Анатолий Степанов - Искатель. 1987. Выпуск №4

Раздался звонок. Вадим подошел к двери, распахнул ее, и радостный возглас сорвался с его губ. Он нагнулся стремительно, подхватил поникшую, усталую Дашку, прижал теплое ее тельце к себе, ткнулся носом в шею, застыл так на мгновение. Потом Вадим осторожно передал Ольге девочку, обернулся: Марушев, Спирин, Леночкина мама, сама Леночка стояли неподвижно возле двери.

— Как? Откуда? — только и спросил Вадим.

Оказывается, как объяснил Марушев, они увидели Дашку в тот момент, когда вышли с Леночкой из переулка на улицу. Даша, растерянная, заплаканная, стояла на перекрестке у светофора метрах в трехстах от них. Первой ее заметила Лена. Короче говоря, два часа назад к Даше подошел какой-то дядя, сказал, что он друг папы и они сейчас поедут к нему, а маме позвонят. Когда подошли к машине, Даша все-таки испугалась, но было поздно, ее с силой втащили в автомобиль, потом пересадили в другую машину, покатали и отпустили, на том самом перекрестке, указав при этом, в какую сторону ей идти, чтоб дом свой отыскать.

Вадиму тревожно стало. Выходит, что условия они потом ставить будут, позже, может, уже сегодня или завтра утром, а это они силу свою просто показали, мол, видишь, как все легко нам удается, не подчинишься, берегись тогда. Вадим посмотрел на Марушеаа. У того тоже уже радости особой на лице не было видно, что-то ему не нравилось в этой истории.

— Странно, — произнес он, сунув руки в карманы брюк. — Зачем? — и посмотрел на еще больше ссутулившегося Спирина, потом на Данина. — А? Зачем? Я, признаюсь, в растерянности. Может, и вправду знакомые ваши? Если так, хотел бы я их увидеть. Или все же преступники? Чем же это Даша им не угодила? Непонятно. Ладно, подумаем. Будьте здоровы. Пошли, Спирин!

И снова звонок. На сей раз вздрогнули все, как по команде, так внезапен и нежелателен он был. Вадим поднял глаза к стенным часам — без двадцати десять. Он распахнул дверь и подобрался вмиг — на него глядел Уваров. Машинально Данин отметил, что очень похожи они с Марушевым, оба ладные, легкие в движениях, симпатичные. Уваров прошел в комнату, сел на стул, огляделся, словно выясняя обстановку, чуть виновато улыбнулся Данину, заговорил:

— Незваным гостем я. Понимаю, что не вовремя. Вы уж простите. Но, когда услышал сообщение дежурного по городу о похищении девочки, как-то не по себе стало, неспокойно. Решил, что обязательно заеду. Но вот только сейчас вырвался. Я сегодня дежурный по отделению. Так что скоро назад. Машина внизу на парах. К счастью, вижу, все в порядке. Девочка дома, заблудилась, видать, да?

— Вадим, кто это? — донеслось из кухни встревоженно.

— Это ко мне. — Вадим закрыл за собой дверь. Подошел к столу, выдвинул стул, но садиться не хотелось, лучше было бы стоять или ходить по комнате. Заставил все же себя сесть. И только после этого рассказал все с самого начала.

— Занятно, — заметил Уваров. Он облокотился на стол и раздумчиво посмотрел на Данина. — Что же за напасти вас такие преследуют? И все после случая этого злосчастного с Можейкиной. То поволтузили вас где-то лихо — вон синячина какой и губа вспухла. От кулака ведь, сознайтесь? И сегодня с дочкой, гляди, какая неприятность. А до этого небось еще что-то было. Ведь было, верно?

— Что было? О тем вы? Не понимаю, — как можно спокойней ответил Вадим и хотел было полезть за сигаретами, чтоб руки чем-то занять, но раздумал — под контролем себя держал.

— Мало ли, — сказал Уваров. — А впрочем, это я так, к слову.

— Не знаю, не знаю. — Данин попробовал усмехнуться. — Фантазируете все. Воображение у вас богатое. Для литератора это, конечно, хорошо, но для сыщика… А синяк-то и губа от кулака. Верно. Здесь вы спец. Так то — шальная компания Шел вечером, попросили закурить. То да се. И началось. Едва удрал, а то бы, глядишь, и ребра поломали. Обычное дело.

— Ну да, конечно, это дело случая. — В глазах Уварова Данин разглядел насмешливые огоньки, и это озлило его. А Уваров продолжал тем временем: — И девочку ради забавы в машине покатали. Добрые попались дяди. Или кто из приятелей пошутил? И к Митрошке вы тоже случайно забрели, шли вот так просто по улице и забрели…

Опалило жаром щеки, и сердце будто упало. Но долю секунды это было, переборол себя Вадим, усилием воли ослабил толчок страха и не отвел глаз от пристально глядящего на него Уварова. И несколько секунд так смотрели они друг на друга. Один расслабленно, даже весело, только чуть сузив глаза, другой — тяжело, хмуро, с трудом подавляя напряженность.

— К какой такой Митрошке? — наконец выцедил Данин, старательно делая вид, что закипает. — Что вы мне здесь опять фарс устраиваете?!

Уваров разочарованно покачал головой, еще раз окинул взглядом комнату, словно на сей раз уже запоминая, где что стоит, поднялся, сказал, поправляя пиджак:

— Как бы фарс этот драмой не обернулся, Вадим Андреевич. Мы ведь того мужичишку опросили, он и рассказал, что вы бабку Митрошку искали. Мы и Митрошку опросили,

Вадим невольно подался назад.

— И что?! — вырвалось у него. И тут же отругал себя, чертыхнулся беззвучно.

— Ну вот видите, — Уваров усмехнулся уже откровенно и развел руками.

— Что «видите»? — Вадим резко поднялся. — Что «видите»?!

— Сами вы все прекрасно понимаете. Только я вот вас не понимаю. — Уваров неторопливо направился к дверям. — Ну да бог вам судья. Если что, телефон мой знаете.

Уже у открытой двери, пожимая Данину руку, Уваров сказал как бы между прочим:

— Все же подумайте. — И вышел поспешно.

Вадим захлопнул за ним дверь. Ну что там Митрошка могла о нем сказать? Да и почему именно о нем? Она о высоком парне могла каком-то сообщить, в куртке, в джинсах. А сейчас многие в куртках, в джинсах и высокие. Если вообще она что-либо говорила. Так что поводов особых для волнений пока нет. А Уваров его просто, как говорится, «на пушку» решил взять. Если б хоть малейшая у него зацепка была, он бы так с ним разговаривать не стал.

Высветилась красновато прихожая. Это приоткрылась дверь с кухни Лена и мама ее уже собирались Лена обняла Дашку, поцеловала в лобик. Мама ее, в свою очередь, с Ольгой прощалась, как с лучшей и самой близкой своей подругой. Когда и за ними захлопнулась дверь, Вадим решил, что ему тоже уже пора. Одному надо остаться, поговорить с собой, посмотреть на себя…

Вадима разбудил звонок. Он вскочил с дивана, огляделся и, поняв, что это телефон, снял трубку:

— Как самочувствие, приятель?

Вадим выдохнул разом и непроизвольно плюхнулся на диван. Все верно он рассчитал. Дождался-таки Это они. Все тот же вкрадчивый баритон и словечки все те же.

— Что молчишь? Это я. Узнаешь? Ну молчи, молчи, это хорошо, что молчишь, значит, страх есть. Правильно? Хоть чуточку, но есть. А где страх, там понимание. В первый раз ты от растерянности молчал, а сейчас от осознания, так сказать. Хвалю, хвалю. Как Дашенька? Все в порядке? Очень милая девчушка. Хорошая, красивая дочь у тебя растет, береги ее. Дети — это счастье, это продолжение жизни нашей. Вот так. Соображаешь? Вчера она просто так прогулялась с нами, воздухом подышала, а ежели чего… Ну что, будем в мире жить?!