестве. Самой надо готовить, мыть после посуду, доставать и убирать одежду, стелить постель и просто ходить по квартире. Обязательно точно знать, где что находится, чтобы определять свое местонахождение и не путать направление. В таком случае очень сложно поддерживать порядок. Все делается только на ощупь. Я хочу, чтобы вы это понимали и ничего не критиковали.

– Мы все понимаем, – заверил ее Мейсон. – Нас совершенно не интересует, как она ведет хозяйство и аккуратна ли она.

– А когда вы станете с ней беседовать, не пугайте ее, ясно? продолжала миссис Гудинг. – Вы мне можете сказать, что она в опасности, но я не хочу, чтобы она перепугалась до смерти. Подумайте, каково постоянно жить во мраке ночи. Вы не в состоянии определить, крадется ли кто-то к вашей постели с ножом в руке, если случайно просыпаетесь. Можно приспособиться ко многим вещам, но к страху – никогда. Следуйте прямо за мной. Я не намерена позволять вам уходить куда-то в сторону. Вы должны помнить те условия, в которых приходится жить Эдит Джиллман. Время от времени я помогаю ей делать уборку или передвигать какие-то вещи, или перекладываю что-то с места на место. Вот, например, как слепой подмести пол? Вы не знаете, где мести, не можете собрать грязь в совок, выбросить куда-то, сделать все аккуратно. Приходится жить так, как есть. А теперь идемте и держитесь прямо за мной.